Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП)

 - 

International Federation of Russian-speaking Writers (IFRW)

Registration No 6034676. London. Budapest
МФРП / IFRW - Международная Федерация Русскоязычных ПисателейМеждународная Федерация Русскоязычных Писателей


Сегодня: 21 ноября 2017.:
Андрей Маняхин

Слеза Богов

Пролог.

Место раскопок. Где-то в знойных песках пустыни, менее ста километров от мегаполиса Мосул, чьи небоскребы маячили вдали на горизонте. Колония «Южная Азия». 22 июля 2153 год. 23 час 27 минут по шестнадцатому часовому поясу. Солнце давно уже село, но, раскаленный днем, влажный, пропитанный солью, морской воздух все еще обжигал легкие изнутри, затрудняя дыхание. Погруженный во мрак лагерь из двух десятков громадных шатров окружал ствол шахты, уходящий вертикально вниз на две с половиной сотни метров. Единственное освещаемое мощными прожекторами место почти на сотню километров вокруг, и единственное, где двадцать четыре часа в сутки кипит жизнь.
Дюжина людей в черной солдатской форме, без каких-либо знаков отличий, наводили вокруг шахты никому не нужную суету, отдавая бесполезные приказы, чем нагнетали и без того напряженную обстановку. Нервы у всех на пределе. Прошли уже многие месяцы упорной, тяжелой работы, но раскопки не принесли никаких результатов, только пустые блуждания между останков давно погребенного города, покинутого людьми по неизвестной причине около двух тысяч лет назад. Неутомимые поиски заставляли их погружаться все глубже и глубже под землю. И никто не знал точно, что они ищут. Приказ есть приказ, и никаких лишних вопросов не должно быть. С этим военные всегда справлялись хорошо. А раз военные участвуют в раскопках, то это может означать только одно, что ищут они что-то поистине важное.
Неподалеку от всей этой суеты, в тени прожекторов, неподвижно стояли две темные фигуры, одетые в дорогие черные костюмы и того же цвета шелковые рубашки, что не свойственно людям данной колонии из-за невероятной здесь нищеты, и тихо беседовали, поглядывая на всю эту суету со стороны. Ведь всю основную работу за них выполняла та самая дюжина солдат, непрерывно отдающая приказы шести поисковым бригадам под землей, то и дело подбегая каждые четверть часа к переносному металлопластиковому столу, с установленными на нем четырьмя большими мониторами, чтобы вновь скоординировать поиски. Будто бы они единственные, кто в этом хоть что-то смыслит.
Неожиданно одни из солдат отделился от остальных и чуть ли не бегом направился в сторону шатра, где едва виднелись два черных силуэта, продолжая что-то орать в микрофон у рта. Он незамедлительно оборвал связь, как только приблизился к ним и отдал честь.
− Сер, мы, похоже, нашли развалины нужного вам храма, − выпалил он на чистом английском, совсем не запыхавшись. – Судя по полученному видео и виртуальной реконструкции из полученных данных, строение на девяносто два процента идентично тому, что вы ищем. Если бы удалось найти хоть какие-нибудь фрагменты крыши, мы смогли бы тогда точно сказать: это он или нет, - со сто процентной уверенностью.
− Тогда продолжайте поиски и не останавливайтесь ни на минуту! – с легким акцентом отдал приказ один из людей в черном. – И к утру нам нужна сто процентная уверенность, прежде чем перенаправить в это место все поисковые бригады.
− Так точно, сер! – отдал он снова честь и удалился, начав вновь что-то орать в микрофон, отдавая все новые и новые распоряжения.
− Джеймс, ты сомневаешься, что это именно тот самый храм? − спросил его человек, не проронивший при солдате ни слова.
− Нам нельзя терять ни минуты. Мы и так уже слишком долго возимся в этих чертовых песках. И не известно, сколько еще пробудем здесь. Поэтому я хочу быть полностью уверен, что это именно то самое место, прежде чем акцентировать на нем все наши силы. Кто знает, может быть, подобных храмов было несколько в этом гребанном городе? Мы до сих пор ничего не знаем о культуре народа, что жил здесь. Только одно – это были преимущественно не арабы. И мы могли наткнуться, как раз таки, на один из аналогичных храмов, − он замолчал и потер влажные руки. – Ник, ты же не будешь есть свой обед, пока не убедишься, что тот полностью приготовился?
− Это точно! – с улыбкой в голосе ответил тот.
− Поэтому я – твой босс, но не наоборот. Нам еще крупно повезло, что до нас дошла хоть какая-то информация об этом храме, что очень сильно облегчает нашу работу. А то пришлось бы перерыть каждый дюйм этого проклятого места, затратив гораздо больше времени и ресурсов.
− Мы бы тогда с тобой точно здесь состарились…
− Но ни тебе, ни мне, ох, как этого не хочется, − закончил за него Джеймс.
Ни один из них уже и не мог вспомнить, как давно они работают вместе на корпорацию «Новая Эра», которая появилась сразу же после глобальных природных катаклизмов, стеревших с лица Земли большую часть человечества. Но двадцать лет уж точно миновало, ведь в дружеские их отношения переросли давно, когда взаимная ненависть прошла во время экспедиции на материк Нью-Лэнд, появившегося к северо-западу от Южной Америки почти пятьдесят лет назад. Оставшись в живых по большой случайности после сильного извержения последнего на этом материке, не затухшего вулкана, у подножья которого, благодаря его просчетам, и располагался их злосчастный лагерь, они изменили свое отношение друг к другу, забыв о ненависти, и с тех пор дружба только крепла, хоть этика корпорации этого и не позволяла. Их работа всех устраивала, поэтому руководство на такую мелочь просто-напросто закрывала глаза, одобряя многие их поступки и совместные методы в работе.
− Когда мы найдем этот Кристалл и отдадим его, куда дальше?
− Мы его еще не нашли, а ты уже строишь планы, Ник, − ухмыльнулся Джеймс. – Не рановато ли, а?
− Ты хоть когда-нибудь строишь планы на будущее?
− Мне уже пятьдесят два года. О каких планах ты говоришь? У меня нет, и теперь никогда не будет семьи, так как я посвятил всю свою жизнь «Новой Эре». И, по-видимому, умру где-нибудь, работая. Если, конечно, корпорация не реорганизует меня раньше на старости лет.
Ник не выдержал и засмеялся:
− Я, вообще-то, имел в виду, куда рванем дальше, а нигде осядем. Но все равно похвально, как ты с рвением относишься к своей работе! – и он похлопал его по плечу.
− Да эта жара плохо на меня действует. Хочется поскорее отсюда убраться,… а пока еще ни конца, ни края не видно. По ходу, мы здесь надолго с тобой застряли, дружище!
− Что-то не слышу былого оптимизма в твоих словах, Джеймс. И это сильно меня пугает! Раньше ты не был таким. Что же стряслось?
− Я постарел, Ник, и, по-видимому, даже немного поумнел. И мне все равно, что будет со мной в ближайшем будущем – его для меня нет. Да и никогда не было вот уже на протяжении тридцати лет. Есть только пустые надежды и несбыточные желания, которые остались далеко в прошлом. Только что от них теперь толку?!.. Я бы сейчас все отдал лишь за то, чтобы всего этого не было… – на несколько секунд повисла гнетущая тишина. – Но теперь ничего не исправить и не искупить… Мы слишком много с тобой наломали дров в свое время и еще успеем наломать.
− Все во имя «Новой Эры» и ее процветания. Разве не так?
Джеймс ничего не ответил. Все и так было очевидно. Что они не делали, все было только во благо этой самой единственной господствующей корпорации, которая подчинила себе весь мир и совершенно не гнушалась прибегать к любым методам в достижении своих целей. Он мрачно посмотрел в сторону ствола шахты, где суетилась горстка солдат, словно муравьи. Вот и сейчас, когда они найдут Кристалл, несчастный случай во время раскопок погребет заживо все шесть поисковых групп, так будет указано в отчете, который он незамедлительно предоставит в офис по возвращению. Слишком мягкая почва, преимущественно состоящая из песка и супеси, не выдержит столь обширных раскопок и обвалится, превратив людей в фарш из плоти и песка. Три автоматизированных дрона уже выполнили эту часть задачи, разместив под землей во время пересмен три тактических заряда малой мощности. И столь могущественной корпорации абсолютно не важно, что при этом погибнут почти две сотни человек. Ведь в договоре есть маленький пунктик всего в два слова специально прописанный маленьким шрифтом: «никаких свидетелей». Поэтому в Мосул вернутся только они с Ником и дюжина наемников в форме службы безопасности «Новой Эры», которых загонят вместе на очередное задание, и откуда они уже не вернуться. Будет новый жесткий отбор, и вновь все повториться, только уже по совсем другому сценарию.
− Ник, ты помнишь, сколько погибло людей в рекордном несчастном случае? – спросил он после получасовой тишины.
− Это когда взорвалась из-за чьей-то халатности АЭС на острове Урал?.. – Джеймс утвердительно ему кивнул. – Более тысячи, насколько я помню.
− Тысяча сто двадцать восемь, если быть точнее. И все для того, чтобы держать людей на этом острове в полном подчинении. Так как наше руководство сочло, что большое количество электроэнергии, тем более поступающей с АЭС, этим жителям ни к чему. Одной небольшой ТЭС для почти четырнадцати миллионного населения острова вполне достаточно – пусть экономят. Со стороны защиты это также было как будто бы необходимо. Создать атомную бомбу на древней, как Новый Мир, АЭС – это полный абсурд.
− Ты все еще считаешь, что это были напрасные жертвы, Джеймс?
− Я считаю, что корпорация порой заходит слишком далеко из-за своей параноидальной мании и величия.
− Ты бы говорил потише, а то тебя могут незамедлительно реорганизовать, ведь кто знает, куда сейчас направлен один из наших спутников, − предостерег его Ник. – Мне бы этого совсем не хотелось. Думаю, что тебе тоже.
− Ты прав! В следующий раз я буду аккуратнее при выборе слов, − он положил руку ему на плечо. – Уже почти час ночи, поэтому бери командование на себя. Я пошел, посплю часа четыре. Разбуди меня в пять – я тебя сменю.
− Окей, босс! – он широко улыбнулся, а затем обратился к часам на своем запястье, чуть выше браслета: − Часы Н, поставить будильник, пять часов утра.
− И перестань называть меня боссом! – бросил через плечо Джеймс, так же улыбнувшись.

