Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП)

 - 

International Federation of Russian-speaking Writers (IFRW)

Registration No 6034676. London. Budapest
МФРП / IFRW - Международная Федерация Русскоязычных ПисателейМеждународная Федерация Русскоязычных Писателей


Сегодня: 24 июня 2017.:

Калигула и красная петля

Землю для своего "огорода" я по горсточке собирал в тундре и носил рюкзаком. Каждую весну на небольшой площадке под окном я сею укроп и редиску, сажаю лук и чеснок. Вдоль забора растут у меня зеленые лиственнички и кустики красной смородины, а багульник, ива и ромашки прижились как-то сами собой.

Дед Сапожок по прозвищу «Калигула» стоит в метре от меня за сеткой забора, молча пыхтит трубкой и смотрит, как я делаю грядки. Я вижу его трясущиеся руки и знаю, чего ему от меня надо, но тоже помалкиваю.

- Однако, копаешь? - доносится наконец.

Чтобы скрыть смех, я наклоняюсь к самой земле.

- Те немцы тоже так делали. Ты раз собираешь, те, однако, три раз собирали. Шибко земля понимали. Картошка тоже сажали, репка, капуска...

Я уже знаю, что “те немцы” - это ссыльные немцы Поволжья, выехавшие отсюда “домой” больше четверти века назад, вскоре после указа о реабилитации от 1964 года. Этот поселок, Жданиха, основан ими в 1943 году. Уже потом, когда здесь появились дизельная и школа, стали съезжаться сюда окрестные кочевники-долганы. Сейчас это долганский поселок.

Ссыльные здесь, на 72-й параллели, выращивали картофель и другие овощи, а редиска давала у них три урожая в сезон. Картошку я давно перестал сажать, - все равно детишки из любопытства повыдергают, а редиска вырастает и у меня хорошая, крупная, но только один раз.

Заканчиваю грядку и приглашаю старика в дом:

- Заходите, Конон Евдокимович!

Дед Сапожок получил свое прозвище за малый размер обуви, на этом его сходство с Калигулой и кончается.

Ему 63 года. По здешним понятиям, “однако, шибко старый!”

В долганских поселках полно вдов и пожилых женщин, но пожилых мужчин можно по пальцам пересчитать. Каждый год гибнут молодые сильные мужики в тундре и на воде, гибнут, в основном, по пьяному делу, и множится число вдов, и дети растут без отцов...

- Вот. Сандер делал, - Сапожок ставит на стол объемистый чайник из толстой жести с бронзовым свистком на носике. После рюмочки дед оживляется и начинает, к моему удивлению, называть по-немецки предметы на столе и в комнате: - "Бехер", "глас", "флинт", "байль", "ур", "брот", "вассер" дер рукомольник! (Кружка, стакан, ружье, топор, часы, хлеб, вода.)

Беру в руки чайник. Красивая, старая, прочная вещь. Верхняя часть приклепана к донышку множеством мелких заклепок и пропаяна. Ручка - из оленьего рога. Свисток приделан к носику массивной медной цепочкой, ни разу не порвавшейся за многие годы. Чайник наискось пробит пулей, но рваное выходное отверстие тщательно обработано и обе дырки заткнуты деревянными пробками. Чайник “годный, однако!”

- Зачем же было стрелять? - с сожалением говорю.

- А брат пьяный. Дай, - говорит, - свистит-то!

- Не дам! - говорю.

- Дай! - говорит.

- Не дам! - говорю.

- Тогда - никому! И - карабин... Дурной был, как выпьет! Утром, однако, шибко жалковал, однако, плакал. Ну, что делать...

Понятно... Кто не «жалковал» утром о том, что натворил вечером?