Намного моложе и куда гораздо в лучшей физической форме. Он брел по мертвой земле материка Нью-Лэнд вдоль подножия вулкана Кинг, уходящего белоснежной короной ввысь за облака. Было странно, что все куда-то подевались в этом пустынном месте. Не было даже и следа лагеря, хотя он должен был находиться где-то неподалеку, за одной из остроконечных скал. Но куда удивительнее, не было видно и Ника, который сновал за ним попятам, как бестактная шавка, вечно раздражавшая его по мельчайшим пустякам. Да что там, даже его присутствие рядом уже напрягало до такой степени, что хотелось вытащить пистолет и выпустить ему мозги, чтобы тот хоть немного ими пораскинул с пользой. Пусть эта польза и будет в небольшом количестве алой влаги для этой бесплодной земли.
Джеймс пытался кричать, но в ответ лишь свист ветра, гуляющего вокруг по расщелинам застывшей лавы, да стук его собственных шагов, легким эхом отдающегося от ближайших черных скал. Только мертвая тишина отвечала на его зов, но он продолжал не терять надежду, блуждая по подножию с целью найти хоть какой-то след присутствия его людей. И вот, спустя почти два часа поисков, он нашел его.
Из-за одной из скал впереди, в начавшихся уже сумерках, он все же смог разглядеть часть каркасной военной палатки и ускорил шаг. Солнце за его спиной грозило вот-вот скрыться за горизонт, и надо было успеть добраться до наступления темноты. Ведь ночные прогулки по застывшей лаве без фонарика чреваты переломом или, в лучшем случае, вывихом лодыжки. Ни того, ни другого Джеймсу совершенно не хотелось получить. Поэтому, чуть ли уже не бежа, он устремился к скале, до которой оставалось преодолеть еще не менее трех сот метров по испещренной разломами поверхности.
Осталось лишь обогнуть скалу с большим разломом у ее основания, единственное, что отделяло его от лагеря еще на каких-то там сто метров, когда солнце скрылось за горизонт. Это его нисколько не беспокоило. До того, как тьма накроет все с головой, он будет уже на месте и попивать вместе со своими подчиненными прохладное пиво в палатке, где температура на порядок ниже, чем снаружи. Только при этой мысли он ощутил, насколько его организм обезвожен после столь длительного путешествия в поисках лагеря по раскаленной солнцем сковороде из пемзы. Во рту давно пересохло, от полученного теплового удара знобило, кружилась голова, в глазах иногда все тускнело, еще немного и он может даже потерять сознание.
Каково же было его удивление и вместе с тем разочарование, перемешанное со страхом, когда он добрался до лагеря…
Тенты на всех палатках были разодраны в клочья и трепыхались под порывами ветра. Вещи беспорядочно валялись по всему лагерю, говоря о хаосе давно царившем здесь. Но самым ужасным было то, что лежало у него прямо под ногами… Джеймс с замершим сердцем огляделся. Повсюду лежали трупы его людей, если таковыми можно было назвать скелеты с остатками догнивающей, источающей смрадный запах, плоти на них, а их высохшие зрачки в глазницах с ужасом смотрели куда-то вдаль. Все они разом взглянули на что-то необычное вдали, прежде чем с застывшим на их лицах страхом умереть. И судя по останкам перед ним, погибли они довольно таки давно. Что же это могло быть?!.. И где все это время был он?!..
Он хотел было посмотреть в сторону, туда, куда был устремлен наполненный паническим ужасом взгляд трупов, но не успел даже шевельнуть головой, как его тут же отшвырнуло на несколько метров назад на спину ударной волной, и раздался оглушительный взрыв. Мгновение спустя земля под ним затряслась, озарившись огненно-красным цветом, и он увидел над собой в небе огненные глыбы, неистово пронизывающие облака и с гулом несущиеся к земле. Только ничего не было слышно, кроме режущего звона в кровоточащих ушах. Снова толчок… Затем еще один… И еще один…
И тут Джеймс с облегчением вздохнул. Глыба, которой оставалось до него всего считанные десятки метров, испарилась, как и все вокруг, накрыв его непроглядной пеленой темноты. Опять его кто-то затряс, только на этот раз гораздо сильнее и настойчивее. Издалека, выводя его глубокого сна, стал доноситься голос Ника, который упорно пытался разбудить своего друга. У него не оставалось никаких шансов, кроме как подчиниться, и приоткрыл глаза.
− Что уже пять часов? – недовольным сонным голосом спросил Джеймс, потягиваясь.
− Нет, намного лучше! – счастливо выпалил тот.
− Что может быть такого интересного, что ты меня разбудил… − и он кинул взгляд на наручные часы, − в начале четвертого, черт возьми?
Он ожидал услышать от друга сейчас массу все возможных новостей, но уж ни как не ту, существование которой, в столь сонном состоянии, не мог даже допустить. Поэтому Нику пришлось трижды повторить в разной интерпретации, пока до того не дошел смысл его слов.
Меньше через минуту, накинув на мятую рубашку черный пиджак, Джеймс летел к командному пункту с едва поспевающим за ним заместителем. Все солдаты толпились возле стола под навесом и сверлили своим взглядом главный монитор, не предпринимая никаких дальнейших действий, в ожидании появления своего начальника. Заметив его приближение, все разом посторонились, и он без труда прильнул к монитору, в надежде разглядеть на нем столь искомую вещичку. Среди гор песка и развалин, в свете прожекторов, он увидел маленькую коробочку с откинутой вверх крышкой. И в центре этой самой коробочки, покрытый лоскутками сгнившей ткани и песком, едва пульсирующе светясь бледно-голубым цветом, лежал Кристалл. Тот самый Кристалл, о котором он получил в свое время достаточно информации, чтобы узнать его даже сейчас. Но Джеймс все еще не мог поверить в такую слепую удачу найти его после стольких месяцев упорных трудов, и с помощью сенсорного экрана на столе максимально увеличил изображение коробочки на мониторе.
− Это… это он! – его голос дрожал от волнения, как и все его тело. – Немедленно отозвать всех рабочих наверх! – отдал он приказ наемникам, после чего оживленно обратился к Нику: − Ну, что, спускаемся вниз или будем продолжать здесь мять свои яйца?

Уже через полчаса они ехали вниз по стволу шахты в гнетущем молчании. Ведь это был конец их очередной, на этот раз сильно затянувшейся, экспедиции, а значит, завтра никто из рабочих не поднимется с мест раскопок на поверхность, найдя свою могилу глубоко под землей. Но, а пока им дали внепланово отдохнуть несколько часов после тяжелых и выматывающих месяцев трудов прежде, чем их вновь загонят обратно вниз – в последний вечный раз. Они оба старались думать, что это всего лишь работа, как и все другие, хотя с каждым отправленным ими новым человеком на тот Свет (а их за раз уходило всегда не менее сотни) становилось гораздо тяжелее нажимать на кнопку или отдавать приказ. Как оказалось, они тоже люди, и чувство вины в них растет прямо пропорционально загубленным душам. Даже сейчас, проплутав в приглушенном свете настенных фонарей по лабиринту раскопок почти милю, чувство вины только обострилось, а вкус к победе и крупному вознаграждению потерял ту былую значимость, которая так настойчиво вела их вперед. Но теперь пути назад нет, как и нет им уже искупления за столь массовые убийства.
Так, не проронив ни слова, они и добрели до места указанного на экране небольшого планшета в руках Джеймса, где покоилась тысячи лет бесценная коробочка, на поиски которой корпорация выложила довольно-таки кругленькую сумму. Совершенно невзрачная на вид, это подобие шкатулки обошлось по предварительным подсчетам Ника в четыре с половиной миллиона эйджов, не считая, что еще по полмиллиона будет выплачено им в качестве вознаграждения и сто двадцать тысяч наемникам.
Джеймс покрутил какое-то время коробочку в руках, разглядывая, потом извлек из нее Кристалл и отшвырнул ее в сторону. Теперь она совершенно ничего не стоит, даже эйджа ломаного, а вот он… И дрожащими пальцами, аккуратно словно ювелир, он убрал в сторону лоскутки сгнившей ткани, открывая свету небольшую стекляшку, размером всего лишь с ладонь. С легкость сдув с нее песок, который поднялся в воздух небольшим облаком, Кристалл тут же засиял с новой силой, озаряя все вокруг мягким светло-голубым светом и через несколько завораживающих секунд потух, оставшись бесцветно лежать на ладони. Освободив от тканевого плена, Джеймс убрал его в специальный футляр, закрыл обратно крышку и прислонил большой палец к миниатюрному сенсору на ней. Раздался глухой щелчок, и Кристалл оказался в надежном плену из «металлического стекла». Напоминая тубу из-под кубинской сигары, запасы которых почти истощены, а цены на них стали баснословными, футляр вернулся в нагрудный карман рубашки.
− Здесь будет гораздо надежнее, − с широкой улыбкой сказал он Нику и похлопал по карману. – Теперь можно подняться на поверхность и немного отпраздновать. Ведь завтра к этому времени мы будем почти уже в Америке.
− Тогда, в первую очередь, прежде чем напиваться, нужно сделать запрос в корпорацию на бронирование нам двух билетов VIP-классом и заодно сообщить об удачном завершении миссии. Пусть начинают готовить деньги к нашему возвращению, а то вечно эта бухгалтерия тянет резину.
− Я, вроде бы, сказал «отпраздновать», но не «напиваться», − уточнил он уже без видимых эмоций на лице.
− А, ну, да! Конечно же! Только чуть-чуть отпразднуем и все! – с добродушной ухмылкой съязвил Ник.
Кроме тридцати двух белоснежных зубов Джеймса больше ничего не последовало в ответ на сарказм. Да и друг был абсолютно прав. Любое их отмечание закачивалось тем, что чертовски раскалывалась потом голова, а от любого запаха выворачивало внутренности наизнанку, и ничего не хотелось, кроме как залить водой ненасытную пустыню во рту. Поэтому сегодня с утра их ждет попойка. Да еще какая! А наемники уж постараются заблаговременно разбудить руководство до вылета.
− И, как поднимемся, нужно будет отдать приказ солдатам, − тихим мрачным голосом произнес Ник. – Это последний пункт в завершении нашей миссии – никаких свидетелей.
− Да, конечно, − еле слышно выдохнул Джеймс.

С тяжеленой головой и невероятно опухшим лицом Ник вместе с дюжиной солдат в спешке прочесывал лагерь и местность вокруг, не веря в то, что это вообще могло случиться. Ведь с выпивкой, судя по количеству пустой тары на полу в шатре, у них проблем не возникло. А вот со здоровьем (только не физическим) у Джеймса проблемы были и алкоголь при этом далеко не исключение – он всегда сильнее страдал от похмелья после пьянки, хоть и старался пить меньше друга. Поэтому поверить в то, что тот сбежал с утрешней находкой, он никак не мог. Скорее всего, тот где-нибудь сейчас сидит в тени бархана и блюет, пытаясь прийти в себя. Но, чем меньше территории оставалось им прочесать, тем более явным становилось исчезновение напарника, и тем больше он осознавал, что совершенно не знал своего друга.
Спустя час он уже сидел под навесом неподалеку от новоиспеченной братской могилы и получал по спутниковой связи от управления корпорации новые распоряжения, то и дело, посматривая на главный монитор, на котором, через удаленное управление, выводилось множество различных данных. Файлы с текстом, сменялись то какими-то таблицами, то спутниковыми картами, в то время как дюжина наемников стояла поодаль, ожидая новых распоряжений. Им даже не нужно было ничего слышать и видеть, обладая при этом хоть какими-то умственными способностями, чтобы догадаться о грядущей смене руководства, которое в данный момент штудировало получаемую информацию на мониторе.
Ник оглянулся и посмотрел на солдат. Уголок его рта подернулся в ухмылке. Пусть он плохо знал Джеймса как друга и отличного товарища, но, вот как солдата, знал его достаточно хорошо, и с кучкой этих отморозков существует большой шанс упустить его, а этого допустить никак нельзя. Да и куда тот денется за пару дней форы, если каждый его шаг отслеживается через спутник. Тем более, ссылаясь на его нынешнее местоположение, движется он прямиком на полуостров Кавказ, на котором единственное место, где он может ускользнуть от них и нанести большой урон при сопротивлении – сам мегаполис Кавказ. Значит, нужны еще люди, если они хотят, во что бы то ни стало, вернуть Кристалл.
− Прошу предоставить в мое распоряжение полдюжины специально обученных людей к завтрашнему вечеру, сэр, иначе я не могу гарантировать поимку бывшего начальника Специально-Поисковорасследовательного Управления, Джеймса Далтона, и возвращение вам Кристалла. Только С-П-Е-Ц-И-А-Л-Ь-Н-О обученных людей! − повторил Ник четче и громче.
Какое-то время он слушал людей на другом конце связи без видимых эмоций, потирая руки, как внезапно его лицо исказилось до неузнаваемости.
− Я должен реорганизовать Джеймса Далтона, сэр? – с большим удивлением переспросил он. Ведь они были друзьями столько лет, а теперь ему предстояло убить его. Нет, не доставить в корпорацию в руки «типа» гуманного суда, как полагал Ник, а самому реорганизовать своего единственного друга. – Будет сделано! – с трудом выпалил он и выпил стоящий передним стакан прохладной воды с растворенным в ней аспирином.


Странник.

«Доброе утро, Алексей! Пора вставать!» − громко возвестил приятный женский голос. – «Давай, давай, просыпайся, соня! Уже шесть тридцать – пора вставать!» − нежнее произнес голос, но громозвучнее.
− Да-да! встаю уже, − вяло отозвался Алексей из-под одеяла и высунул голову, не открывая глаз.
«Вот так вот!» − улыбаючесь тихо произнес нежный голосок. – «А то не хватало, чтобы ты опоздал на работу».
Он потянулся и, потерев глаза, открыл их, приподнимаясь с кровати. Комната была освещена приятным, голубовато-зеленым, светом трехмерной голограммы электронных часов, показывающих время посреди небольшой комнаты, на которых последняя цифра ежесекундно сменялась другой, приближаясь к 6:31.
− Пожалуйста, включи свет, Элис, только не слишком ярко! – попросил он, наспех натягивая на себя мятые брюки и футболку.
«Тебе не помешало бы хоть иногда гладить свои вещи!»
− Ты разве моя жена или моя мать? – грубо бросил Алексей, проходя насквозь голограмму часов, и направился прямиком в ванную комнату.
«Нет, я просто Элис – интерактивный искусственный интеллект, управляющий, всего на всего, твоей жалкой квартирой», − жалостно произнесла она.
− Прости меня, пожалуйста, Элли! Я не хотел тебя обидеть! – донеслось из ванной.
«Ничего! Я понимаю!» − ее голосок звучал уже мило, перебарывая журчание холодной воды из-под крана, но не слишком громко, чтобы ненароком не разбудить соседей.
− Дорогая, включи прогноз погоды на сегодня, − попросил он, выходя из ванной.
«Сейчас сделаем!» − колокольчиком отозвалась она.
Часы посреди комнаты исчезли, и вместо них появилась таких же размеров объемная голограмма, на которой распиналась худощавая блондинка со слащавым голоском, время от времени прыгающая вокруг спутниковой карты полуострова Кавказ и тыча каким-то породием указки на различные участки карты, то увеличивая, то уменьшая масштаб изображения, ни на секунду не снимая уродливо-наигранной улыбки со своего виртуального личика. Ведь она была таким же интерактивным искусственным интеллектом, как и его Элис. Наконец-то ИИИ добралась до погоды в Юго-Западном районе мегаполиса Кавказ. Алексей этому ничуть не удивился, что его район находится в самом конце списка – кому из богатеньких захочется слушать хоть какие-то новости из самого бедного и опасного района мегаполиса, где ежечасно что-нибудь да случается, а полиция если и заглядывает, то только для зачистки, поэтому ее ждут здесь словно Рождество. Подобные новости просто приелись телезрителю, которого уже ничем не удивишь. По этой причине не раз поднимался вопрос о реорганизации Юго-Западного района тактической ракетой малой мощности без эвакуации из него людей. И ни у кого это не вызвало удивления. Корпорации «Новая Эра» всегда было наплевать на низшие слои, из которых только и состоял этот район, где бедные с трудом волочили свое жалкое существование, а отморозки готовы даже за эйдж всадить тебе пулю в лоб лишь бы не работать. К одному из таких слоев относился и сам Алексей: работать в компании, принадлежащей корпорации, приходилось порой за троих, а платили столько, что он едва мог сводить концы с концами, полностью погрязнув в кредитной яме, принадлежащей той же самой что ни на есть корпорации, которая с каждым годом росла как снежный ком.
«…с утра погода в Юго-Западном районе не может не порадовать, проживающих там людей, − с явным пренебрежением в голосе, но с той же мерзкой улыбкой, вещала блондинка-ИИИ с голограммы. – Из-за стопроцентной влажности и северо-западного прохладного ветра, обдувающего побережье этого полуострова, температура до обеда продержится на отметке в тридцать шесть градусов по Цельсия. Затем температура начнет уверенно расти и к пятнадцати часам достигнет положенных сорока трех градусов, − чуть ли не от восторга выпалила она. – Так что, от сегодняшнего зноя в мегаполисе все равно никто не спасется!..»
− Теперь можешь выключить эту тощую стерву, Элли.
«С превеликим удовольствием!» – почти смеясь, отозвалась она, вновь выводя часы на полкомнаты, которые возвестили ему о 7:12:46 по девятому часовому поясу – время заканчивать завтрак и бежать на работу. Не охота быть депремированным повторно за опоздание, когда на календаре только шестое августа.
Алексей поглотал остатки яичницы из искусственного синтетического белка − большого выбора в еде у него, конечно, никогда не было, не говоря уже о наличии в его рационе здоровой пище, − залил все в желудке неким подобием кофе и кинул взгляд на часы − 7:16:31. Больше времени нет. Он схватил с тумбочки ключи и уже в дверях кинул Элис:
− Давай! До вечера! – и захлопнул дверь, не дождавшись ответа. Если б он только знал, что больше не сможет вернуться в свою квартиру, то попрощался бы с ней совершенно по-другому, теплее.
С лестницей он разобрался также быстро, как и с яичницей, выскользнув в приоткрытую дверь, которая медленно, скрипя, закрывалась доводчиком. Видимо кто-то тоже помчался на работу в последнюю минуту.
Его встретил, как и обещала блондинка-ИИИ, относительно прохладный сырой воздух, который приятно ласкал лицо. Все гораздо лучше, чем штиль при сорока шести градусах по Цельсия в это время года, да еще и ясное чистое небо – не могли не поднять ему настроение.
Едва Алексей свернул на Зеленую улицу, как по потрескавшемуся асфальту и близлежащим домам скользнула тень, он остановился и оглянулся вокруг. Ничего – только несколько человек стремительно удалялись вдаль впереди него.
− Только не это! – выдохнул он. Теперь на работу ему точно не поспеть вовремя.
Через секунду в метрах двух от него, совершенно бесшумно, опустился полицейский дрон в полной боевой готовности, что не могло его не напугать до мозга костей.
«Не двигайтесь, сэр! Это обычная процедура и много времени у нас не займет. Делайте, как я вам сказал, и тогда вашей жизни ничего не будет угрожать!» − после этих слов голубой луч, исходящий из открывшегося окошка между глаз-камер дрона, начал сканировать сетчатку его глаза. – «Спасибо, Степанов Алексей Александрович, за ваше понимание и сотрудничество с правоохранительными органами мегаполиса Кавказ! Можете возвращаться к своей привычно жизни!» − две небольшие ракеты спрятались обратно в светло-голубую нижнюю часть корпуса, и дрон, все также беззвучно, удалился, оставив за собой след раскаленного воздуха.
Еще мгновение Алексей колебался, можно ему уже шевелиться или нет. Оглядевшись, и, не увидев поблизости дрона, он облегченно вздохнул. Опасность его все-таки миновала. Да, в следующий раз не стоит дебоширить в баре, когда захочется побухать, а то добром для него это, в один прекрасный день, точно не закончится. Только здесь дела куда посерьезнее, чем простой дебош. Кто-то уж действительно натворил делов, и, судя по тому, в каком районе он проживает, это будет гораздо больше, чем даже банальное убийство за несколько эйджов.
Он мигом отогнал от себя подобные размышления. Работа – вот его реальная жизнь, и она, черт ее возьми, никогда не может подождать! И он к тому же, взглянув на часы, опаздывает на обыденное с ней свидание. Опять начальник вызовет его к себе, и полчаса будет выносить мозг, хотя мог бы просто-напросто депремировать его без каких-то там нравоучений. Но нет же! Надо поунижать, позлорадствовать, почувствовать себя большим начальником. А как же иначе?! Только какой же он большой начальник, если директор подразделения играет с ним в Шпили-Вили гораздо капитальнее и жестче по каждым четвергам, заставляя потом того в экстазе орать на подчиненных до самого вечера. Только сегодня иметь во всех смыслах будут не начальника, а его самого. Улыбка тут же исчезла с его лица, и Алексей побежал.
Только у переулка ФЗО он сменил бег на шаг. Пусть он заброшен и может быть опасен в это время суток, но у него есть возможность сильно срезать по нему, особенно если еще сократит через пустующие высотки в конце переулка. Тогда он прямиком выйдет на Пролетарскую улицу неподалеку от своей компании, а это как раз то, что ему сейчас нужно. Решено!
Алексей свернул на переулок ФЗО и побежал, но уже не так быстро. Теперь он точно успевал добраться до работы вовремя, но почему-то внутри все сжалось еще сильнее. Скорее всего, виной этому – мертвые кварталы вокруг, решил он, стараясь хоть как-то успокоить себя. Кругом царила гробовая тишина, ведь в здешних домах не обитают даже плутающие на протяжении многих лет. Единственный источник шума здесь – он сам. Тяжелое частое дыхание, бешеное биение сердца внутри и стук подошвы его обуви по безжалостно испещренному колдобинами и трещинами асфальту. Так что, кроме него здесь никого и быть не может, подбодрил себя Алексей. Да и взять, повернуть назад, для него уже слишком поздно.
Только в конце переулка пришлось неожиданно остановиться. Путь преграждал полутораметровый сетчатый забор, за которым находилось какое-то трех этажное муниципальное здание из красного потемневшего кирпича, сильно облупившегося и покрытого мхом. Он постарался воспользоваться небольшой остановкой, чтобы восстановить дыхание, и посмотрел по сторонам. Забору не было ни конца, ни края, как и не было нигде видно бреши в нем. На поржавевшей, местами насквозь, табличке на одном из столбов сетчатых ворот, заросших пожелтевшей травой, он все же смог прочитать, хоть и с большим трудом, гласившую надпись: «ПТУ №23». Выбора все равно уже нет, так как по Лесозаводской улице он точно не поспеет вовремя. Да к тому же, кто будет охранять заброшенное учреждение, которое пустует не менее пятидесяти лет. Не колеблясь больше ни секунды, он полез через забор.
Алексей одним махом преодолел забор и уже собирался вновь пуститься бегом, как тут же замер с приоткрытым ртом – в лоб ему упиралось дуло пистолета со встроенным глушителем. Его широко открытые глаза уставились на владельца оружия. Человек, облаченный во все черное, покрытый с ног до головы пылью, добродушно улыбнулся и пожал плечами.
− Ну, не будем же мы здесь торчать весь день, – и вежливо попросил дулом пистолета двигаться вперед. – Зайдем в здание сзади, чтобы поменьше оставлять следов. Меня, если ты заметил, ищут. И круг поисков уже начал сужаться, а значит, скоро найдут. А так как я наломал слишком много дров, сильно насолив корпорации, то меня реорганизуют на месте без лишних разговоров, и тебя, если увидят со мной… Заходи внутрь, пожалуйста! – учтиво сказал незнакомец с тем же легким акцентом на хорошем русском языке и слегка ткнул пистолетом в спину.