В поселке не работает пекарня, поэтому у меня наготове тесто. Становлюсь к печи и скоро выкладываю деду на тарелку стопку свежих оладий, наливаю кружку крепкого чаю. Я всегда рад этому хрупкому, спокойному, маленькому, как подросток, старику. Однажды он обругал меня за неправильно поставленные сети, заявив при этом: “Риба - тоже человек!”, чем сразу привлек мое внимание. Он научил меня чистить ружье кипятком, а карабин веревочкой. От него научился я узнавать погоду на день вперед, вязать простые и ловкие рыбацкие узлы, делать самодельную дробь, и в плохой год, когда из-за обилия мышей в тундре песец не берет приваду, ловить этих игривых белых лисичек просто на клочок оленьей шерсти.

Я слушаю деда, а с него уже и пот в три ручья.

Многие знают, что поволжские немцы были в 41-м году выселены в Сибирь и Казахстан и распылены по градам и весям так, чтобы они нигде не составили большинства населения. Известно также, что и вниз по Енисею, чуть не до самого Диксона, развезли ссыльнопоселенцев.

Но, оказывается, и сюда, в невообразимую даль, на восточный берег Таймыра, завезли ссыльных немцев Поволжья, а затем и калмыков. В начале сентября 1943 года ледоколы протолкнули через забитый льдом пролив Вилькицкого несколько барж с зеками. Первая партия попала на Хатангский рыбозавод, там были хоть какие-то бараки для жилья. Остальных расселяли по охотничьим станкам, рыбацким точкам или просто на голый берег.

- Бабы были да малые. Только мало-мало мужики - топор держать... Нора копали, как волки, а земля мерзлый. Тает, тает, мокро, склизко, совсем, однако, плохо...

Не знавшие свойств мерзлоты, люди ошиблись, пытаясь укрыться в земле от мороза. На второй год выжившие стали строить “дома” из местного леса, из лиственниц лесотундры, максимальная толщина таких бревен 15–17 сантиметров.

Стол и стулья из кругляка, печка из железной бочки, да лавки по стенам, - вот и все убранство такой избы. И давали план по рыбе и пушнине, и давали план по куропатке и, как могли, растили и учили добру детей.

...- Возле каждый лунка энкеведе стоял, риба считал, книжка писал. Нам, однако, давал! Немножко, - два, три, бери, семья корми. Немец - нельзя! Калмук - нельзя! Пусть - как хочет! Мы, однако, немножко прятали! Немец давали, калмук давали. Тогда - живой! Тогда дикий олень Авам ходил, тута нету. Мясо, однако, мало. Тогда курупатка ловили, петля женский волоса делали. Старая Мария-Лиза не кушала. Говорит, Бог не велит удавленный мясо кушать... Две ее дети кушали, жили. Она весна умирала...

Пять тысяч человек - численность долганского народа. Живет он в девяти поселках, и почти в каждом были ссыльные немцы, и всем помогли кочевники выжить, и везде сохранили тундровые кочевники уважительное отношение к трудолюбию моих земляков, к их душевному богатству, верности слову, всегдашней готовности прийти на помощь.

Ныне опустели заброшенные станки ссыльных под Волочанкой, в Хете, Крестах и Казачке, на Ново-Летовье, Таба-Арыта, на Старорыбной, Малой Балахне и Сындасско.

Уцелел и остался людям поселок Жданиха. Он удобно расположен в устье одноименной речки, от жестокого хиуса, норд-оста, защищен горой, а зюйд-вест все-таки помягче... Кроме могилок, остался здесь “немецкий” склад да несколько “немецких” домов. Небольшие эти дома, на две-четыре семьи срублены из местного леса, обложены высокими завалинками, отлично держат тепло, ни один из них еще не осел в мерзлоту, все исправно служат людям.

- Конон Евдокимович, - сказал я деду, - оставьте у меня чайник. Я вырежу заплатки, запаяю - будет, как новенький!

Сапожок радостно кивает, и нельзя не улыбнуться его счастливому лицу: и похмелился, и чайник наладил!

- Конон Евдокимович, а разве не было ниток крепких, что петли на куропаток делали женщины из собственных волос?