Алексей собрался с силами и потянулся к ручке двери. Обветшавшая за многие года дверь громко скрипнула, но все же поддалась и отварилась. Запах сырости, гнилого дерева и чего-то еще отвратительного резко ударил ему в нос, и он, подавляя в себе накативший приступ тошноты, вошел внутрь просторного помещения «ПТУ № 23», окутанного полумраком. Повсюду стояли длинные кованые столы без столешниц и меньше десятка таких же кованых стульев. Видимо, столешницы со стульями растащили плутающие, когда еще обитали в этих кварталах. Но человек в черном костюме снова ткнул дулом пистолета, заставляя его идти дальше.
Спустя несколько минут блужданий по темным коридорам с прогнившими насквозь полами они наконец-таки вошли в небольшую комнату, которая была достаточно освещена небольшим светильником, стоявшим на единственном целом столе во всем здании. Пыль была аккуратно стерта со всех поверхностей, делая это помещение приятным для пребывания в нем, даже паутина, свисавшая с потолков гроздьями на всем их пути сюда, здесь отсутствовала.
− Присаживайся! У нас с каждой минутой остается все меньше и меньше времени для болтовни, а мне многое нужно тебе рассказать, − незнакомец сел напротив Алексея, положил пистолет на стол, а другой достал из внутреннего кармана блестящий футляр и положил его рядом со светильником. – Весь этот сыр бор из-за этого небольшого предмета. Он теперь твой. Ведь я навряд ли доживу до сегодняшнего вечера. Так что, бери его!
Алексей взглянул на переливающийся в лучах светильника футляр голубовато-металлического цвета, но поколебался протянуть к нему руку и взять.
− Не бойся! Пулю в лоб не пущу. Если б хотел, то пришил бы тебя еще у забора, и ты даже не узнал бы, кто это сделал. Хотя со временем ты можешь пожалеть, что я этого, все-таки, не сделал, − сказал он, расплываясь в широкой улыбке. – Между прочим, я – Джеймс Далтон. Хотя мое настоящее имя Виктор, а вот свою фамилию, к сожалению, даже никогда не знал. Но можешь называть меня Джеймсом – я уже привык к нему за многие годы, − и протянул руку.
− А-Алексей С-С-Степанов, − едва слышно выдохнул он.
− Приятно познакомиться, Алексей! – выпалил Джеймс, заканчивая рукопожатие. – А теперь, когда мы уже знакомы, можешь поднять футляр и посмотреть, что там внутри него, ведь, как я уже сказал, он с этого момента исключительно твой. Да, и после нашего разговора пистолет тоже достанется тебе. Он явно понадобиться тебе в ближайшее время, когда они не обнаружат при мне футляра. И задайся вопросом: зачем трупу вообще нужна пушка, а? – спросил он в тридцать два зуба и подмигнул, когда тот неуверенно подобрал со стола футляр и вопросительно посмотрел на неумолкающего незнакомца. – Теперь, чтобы его открыть, коснись сенсора на крышке большим пальцем, а затем аккуратно вынь содержимое.
Слегка дрожащий палец едва успел прикоснуться к сенсору на крышке, как раздался щелчок, последовал короткий мелодичный звук, и она немного поддалась вверх. Алексей снял крышку. Из футляра тут же вырвался наружу приятный ярко-голубой свет, мощным потоком озаривший потолок. Спустя несколько мгновений мощность излучения резко упала, позволяя теперь извлечь содержимое наружу.
− Ну, что же ты? Давай! – подбодрил его Джеймс.
Алексей наклонил футляр и ему на ладонь, звеня, выскользнул пульсирующий светом Кристалл. Через секунду он уже мерно освещал все вокруг приятным бледно-голубым цветом.
− Что это? – озадаченно спросил Алексей, немного осмелев, покручивая ограненную стекляшку в руках.
− В твоих руках «Слеза Богов» – Кристалл, которому тысячи лет. Он единственный в своем роде. И первое упоминание о нем относится еще к временам Вавилона. Затем упоминания о нем встречаются во многих культурах древних цивилизаций, пока чудесным образом он не исчезает вместе с городом две тысячи лет назад, где и проводились недавно раскопки, чтобы найти его. По мнению моего руководства, этот Кристалл обладает какой-то особенной силой, благодаря которой все государства, где он упоминался, занимали на тот момент ведущее место в Мире во всех отношениях. В Англии было даже замечено резкое увеличение числа ведьм и колдунов, обладающих различными магическими силами, пока, однажды, он загадочным путем не оказывается в Ираке и не исчезает. Самое странное сейчас для меня… − он провел рукой по заросшему подбородку, − то, что в твоих руках он не перестает светить. Видимо, я не случайно встретил тебя здесь! – и Джеймс вновь лучезарно улыбнулся, но тут же помраморел: − Но если его сила, в которую так верит мое руководство, реальна, то Кристалл ни в коем случае не должен к ним попасть… Его нужно уничтожить, во что бы то ни стало! Я не смогу этого сделать, так как меня уже зажали со всех сторон, а вот у тебя будет фора, по меньшей мере, в несколько часов, чтобы ускользнуть из Мегаполиса на каком-нибудь корабле, идущем в направлении Новой Северной Америки, − Алексей недоуменно уставился на своего нового знакомого, и хотел было что-то спросить, но тот продолжил, оставив его сидеть с приоткрытым ртом: − Да, я знаю, там находиться сердце корпорации «Новая Эра». Но там, как раз таки, также находится и единственный действующий вулкан на всем Земном шаре, который пока даже не думает затухать. Именно в жерло этого самого вулкана ты и должен будешь сбросить этот, чертов, Кристалл.
− А если я не сумею туда добраться?
− То ВАМ ВСЕМ будет ЖОПА! – искренне рассмеялся Джеймс и указал на стену, где висела карта Старого Мира. – Будет почти то же самое, что и после смены полюсов в две тысячи сто седьмом году, когда США и Китай воспользовались ядерным оружием друг против друга в Третьей мировой войне, большая часть территорий которых теперь не пригодна для существования.
Но Алексей сейчас совершенно не слушал его и не обращал внимания ни на что вокруг себя кроме одного. Он не мог поверить, что на ладони у него сейчас лежит сама Судьба всего Человечества, но самое забавное в этом то, что лежит она именно в его руке. Он с ужасом уставился на завораживающе сияющий Кристалл, а внутри у него все похолодело и сжалось в маленький комок, который стремительно подбирался к горлу. Сердцебиение участилось, появился шум в ушах; если бы не стул под ним, то его ноги точно бы подкосились.
Пока его взгляд, наполненный паническим страхом, был устремлен на «Слезу Богов», человек в черном, не спеша, достал небольшой планшет из внутреннего кармана пиджака, включил, и толкнул его. Планшет скользнул по шершавой поверхности стола и, крутясь, устремился к цели, пока не ударился в локоть Алексея, возвращая того назад, за стол, в небольшую комнатку.
− Возьми! – Джеймс убедился в том, что тот внимательно посмотрел на экран, и продолжил: − На этой спутниковой карте указано точное месторасположение вулкана Маити на материке Новой Северной Америки. Это и есть твоя конечная цель в столь приятном для души путешествии.
− Приятном?!.. – вытаращился он возмущенно. – Меня в любой момент могут пристрелить, а вы говорите о каком-то там «приятном для души» путешествии!
− Извини! С чувством юмора у меня всегда было плохо. Ладно, времени у нас почти не осталось. Полиция хоть и ищет повсюду – им меня не найти, но, так как к моему позвоночнику вживлен чип, люди корпорации точно знают, где я. Им нужно лишь время добраться сюда: час – другой и меня прижмут, − поэтому тебе надо уходить, чтобы еще успеть добраться до порта. Лови! – и пистолет скользнул по столу в сторону Алексея. − Попусту не стреляй из него – может пригодиться в любой момент. В каждой обойме по пятнадцать патронов и того у тебя их будет всего сорок пять, − две заряженные обоймы последовали по столу в след за пистолетом.
− А-а если я-я-я не-не соглашусь?! – спохватился Алексей с явной надеждой в голосе. – Я-я же м-м-могу оставить К-к-кристалл и п-просто у-уйти с-с-сейчас. Пи-пистолет то т-т-теперь у-у-у меня!
− Ага, давай! – искренне рассмеялся Джеймс, безмятежно всматриваясь в черноту дула перед собой. – Ты единственный человек, кто был в этом квартале, а значит, ты – потенциальный свидетель, которых корпорация, к сожалению, не жалует. Можешь поверить, но к тебе уже сегодня нагрянут ребята в черной форме службы безопасности и реорганизуют, как нежелательного свидетеля. А так у тебя есть хоть какой-то шанс спасти никчемные остатки Человечества или хотя бы выиграть несколько дней для своей жизни, в которой ты влачишь жалкое существование. Так что, тебе решать!
Жилы на руке напряглись, и Алексей со всей ненавистью сжал светящуюся стекляшку в кулаке. Та тут же прыснула вспышкой яркого света, пробившегося сквозь сжатые пальцы, и утихла. Со злостью, отпечатавшейся на его лице, он швырнул ее обратно в футляр. Глухой щелчок, и Кристалл вновь оказался надежно заперт в сине-стальной камере, которую он покрутил еще несколько секунд на столе в глубоких раздумьях.
− ХО! – воскликнул он без всякого энтузиазма сухим голосом, взяв футляр и спрятав в карман брюк. – Офигеть! Вы даже не оставили мне никакого выбора. Жестоко!
− Что?!..
− Жестоко! – недоуменно повторил Алексей, но до него сразу же дошло: − Ааа… Понятно! ХО означает «хорошо».
− Ну, теперь мне все понятно! – улыбнувшись, произнес Джеймс. − Но, прежде чем ты выйдешь в эту дверь, и мы больше никогда не встретимся, есть еще две вещи, которые я должен тебе сказать. Первое, − он указал на планшет, − его никто не сможет отследить со спутника – в свое время я постарался над этим… Так, на всякий случай. Пользуйся им только по необходимости, так как зарядки у него осталось меньше, чем на сутки. А подключать к нему какую-нибудь зарядку, кроме оригинальной, нельзя – сразу же рванет. Меры предосторожности, сам понимаешь! И второе, − улыбка на его лице стала еще шире, − выправь футболку, а то не успеешь и три квартала пройти, как тебя загребет полиция.
− Твою же мать!.. – и его лицо побагровело, пока он наспех доставал мятую футболку из потрепанных брюк: еще не успел выйти, как уже сильно опростоволосился перед человеком, возложившим на него столь большие надежды. Как же он тогда сумеет доставить Кристалл через пол Земного шара?!.. – Так не заметно?
− Теперь отлично! Тебе пора! – он протянул руку Алексею на прощание.
Тот пожал ее и, не заставляя себя долго ждать, вышел, оставив Джеймса в угрюмом одиночестве, со своими тяжелыми мыслями и неискупленными грехами, дожидаться людей из корпорации. Ведь бежать ему уже нет смысла, да и некуда. А лишних два-три часа для его столь бурной жизни в прошлом ничего не решат.

Спустя почти полтора часа раздался приглушенный взрыв. Это в щепки разнесло двери главного входа в ПТУ. Несомненно, за ним пришли. Теперь осталось дождаться, когда его найдут. Только то, что им нужно, у него уже, к счастью, нет. И сейчас оно удаляется от этого место все дальше и дальше с каждой минутой. Остается надеяться, что его еще долго будут искать по темным коридорам обветшавшего здания. А это, в свою очередь, даст дополнительное время для Алексея добраться до порта в северной части полуострова. Место, откуда можно покинуть мегаполис Кавказ незамеченным. Он же, этим временем, постарается, насколько возможно, подольше задержать наемников корпорации. Все равно, терять уже нечего! Тем более что итог в этой ситуации ждет его лишь один.
Но долго его не заставили ждать. Не прошло и пяти минут, как шаги нескольких человек (вероятно четверых, постарался он сосчитать), едва уловимым эхом отдающиеся от стен, стали приближаться по коридору в сторону его коморки. Скрип!.. Кто-то неудачно наступил на шаткую сгнившую доску в полу. «Надо было идти вдоль стен, придурки!» − выругался он шепотом, будто это его сейчас отряд, продвигаясь вперед, только что совершил раковую ошибку, которая могла стоить им жизни. Он выключил светильник. Комнату с трудом теперь освещал солнечный свет, сочащийся через щели меж усохших досок, которыми наглухо было заколочено небольшое окно под самым потолком.
Резкий скрип! Дверь в соседнее помещение приоткрылась… Суета где-то там за стеной… Легкие шорохи… Шепот людей… И вновь тишина, только еле слышимые шаги двинулись дальше по направлению к нему. Вновь скрипнул пол! Но уже рядом с его дверью. Вот и все! Джеймс достал еще один пистолет из-за спины. О том, что в нем единственная оставшаяся у него пуля, знает только он. Придется максимально блефовать! И уставился на ручку двери, очертания которой становились все отчетливее по мере привыкания глаз к темноте.
Не успели еще глаза полностью адаптироваться к темноте, как ручка двери медленно, сначала даже едва заметно, пошла вниз. Несознательно он затаил дыхание, направляя под столом ствол пистолета на дверь.
− Да входите вы уже! – выдохнул он ледяным тоном, когда дверь немного приотворилась. – Не бойтесь! Стрелять не стану.
Через пару секунд три красных луча мгновенно скользнули вдоль комнаты в сторону Джеймса. Он посмотрел на грудь: три яркие точки были нацелены на его сердце, трепеща среди складок его рубашки. Только затем вошел четвертый человек в черном костюме. Его не возможно было не узнать! Характерная манерная походка выделяла его от всех. Белые зубы сверкнули в темноте, как и белки его глаз.
− Отставить поиски! – скомандовал Ник в микрофон на штанге переговорного устройства. – Мы нашли его на втором этаже правого крыла.
− Теперь ты у них «Большой Босс»! Как тебе нравится такое повышение?
− Я еще не успел ощутить все прелести этого в полной мере. У меня пока даже нет заместителя.
− А как же Вилл? – изумился Джеймс. – Мы же всегда рассматривали его кандидатуру.
− Не поверишь, но он отказался! Предпочел все также подчищать дерьмо за нами… Извини, теперь уже только за мной! – постарался съязвить он.
− Это точно! Надеюсь, власть тебя не испортит, в конце концов! Ты хоть понимаешь, зачем я украл эту стекляшку стоимостью в несколько миллионов эйджов?.. И что это вообще за хрень мы нашли там в песках?
− Не-а! Да и мне как-то плевать на все это! Сейчас бы спокойно отдыхали с тобой где-нибудь, а не играли в «кошки-мышки» на территории Нью-Раша, в конце чего один из нас должен будет умереть. А тот бред, что нам дали изучить про Кристалл, ты разве в него веришь? – рассмеялся Ник, сверкая жемчужинами в темноте. – Это же полная чушь!
− Я тоже так думал, пока не взял в руки этот Кристалл. Корпорация может даже недооценивает его подлинной силы, ко…
− Хватит! – резко прервал он Джеймса. – Ты, видимо, совсем рехнулся с этой работой! Это простой кусок стекла, за которым мы пришли. А теперь, если хочешь умереть быстро и безболезненно, отдай немедленно мне футляр. Ведь ты знаешь, мы все равно заберем его силой и не важно, чего это будет стоить нам. Поэтому отдай Кристалл! По-хорошему!
− Дай подумать! – спокойно произнес он.
− О чем?! – гневно взревел Ник. – Или ты полагаешь, что, наставив на нас ствол под столом, это даст тебе хоть какие-то шансы?! Тогда ты реально спятил, дорогой мой друг!
− Нет, − еще спокойнее прозвучал его голос, − я в полном порядке… Больше того, чувствую себя теперь даже намного лучше! Просто размышляю о том, что ты будешь делать, если скажу, что его у меня нет.
− Ты же сам прекрасно знаешь все методы, используемые в корпорации. Так что, бессмысленно пытаться скрыть от нас хоть что-нибудь.
− А я ничего и не скрываю. Его у меня реально нет! Я понятия не имею, где он находится сейчас, и знать не хочу.
− Вранье! Джеймс, думаешь, я поверю в этот бред, что ты сейчас несешь?! – его друг уже закипал от злости, но он терпеливо ждал.
− Тебе решать! Ведь ты достаточно долго знаешь меня, − и улыбнулся.
Вот и все! Тянуть время больше не получиться. Он вновь посмотрел себе на грудь. Слава богу, целиться они умеют, а значит, смерть наступит достаточно быстро. Рука под столом крепче сжала рукоять пистолета, жилы напряглись. Есть только один выстрел, один шанс!
− Взять его! – скомандовал Ник, услышав приближение своих людей, и сделал шаг в сторону от двери. – Меня, как друга, он не станет убивать. Ты уже давно стал мягкотелым, дружище, − бросил он ему, пока солдаты все еще мешкали. – Я приказал взять его! Или я все должен делать за вас?!
Едва солдаты двинулись с места, раздался оглушительный выстрел. Тут же еще три. Джеймс рухнул лицом на стол, кровь потекла по столу. Все оцепенели, только Ник кряхтел, яростно стиснув свои белоснежные зубы, и держал простреленную ногу обоими руками чуть выше колена. В комнату влетело еще два человека, держа винтовки наготове, но все было кончено.
− Какого черта! – процедил он сквозь зубы, закрывая рану. Если б его цвет кожи не был черным, все б заметили, как он резко побагровел от злости. – Кто давал вам команду стрелять?!.. А?!.. Ммм… Твою мать, он нужен был нам живым! Если он не лгал, то где теперь искать этот гребанный Кристалл?!.. Ммм… Кто мне скажет?! Обыскать его!.. И медика сюда. Живо! Ммм…
Двое солдат тщательно обыскали обмякшее тело его друга, но, кроме бумажника с кучей различных цветов карточек, ничего больше не нашли. Они трижды перерывали карманы и не только, но безрезультатно – футляр исчез.
− Как ничего?! – взорвался Ник, когда медик заканчивал перевязку его правой ноги. – Дебилы!.. Я…я не знаю, что с вами сделаю! А если не найдем Кристалл, пойдете на дно вместе со мной, тупоголовые овощи! Планшет…его планшет тоже не нашли?!
− Нет, сер! Ничего, кроме набитой карточками визитницы.
− Хм!.. Это уже интереснее! – его голос стал спокойнее. – Запросите полицию о том, кто мог находиться в течение двух часов в этом районе. Через полчаса мне нужна абсолютно вся информация, которой они обладают! Их дроны, по-любому, должны были прочесывать эти улицы.
− Будет сделано, шеф! – отозвался доброволец и вытащил телефон.
− Вам еще повезло, что Джеймс промахнулся, сер, − сказал медик в черной форме службы безопасности без каких-либо отличий от наемников с винтовками вокруг, вставая на ноги.
− Не-а, он ничуть не промахнулся, − с дружелюбной улыбкой произнес Ник. – Лучше него в корпорации никто и никогда не стрелял, так что, если он и мог промахнуться, стреляя из-под стола, то всего на дюйм, не больше. Джеймс с шести лет спал с пистолетом вместо игрушек, и мог часами проводить время в тире, реально кайфуя от стрельбы из разных видов огнестрельных орудий и метания ножей. Поэтому даже не думайте, что он промахнулся! Понятно?!
− Да, сер!
− А сейчас оставь меня в покое! – рявкнул он и печально посмотрел на труп своего единственного друга.

В 10:40 Ник уже сидели в кабинете директора компании «Фьюче-Лайф» и пил кофе, а три солдата неподвижно стояли позади него, словно каменные глыбы, пока директор, вспотев, несмотря на прохладу климат-контроля, нервно отдавал распоряжения по телефону. Не прошло и полчаса, как в кабинет вошли шесть человек в грязной робе, и выглядели не чище их одежд.
− Как вы и просили, сер, все по списку здесь! – дрожащим голосом выпалил директор.
− Разве их не должно быть семь?
Директор лихорадочно пробежался по списку, глядя поверх очков, затем бегло прошелся взглядом по бейджам сотрудников, и опять по листку.
− Вы…вы правы, сер! Одного нет, − он схватил трубку телефона и дрожащей рукой набрал номер. – Секундочку, сейчас узнаю, где…
− Не стоит! – улыбнулся Ник, и нажал рычажной переключатель телефона, встретив недоумевающий взгляд директора. – Остальные могут быть свободны. А вы, − он посмотрел на табличку на столе, − Сергей Викторович, любезно предоставьте мне всю имеющуюся у вас информацию в течение получаса на этого самого человека, который так и не явился сегодня на работу.
− Хо…хорошо! – выдавил сквозь ком в горле директор, так ничего не поняв в происходящем.
Не миновало и двадцати минут, как новоиспеченный начальник Специально-Поисковорасследовательного Управления (на бейдже корпорации, болтающегося на солидной золотой цепочке, красовалась только позолоченная аббревиатура «Н СПРУ» и ничего больше) внимательно изучал дела Степанова Алексея Александровича, то и дело, меняясь в выражении лица. Зазвучал факс – пришли все дела, имеющиеся в полиции на данного субъекта, − но Ник даже бровью не повел в его сторону, пока не дочитал все до конца. Вынул из бумаг единственное фото и сунул его в карман пиджака, после чего принялся за изучение факса, который оказался не столь уж и солидным.
− Ничего особенного в нем нет, − заключил он, сминая прочитанный факс и метко кидая в изящную урну через стол директора, и обратился к одному из своих людей: − Пусть полиция вновь поднимает всех своих дронов на поиски этого парня, и прочесывают все в радиусе пятнадцати миль от места, где мы нашли Джеймса. Он не мог далеко уйти, тем более что машины у него с роду не было, как и прав.
− Будет сделано, шеф!
− Это я заберу с собой. Все равно они вам уже не понадобятся, − сказал Ник директору и передал дела Степанова Алексея наемнику справа. – Мы здесь закончили. Уходим!
Не попрощавшись и не поблагодарив за оперативное содействие, четверка вышла из кабинета Сергея Викторовича, который наконец-то смог вдохнуть воздух полной грудью и расслабиться. Теперь он ощутил на взмокшем лице прохладный воздух климат-контроля, а то уже стал бояться, что тот не вовремя сломался перед приходом людей СПРУ, достал платок, вытер им ручьи пота со лба и нажал на телефоне PDN:
− Оль, срочно ко мне директора подразделения по сборке комплектующих Геннадия Андреевича! И свяжитесь с кадрами, пусть немедленно ищут замену Степанову Алексею Александровичу!
− Хорошо, Сергей Викторович! – отозвалась секретарь на другом конце провода.