- И петля, - вновь оживляется дед, - и сети, однако, тоже волоса делали! Только мало волоса! Тогда шелковый платок есть? Давай! Шелковый юбка, рубашка есть - давай. Шарфик давай, все давай! Нитка таскали, сети делали. Такой сети тонкий, крепкий, риба не видит, совсем не боится, однако. Тогда много попадает!

Я знаю, сколько труда стоит сплести вручную сеть даже из тонкой, гладкой, прочной лески и на минуту задумываюсь. Сапожок пододвигает ко мне пустую кружку, тихо звякает ложкой. Его узкие глаза опять темны от воспоминаний.

- Красный флаг, однако, тоже потихонько нитка дергали... Его много склад лежал. Тогда начальник говорит: «Однако, мышь! Однако, кота надо!» Волоса снова растет, красный флаг как растет?

Довольный дед тихо смеется. Я наливаю ему еще и сажусь рядом на стул. Нет нынче красного флага как и не бывало, народ нашел прочному шелку лучшее применение. Только тень красного прошлого по-прежнему лежит на стране. По-прежнему будоражит умы красная идея, по-прежнему в отношениях между нами преобладают оттенки красного, по-прежнему найдутся многие, готовые, подобно тем куропаткам, сунуть голову в красивую красную петлю...


Владимир Эйснер,
г. Ветцлар, Германия




Владимир Иванович Эйснер

Родился 1 января 1947 года в большой семье российских немцев. Прозаик. Пишет на русском и немецком языках. В 1966 году закончил немецкое отделение Иссиль-Кульского педучилища Омской области. В 1976 году закончил испанский факультет Пятигорского пединститута.
 
Работал учителем, грузчиком, монтажником, метеорологом на мысе Челюскина, охотником-промысловиком на о. Диксон, сопровождал иностранные экспедиции на Северный полюс. Пятикратный участник (как переводчик и проводник) интернациональной экспедиции «Mammuthus» на Таймыре и Новосибирских островах.
 
Печатался в журналах «Северное Сияние», «Северные просторы» «Сибирский Промысел», «Дальний Восток», «День и ночь», «Сибирские Огни», «Литературная чёба», «Дон», «Южная Звезда», «Дом Ростовых», «Луч», «Российский колокол», «Палеомир», «Сила Притяжения», «Крещатик», «Подвиг», «Юность“, «XXI Век», „Edita Gelsen“, „Literaturblätter der Deutschen aus Russland“, „Worüber man sich lustig macht“, «Florida“ и др. является членом Литературного общества немцев из России (Lieteratublaetter der Deutschen aus Russland).

Автор книг: «Links vom Polarstern» ISBN 978-386685-111-5, Geest-Verlag, Германия 2008. | «Макарова Рассоха» ISBN 3-936800-63-4, Edita Gelsen, Германия 2009. |

Лауреат премии им. Ю. С. Рытхэу, г. Анадырь, лауреат премии им. А. П. Чехова, Москва. Живёт в Германии.

 
 

Оценка читателей

Добавить комментарийДобавить комментарий
Международная Федерация Русскоязычных Писателей - International Federation of Russian-speaking Writers
осталось 2000 символов
Ваш комментарий:

Благодарим за Ваше участие!
Благодарим Вас!

Ваш комментарий добавлен.
Для опубликования комментария, введите, пожалуйста, пароль. Если у Вас его пока нет - Зарегистрируйтесь 

Для опубликования комментария, введите, пожалуйста, пароль. E-mail: Забыли пароль?
Пароль:
Проверяем пароль

Пожалуйста подождите...
Регистрация

Ваше имя:     Фамилия:

Ваш e-mail:  [ В комментариях не отображается ]


Пожалуйста, выберите пароль:

Подтвердите пароль:




Регистрация состоялась!

Для ее подтверждения и активации, пожалуйста, введите код подтверждения, уже отправленный на ваш е-mail:


© Interpressfact, МФРП-IFRW 2007. Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП) - International Federation of Russian-speaking Writers (IFRW).