Он бежал, бежал сломя голову, и понимал, чем дальше от этого места, тем лучше. Дронов не было видно, а это уже хороший знак! Только почти спустя час Алексей перешел на быстрый шаг, когда силы бежать окончательно покинули его. Так далеко от дома он практически не бывал, поэтому местность ему была совершенно не знакома, и где находится этот порт, понятия не имел, кроме того, что где-то там, на западе полуострова.
Автобус!.. Нет, нельзя! Его точно тогда засекут. Только пешком, но это чертовски далеко – он и к вечеру туда не доберется. А чем быстрее покинет мегаполис Кавказ, тем больше у него шансов спастись. Да и не может же он во второй раз допустить серьезной ошибки, чтобы его повязали всего за несколько часов, тем более Джеймса рядом нет. Возможно, его вообще уже нет в живых, а корпорация сконцентрировала поиски теперь на нем. Сейчас дело лишь во времени, когда они нападут на его след, а с их возможностями это не займет уж столько много часов.
Раздался пронзительный звук клаксона. От неожиданности сердце у Алексея замерло в груди. Все! Вот и закончилось его столь короткое «приятное для души» путешествие. Медленно, не дыша, он повернулся в сторону звука.
− Здорово! – проорал кто-то и помахал рукой из окна. – Ты что, не узнаешь меня?
Алексей вперил взгляд, чтобы разглядеть водителя через испещренное трещинами запыленное лобовое стекло колымаги, которая странным образом была еще на ходу и чудом не разваливалась.
− Макс, ты что ли?
− А кто же еще! Или у тебя много друзей, у кого есть машина? – улыбаючесь он вылез из машины поприветствовать друга. – Ты какими судьбами здесь ошиваешься? Разве не должен быть сейчас на работе и впахивать на дядю Сэма?
− Лучше и не спрашивай, какого черта я здесь делаю! Сам еще не до конца понял, – с натянутой улыбкой ответил Алексей, крепко пожав руку товарища. – А ты разве не должен быть тоже на работе, а?
− Оказалось, что только у меня из всего отдела авто на ходу, поэтому шеф послал в «Экро-Сити» накупить всякой хрени, так как завхоз уже неделю как не появляется на работе.
− Отлично! – радостно выпалил он. – По-братски, подбросишь?
− О чем базар! Запрыгивай! Тебе крупно повезло, что я не решился ехать на этой развалюхе по автостраде и наткнулся на тебя! Наверное, нашего завхоза наконец-таки кто-то пристрелил за его очень колкий язык, – оба рассмеявшись, они захлопнули двери, двигатель взревел, из-за стука клапанов и прогоревшего глушителя, и машина, скрепя, покатила по закоулкам Юго-Западного района Кавказа, оставляя за собой шлейф свинцового дыма.
− Как она у тебя вообще ездит – это же просто хлам на колесах!
− Это не хлам, а антиквариат! – и Макс изобразил обиженную гримасу. – Таких машин на ходу осталось в Юго-Западном районе очень мало. И одна из них, к твоему большому удивлению, у меня. Еще пару лет и я куплю себе поддержанный электромобиль!
− А почему уже не сразу аэромобиль? – решил пошутить он над ним.
− Ага! Лет через двести жди меня на нем у своего дома! – и они вновь дружно рассмеялись.
Только к полудню авто, скрежеща, вкатил на стоянку «Экро-Сити». Им еще долго пришлось петлять среди множества рядов сотен и сотен припаркованных машин, чтобы найти место поближе к гипермаркету. Ведь Максу предстояло накупить здесь товару килограммов тридцать, если даже не больше, судя по списку, что он показал другу по пути сюда.
− Я не знаю, что за хрень случилась с тобой, Лех, но раз не желаешь говорить, значит, что-то очень серьезное. Поэтому удачи тебе!
− Спасибо, что подбросил, Макс! Поверь, будет лучше для тебя ничего не знать! Давай!
− Давай! – бросил он уже в след уходящему другу.
Улицы в этой части района выглядели гораздо лучше и чище, что не могло не удивить Алексея. Ведь эта часть города также не была обнесена оградительным барьером. Его даже не было видно на горизонте. Даже высоткам здесь не было и тридцати лет. С белоснежного кирпича они уходили вверх на двадцать – двадцать пять этажей. Все окна без исключения играли в лучах полуденного солнца. Через каждые сто метров вдоль улиц по обеим сторонам стояли урны и пара скамеек возле них, накрытые тенью деревьев, растущих позади. А между каждых двух высоток располагался ухоженный дворик с приличной детской площадкой. Одним словом, здесь было приятно жить!
Миновав несколько кварталов, он попал в частный сектор, который удивил его еще больше. Аккуратненькие миниатюрные домики обрамляли сочно-зеленые газоны с пестреющими цветочными клумбами, которые подстригали хотя бы раз в неделю, а поливали их чуть ли не каждый день. Но самое поразительное было в том, что здесь не было НИКАКИХ ЗАБОРОВ! А возле отдраенных тротуаров, откуда, петляя, уходила дорожка из белой мраморной плитки к каждому домику, был воткнут в газон белый деревянный столбик, на котором возвышался алый почтовый ящик с номером дома, нанесенного светло-серебряной люминесцентной краской.
Если здесь, в этой части района, все так прекрасно и сказочно, что же тогда творится там, за оградительным барьером?! Алексей не мог даже представить себе. Куда же еще лучше?!.. Видимо, есть куда! Не зря же пятнадцати метровый забор с передовой многоуровневой системой защиты охраняет их.
Впереди, далеко на горизонте, появилась чья-то фигура, которая медленно приближалась, волоча что-то громоздкое за собой. Он стер со лба пот и приложил к нему руку козырьком, но из-за полуденного марева, ничего не возможно было разглядеть. Только совсем близко стало ясно, что фигура – ученик, который брел не спеша, волоча за собой школьный рюкзак. На вид ему было лет тринадцать. Надеяться, что он сможет встретить хоть кого-нибудь постарше в это время суток на улицах, было нельзя. Если есть хотя бы малый шанс, что этот парнишка знает, где находиться порт, им нужно воспользоваться.
− Тебя можно на минутку? – постарался спокойно и вежливо спросить Алексей. – Я только хочу поинтересоваться. Может, ты знаешь, где здесь поблизости находится морской порт?
− Отчего же не знаю! – улыбнулся паренек, подходя. – Мой отец работает в порту «Норд-Винд» всю жизнь, поэтому я частенько бываю у него там по выходным. Люблю смотреть, как приходят и уходят корабли. Когда вырасту, тоже буду работать в порту или даже плавать на корабле! – радостно произнес он.
− Правда?
− Да, если только хорошо окончу школу и поступлю в институт по ту сторону барьера. Отец обещал. Он мне также рассказывал, по секрету, конечно, что к ним иногда в порт заходят неучтенные корабли, но мне так и не удалось ни одного увидеть.
− И почему же тебе не удалось? – без поддельного интереса спросил Алексей.
− Чтобы их не смогли засечь со спутника, рассказывал отец, они разгружаются и грузятся только по ночам и то, когда облачно или опускается туман, а он не разрешает мне бывать в порту ночью. Говорит, что я еще слишком мал, чтобы знать о некоторых вещах, − огорченно промолвил паренек, понурив голову. – Мне ведь уже почти четырнадцать исполнилось, но он ни в какую не соглашается брать меня по ночам.
− Потерпи немного! И поверь, он тебя точно возьмет скоро с собой ночью! − постарался он хоть как-то его подбодрить. – Ты мне лучше скажи, как далеко еще до порта?
− Где-то семь километров будет. Только вам придется взять на несколько кварталов правее, − и он указал рукой на примерное расположение порта, – но пока лучше держаться этой улицы, так как впереди будет автострада, а ближайший переход только в конце нее.
− Большое спасибо, дружище! Ты даже не знаешь, как выручил меня!
− Да не за что! – с улыбкой сказал паренек.
− И удачи тебе на морском поприще! Пока! – и он пожал ему руку, как мужчине.
− Ага! – лучезарно выдохнул он, нехотя отпуская его руку. – Было приятно пообщаться!
− Мне тоже! – крикнул ему весело Алексей уже через плечо, прибавляя шаг.
Монотонный гул стоял в ушах, давя на голову, от количества машин, несущихся по шести полосам автострады на высоких скоростях. Мимо пронеслась фура, обдав раскаленным влажным воздухом. На часах почти два часа дня, а ему осталось пройти всего километров пять. Так что, огромное спасибо Максу, времени у него теперь полно. Лишь бы сегодня ночью отплывал хоть какой-нибудь неучтенный корабль, иначе его точно схватят. А тогда все их с Джеймсом усилия будут абсолютно напрасны. От таких мыслей сердце заколотилось сильнее, и Алексей рванул к ржавому переходу.
Внутри, благодаря запыленным двойным стеклопакетам, было достаточно тихо, и тяжесть в голове отступила. Почти уже на середине перехода в районе разделительной полосы он остановился, прильнув к мутному окну. Там, вдалеке, возвышался оградительный барьер, от которого по автостраде, едва волочась, тянулась длинная вереница машин. Да, желающих попасть на другую сторону полиция проверяла скрупулезно. Вот уже и фура, пронесшаяся перед ним, паря над дорогой, стала частью этой душной пробки, над которой возвышалось, словно нимб, неимоверное марево. Но он приник к засаленному окну не для того, чтобы любоваться видом автострады или неимоверно огромнейшими небоскребами Центра мегаполиса, уходящими далеко в небо, между которыми трепыхалась, словно на ветру, паутина из множества аэромобилей. Алексей посмотрел влево. На самом горизонте, чего он даже не ожидал, были хорошо видны громадные склады и погрузочные краны порта, возвышающиеся над тысячами и тысячами разноцветных контейнеров, работа там кипела. Парнишка оказался прав – оставалось пройти совсем немного!
Всего на всего одна автострада, но как резко отличается уровень жизни по обе стороны от нее. Из живописных сказочных кварталов его вновь занесло в место, где все выглядело до глубины души родным, своим, но в тоже время отталкивающим. Пошарпанные трех-пятиэтажные дома с грязными решетчатыми окнами в пожизненных потеках, а балконы вечно грозят вот-вот обрушиться вниз; мусор, будто перекати-поле, блуждает по бескрайним просторам этого района под порывами ветра, добавляя угрюмости и без того мрачному месту; и воздух здесь тот же самый: пропитанный сыростью, ветхостью и гнилью. Даже солнце, как бы ярко не светило, ничуть не делает эти кварталы светлее, словно намеренно избегая убогой их жизни. Радует то, что сейчас не поздний вечер, иначе живым ему точно не удалось бы отсюда уйти. Несколько раз он ловил на себе любопытные взгляды, пристально глядящие одним глазом через слегка отодвинутую штору, но на улицах было неестественно безлюдно.
− Твою мать! – выругался Алексей в полголоса, и рванул в сторону ближайшей пятиэтажки с обветшавшей входной дверью.
Как же он мог забыть про дронов! Теперь понятно, почему так глухо на улицах. Значит, дроны здесь, в отличие от его района, все-таки очень частые гости. Этого, конечно, нельзя было никак упускать из виду. Теперь времени у него точно уйдет гораздо больше, чем могло бы, добираясь перебежками. Странно, что они его до сих пор не засекли. Не засекли?!.. Действительно, он полностью пересек пешком довольно-таки обеспеченный район, совершенно позабыв о них, но ни один дрон так и не показался. До него дошло, озарило! Слава богу, в отличие от большинства своих друзей, он не проявлял никакого пристрастия к наркотикам, а то бы серое вещество точно тормозило у него по-страшному. Все дроны сконцентрированы на его поисках, но полиция, видимо, не допустила того, что он мог оказаться значительно дальше, чем они рассчитывали. Поэтому, пока до них это еще не дошло, надо срочно добираться до порта, и чем скорее, тем будет лучше! И Алексей, насколько хватало сил, бросился бежать.

Три часа дня, а ни один из дронов так и не заметил на улицах нового беглеца. Из более тысячи остановленных ими прохожих, ни кто даже близко не походил внешне на искомого субъекта. Ник, боясь, что дроны все же могут совершить ошибку, сидел в ближайшем полицейском участке (как оказалось потом, это был главный участок в Юго-Западном районе мегаполиса) перед огромным монитором на всю стену, поделенного на два десятка сегментов, и лично перепроверял каждого сканируемого человека, с трудом поспевая за большим количеством сменяемых видео. Только он заканчивал проверять все сегменты на экране, как половину уже сменяли все новые и новые люди, останавливаемые другими дронами в реальном времени. Кофе, к которому он почти не притронулся за пару часов, давно уже остыл, а в пепельнице затухал очередной огарок сигары, от которого едва струился ароматный дымок.
− Шеф, три часа дня, − выполнил его просьбу один из наемников.
− Спасибо! – и наконец-таки Ник сделал добротный глоток холодного кофе, поворачиваясь к монитору спиной, и с облегчением откинулся на спинку кресла, хрустнув при этом костями. – Так… − он задумчиво потер подбородок с недельной щетиной. – Раз этот ублюдок в автобус не садился, а дроны его так и не нашли, значит, что он либо где-то прячется, либо его кто-то подвез. Верно? – спросил он у наемников, переведя свой пристальный взгляд с одного амбала на другого, и продолжил, не дожидаясь ответа: − Так! Предположив, что Джеймс всячески не хотел, чтобы мы заполучили этот Кристалл и даже расплатился за это ценой своей жизни, то он не будет советовать парню, чтобы тот где-нибудь затаился и переждал, тем более что, как бывший начальник СПРУ, знает – это совершенно бесполезная трата времени. Остается только одно: его кто-то подвез, − запах свежеподкуренной сигары стал заполнять просторную комнату. – Располагая информацией, как он выглядит и в каком районе проживает, можно прийти к заключению, что никто даже не остановиться ему, не говоря уже о том, чтобы куда-то подвезти, поэтому подбросить мог только тот, кто хоть немного знает его.
Ник встал с кресла и, уйдя в глубокие размышления, покуривая при этом сигару, стал мерять душащий полумрак комнаты видеонаблюдения мелкими шагами. Воцарилась напряженная тишина. С десяток полицейских, сидевших за компьютерами, замерли в ожидании, боясь пошевелиться, лишь отблески мерцающих мониторов на окаменевших лицах выдавали их присутствие здесь. Пересеча комнату несколько раз, он остановился возле противоположной стены, глубоко затянулся едким ароматным дымом и спокойно произнес, уставившись куда-то на стену, забитую до отказа различными картами Юго-Западного района и непонятными схемами:
− Нужно срочно пробить всех его друзей и знакомых, у кого есть на ходу машина, а также найти из них того, кто хоть куда-нибудь ездил сегодня до обеда. Как поняли? – обратился он к наемникам, развернувшись на носочках.
− Будет сделано, шеф! – в унисон выпалили они все с теми же безэмоциональными лицами, как всегда. Создавалось ощущение, что приставь к их виску пушку, ни один мускул на их лицах не дернется ни на йоту.
− Тогда, какого хрена, вы еще стоите на месте?! – гаркнул на них Ник. – У вас всего три часа на то, чтобы найти и привезти его сюда!
Его вновь поразил ум этих обезьяноподобных шкафов способных только убивать и беспрекословно выполнять приказы. Без его содействия, в очередной раз, до них дошло, что будет намного быстрее, если один с полтора дюжиной солдат отправиться в район, где проживает Степанов, а второй останется пробивать информацию о его друзьях и знакомых через полицейскую базу.

Размеры порта не могли не поразить. Казавшийся с автострады маленьким, в реальности он оказался, куда гораздо больше – гигантским: склады, возвышающиеся по обе стороны, а между ними горы и горы нагроможденных контейнеров, тянулись чуть ли ни на два километра до самого причала с широкими пирсами, далеко выступающими в акваторию порта, которые едва были видны с такого расстояния. Повсюду сновала, туда-сюда, спецтехника, люди, а козловые краны то и дело либо поднимали для погрузки, либо складировали контейнера в пестреющие стопки, которым, сдавалось, не было ни конца, ни края. Тогда как правая сторона порта вовсе терялась из виду где-то далеко на горизонте. И звонкие крики птиц, безмятежно бреющих над портом в малооблачную погоду, были неотъемлемой частью этой безумной картины. Только теперь Алексей понял, ощутил на собственной шкуре, что автострада – это, на самом деле, тихое и безмятежное место. А здесь, напротив, царил настоящий хаос, смятение, буйство различных звуков: скрежет металла, лязг, грохот, гул, крики людей и птиц, – исходящих отовсюду. Казалось, что эта какофония всего лишь один сплошной истошный звук. Сейчас он в полной мере почувствовал то, что Максу приходилось терпеть девять часов в день, пять дней в неделю, на протяжении почти семи лет. Такому реально посочувствуешь!
− Привет! – сорвалось с его губ парню, проезжающему мимо на электрокаре, но слово тут же растворилось, слилось с все поглощающим потоком шума вокруг, едва достигнув его собственных ушей.
В следующий раз он выкрикнул приветствие. На этот раз другой парень повернул голову в его сторону и кивнул в ответ, продолжая катить куда-то по своим, видимо очень важным, делам. Тем более что останавливать кого-нибудь, прежде чем доберется до причала, пустая трата времени – ему сейчас все равно не смогут подсказать, где точно находится главное здание, судя по неимоверной площади порта. И Алексей двинулся дальше, к причалу, виднеющемуся вдалеке. Ведь не за горами тот час, когда дроны вновь вернуться сюда. Может быть, они уже в пути.
Ему не пришлось даже спрашивать дорогу, так как спустя двадцать минут, справа, показалась башня главного здания, величественно возвышающаяся над всей катавасией внизу и ослепительно блестя в солнечных лучах. Только подойдя ближе, стало видно, почему оно имеет столь необычный цвет: все здание покрывали не простые стеклопакеты, а из электрохромного смарт-стекла. С солнечной стороны здание было светло-голубого цвета и абсолютно непрозрачным, тогда как с теневой можно было с легкостью наблюдать за тем, что происходит внутри. Но Алексея больше впечатлило не покрытие из электрохромного смарт-стекла, а сама архитектура главного здания. Размерами оно было с добротный высотный жилой дом и состояло из трех частей: нижняя часть представляла собой прямоугольник с обрубленными углами сверху, высотой в шесть или семь этажей, а в центральной части этой конструкции, уходя ввысь на тридцать этажей прямо над самым центральным входом, будто бы напирая, возвышалась башня в виде сильно вытянутой вверх трехгранной пирамиды, на острее которой воцарилась диспетчерская порта в форме диска. С такого расстояния невозможно было разглядеть, сколько этажей было у диспетчерской. Да это и не важно. Главное, он нашел это здание.
Огромнейшие буквы на всю длину главного здания цвета закат возвещали каждому, что это порт «Вест-Винд», а весь его корпус был окружен яркими цветущими клумбами и нежно-зелеными стрижеными газонами. Аккуратно уложенные белые плиты мрамора, струящиеся во все стороны от центрального входа с пятью светодинамическими фонтанами вровень с землей, систематически отчищались от наносимого ветром песка. Но за еще большей чистотой следили внутри: полы блестели, на окнах не было и пятнышка, а пыль, видимо, здесь никогда и не бывала, − вестибюль сиял белизной, которая поначалу резала глаза. Всю эту кипенную белоснежность, то тут, то там, разбавляли вспышки зелени комнатных цветов, пара из которых находилась на сервисном столе над сенсорными интерактивными экранами. Алексей направился прямо к столу в центре вестибюля.
− Добрый день! – обратился он к девушке-ИИИ, облокотившись на стойку сервисного стола, но через мгновение отпрянул назад, опасаясь ее запачкать.
«Добрый день, сер!» – улыбчиво вежливо поприветствовала она его. – «Чем я могу вам помочь?»
− Мне нужно срочно попасть в Новую Северную Америку.
«К сожалению, здесь вы можете только заказать грузовую перевозку или забрать прибывший в порт груз, а пассажирскими перевозками занимаются в нетерминальной зоне, находящейся в правой части порта», − выпалила ИИИ, не задумываясь.
− Нет, вы не поняли. Мне необходимо туда попасть другим способом, − более настойчиво произнес Алексей, зная, что с пистолетом за поясом, он точно не попадет даже в здание морского пассажирского вокзала, до предела напичканного металлодетекторами.
«Все пассажирские перевозки производятся в не терминальной зоне порта, а в морском вокзале «Мансун»», − также непоколебимо спокойно произнесла она.
− Ты хоть понимаешь, что я имею в виду, хренова голограмма? – голос его повысился. – Мне позарез нужно попасть в Новую Северную Америку!
«Здесь вы можете только отправить или получить груз, сер», − все также мило прощебетала девушка-ИИИ. – «Сочувствую, но больше я вам здесь ничем помочь не могу».
− Может быть, тогда мы сможем чем-нибудь помочь этому человеку, Сюзи? – пробасил голос прямо у него за плечом.
От неожиданности Алексей вздрогнул и, вопреки своему желанию, повернулся. Перед ним возвышались две детины в форме охранников с пистолетами на поясе с одной стороны, и дубинками с другой.
− Я…э-э-это…п-п-просто х-х-хотел п-попасть в-в НСА, − заикаючись выдавил он.
− Но тебе же было ясно сказано, что пассажирскими перевозками занимается морской вокзал «Мансун», который находится в правой части порта, − постарался как можно сдержаннее произнести охранник, в то время как второй, стоявший немного поодаль, вытащил дубинку и небрежно постукивал ею по ладони своей левой руки.
− Мне н-н-нужно по-попасть на о-о-один из не-неучтенных к-к-кораблей, се-ер! – от сильного волнения слова Алексею довались с большим трудом, к тому же и в горле давно пересохло из-за зноя снаружи, но необходимо было рискнуть.
Он и так, по ходу, серьезно влип, а тут еще эта чертова пушка у него сзади под футболкой накаливала и без того напряженную ситуацию. Если его поймают с ней, то тогда ему точно хана! Капля пота, несмотря на работу в здании промышленной инверторной сплит-системы, скользнула вниз по позвоночнику, оставляя за собой мокрый след, пока не достигла холодного металла магазина.
− Так вот оно что! – и верзилы сменили гнев на милость, словно легким движением руки сняли с себя маски, расцветая в улыбке.
− Вовремя ты нам сказал, а то мы собирались тебя уже, как следует, от всей души, оприходовать и вышвырнуть за дверь, − радостно проговорил второй охранник, и дубинка, разочаровано, вернулась обратно за пояс. – А то, как понимаешь, нам здесь такое веселье достается крайне редко.
− Да, понимаю, – выдохнул Алексей, немного успокоившись.
− Тебе сегодня реально повезло, парень! Везунчик, блин! – рассмеялся первый, протягивая ему руку: − Петр! А мой напарник весельчак – Дима.
− Алексей! – и пожал обоим руки.
− Так ты все-таки не заика, − усмехнулся Дмитрий, толкнув его слегка локтем в бок.
− Я заикаюсь, только когда сильно волнуюсь, а так − нет.
− Ну, теперь мы будем знать наверняка, когда начнешь нам лгать! – улыбнулся Петр. – А пока пойдем, полюбуешься живописным видом на океан из нашей потаенной комнаты. Там таких умников, как ты, уже четверо сидят, ждут. Как думаешь, мы сегодня хорошо подзаработаем на нелегалах, а? – обратился он к напарнику.
− Думаю, завтра мы, по-любому, с тобой оторвемся пополной! Капитан «Нереиды» обязан нам отвалить не плохой нал за такой улов. Уже пятеро, а нет даже четырех часов. Так что, до одиннадцати у нас полно времени, чтобы поймать еще какие-нибудь две «рыбки», − и они заржали, будто бы Алексея вовсе не было рядом.
На протяжении всего пути до самого офиса начальника охраны, где находилась спрятанная от посторонних глаз комната, на него так никто из охранников не взглянул. Как же опрометчиво с их стороны! Ведь у него с собой ствол, а они не удосужились обыскать его. Может, это реально предопределено судьбой, и только ему суждено уничтожить этот Кристалл, который смог пережить ни одну забытую цивилизацию?.. И он незаметно дотронулся до кармана брюк, где притаился футляр, когда Петр постучал в дверь офиса.
− Да! – послышался суровый голос из-за двери.
− Это мы, шеф, − радостно возвестил Петр, входя в просторный кабинет начальника, а следом Алексей и Дмитрий, легонько подталкивающий его сзади в спину. – У нас тут новоиспеченная «рыбешка» поймалась.
− Ага, − буркнул тот, не отрываясь от кипы бумаг на столе. – Вы, оболтусы, хоть додумались пробить его по базе? А то, не дай бог, он неугодник и числится в Мировом Розыске! Нас корпорация тогда сожрет со всеми нашими потрохами и ничуть не подавится.
Охранники весело переглянулись.
− Все отлично, шеф! Мы его проверили, − солгал Дмитрий даже не моргнув, − он чист.
− Тогда ведите его в комнату, − сказал начальник, так и ни посмотрев на очередной улов его подчиненных. – И не забудьте принести мою долю за этих «рыбок», а то уволю к чертовой матери обоих!
− Как вы могли подумать, шеф! – сыронизировал Петр.
− Запхните же его поскорей к остальным и валите уже отсюда! – в шутку рявкнул он и нажал какую-то кнопку на столе. – У меня сегодня полно работы, а я еще не принимался за отчеты. И не забывайте замыкать кабинет, когда меня нет, чтобы не получилось, как в прошлый раз.
Огромная картина, изображающая какой-то бред всего парой цветов, едва слышно скрипнула и медленно пошла в сторону, открывая резную дверь в потаенную комнату. Дмитрий повернул ручку, и вторая деревянная преграда бесшумно отворилась, пропуская Алексея внутрь.
Комната оказалась не меньше кабинета начальника охраны, только вместо обшитых дорогущим деревом стен с картинами, здесь они оказались украшены обычными интерактивными фотообоями с живописными видами Старого Мира, которые наполняли комнату тихими звуками. Там, где еще секунду назад была дверь, теперь на всю стену струились, журчали, низвергали воду водопады, сверкая в лучах интерактивного солнца и играя пестрой радугой в дымке брызг. С противоположной стороны, наоборот, пейзаж был спокойным, умиротворенным: медленно струилась река под кронами тропической растительности, омывая стволы деревьев, с которых свисали лианы; шелестела листва, а цветы колыхались под легким ветерком; мелодичное пение невидимых птиц ласкало слух. Третий пейзаж казался вовсе неживым: молчаливые горы вздымались ввысь заснеженными вершинами, освещаемые полуденным солнцем, и только сверкающая рябь на чистом, как слеза, озере нарушала этот волшебный мертвый покой.
Алексей осмотрелся. Два человека сидели на широком бежевом диване у подножья гор, уткнувшись в какие-то глянцевые журналы на стеклянном столе, и еще двое разместились в довольно удобных креслах цвета грецкий орех в тропиках, уставившись в широкий экран голографического телевизора над водопадами. И вот оно! То самое, что так ему сейчас необходимо. Он подошел к кулеру возле окна, наслаждаясь приятным тихим рокотом водопадов, и налил себе стакан холодной чистой воды, затем второй. Прохлада мигом растеклась по его организму, доставляя массу неизгладимых впечатлений. Беспощадная жажда, мучащая на протяжении нескольких часов наконец-то отступила. Он облизал потрескавшиеся губы, убрав с них засохшую кровь, и наполнил очередной стакан водой.
Охранники были правы. Из окна на всю стену действительно открывался живописный вид на океан, оказавшимся гораздо величественнее, чем на картинках и по телевидению. Он был настоящим – живым! Повсюду кружили чайки, волны являлись откуда-то из-за горизонта, шли в сторону берега и с кипением накатывали одна за другой на пирсы, которые с диска диспетчерской были видны как на ладони. Восемь исполинских пирсов, не считая крошечного пассажирского, лежали внизу перед ним, и каждый из них был способен принять одновременно до восьми громадных кораблей, но даже этого было не достаточно, так как еще с десяток кораблей ждали своей очереди в акватории порта. Один корабль отплывал, а на его место тут же причаливал другой, но это ничуть не приостанавливало жизнь на пирсе – она бурлила. Многочисленная спецтехника свободно сновала по пирсу туда-сюда, два козловых погрузочных крана, не переставая, разгружали и загружали корабли, баржи. Иногда на пирс въезжала фура с рефконтейнером, его сразу же цепляли краном и погружали в трюм корабля.
Алексей подождал, пока не отчалит очередной корабль и направился к одному из свободных кресел у подножья безмолвных гор, сел в него поудобнее, чтобы немного посмотреть телевизор, но чрезвычайная усталость, изнеможденность от долгой прогулки в зной сделали свое, и он мгновенно заснул.

Без четверти шесть. Прошло почти три часа, а они никак не могут приволочь ему всего на всего одного единственного человека. Тем более что уже давно известно, кто он такой, где живет и где работает, а каждая минута промедления все больше и больше отделяет их от поимки Степанова. Ник нервно кинул на стол папку, на которой было написано «Аганесов Максим Семенович», и подкурил давно затухшую в пепельнице сигару. Не удивительно, что он про нее вообще позабыл.
− Эй, ты! – окрикнул он полицейского за компьютером. – Принеси мне кофе.
− Да, сер! Сейчас! – вскочил тот с места и пулей вылетел из комнаты видеонаблюдения.
− Давай-давай! – сказал он уже закрывшейся двери.
Как же все-таки хорошо, когда английский официально признан вторым языком во всех странах Нового Мира и является обязательным предметом для изучения в школе, и не нужна никакая помощь электронных переводчиков, от которых столько же толку, сколько и от сотового телефона на необитаемом острове.
Пока побежали ему за кофе, он достал спутниковый телефон:
− Ну, что там?.. Лучше скажи, нашли вы его?.. Все у вас не слава богу! Тащите его сюда быстрей!
Не успел подоспеть еще кофе, как в комнату впихнули поддатого Аганесова, у которого на лице читалось явное недоумение и животный страх. Стало быть, не придется его даже пытать и прибегать к сыворотке, что сильно упрощает дело.
− Босс, мы с трудом смогли отыскать этого гаденыша в одном из ба… − начал было оправдываться один из наемников, но Ник заткнул его, подняв вверх руку.
− Просто усадите его уже на стул! – рявкнул он, выпуская клубы табачного дыма; скрипнула дверь, следом влетел в комнату полицейский с чашкой парящего кофе в руках. − Вот и мой кофе подоспел! Вовремя, парень! – и хлопнул того по плечу.
С кружкой в руке, слегка прихрамывая, он прошел к столу, где стояла пепельница, взял ее, и направился обратно к Аганесову, вжавшемуся всем телом в стул. Да, этот парень реально перепуган до смерти. За этим даже забавно наблюдать! Ник взял из-за стола стул и сел на него верхом напротив Максима, дымя сигарой. Их лица оказались меньше полуметра друг от друга.
− Ну, что, будешь сотрудничать с нами, а? – спросил он, вперив свой взгляд в парня. – Или мне стоит прибегнуть к жестким мерам прямо сейчас?
− Я…я понятия не имею, о чем вы! – виновато выдавил Аганесов, опуская голову.
− Тебе что-нибудь говорит этот человек – Степанов Алексей Александрович?
− Кто?!.. – поднял тот глаза, начиная понемногу понимать всю скрытность своего друга. – Я впервые о таком слышу, сер! – постарался он максимально выразить на своем лице недопонимание происходящего.
− Надо же, ты о нем никогда не слышал! Вот дела! А мне полиция, наоборот, предоставила информацию о том, что вы с ним не раз попадали в участок за дебош и работаете в одной компании. Наверное, произошла какая-то дезинформация. Ну, извини нас! Можешь тогда идти, − спокойным тоном произнес Ник, отворачивая голову будто бы разочаровавшись.
Не успел Максим встать, как резкий удар кулаком в челюсть нокаутировал его со стула. В глазах мгновенно потемнело, но ему так и не дали прийти в себя на полу, а тут же его подхватили два шкафа, притащившие в участок, и водрузили обратно на стул.
− Ну, как? Память еще не вернулась к тебе, ублюдок? – гневно спросил он Аганесова, оперевшись на спинку стула.
− Я… − зашелся кашлем Максим и выплюнул на пол заполонившую рот кровь, − реально не знаю, кто он такой, этот ваш…как его там…ммм…С…Степанов, вроде бы.
− Твою мать! – снова удар в челюсть, и вновь два амбала усадили его обратно на стул. – Ты что, решил поиздеваться надо мной? Я точно знаю, что вы со Степановым Алексеем Александровичем друзья, но мне на это, по большому счету, насрать! Мне нужна от тебя только одна информация: ты его подвозил сегодня или нет, и куда, сука, отвез. Но с тобой, я смотрю, мы этот вопрос быстро не решим, а на то, чтобы часами выбивать из тебя информацию, у меня нет ни желания, ни уж тем более времени. Срочно сюда медика! – отдал он приказ наемникам.
− Шеф, его сейчас здесь нет, − виновато произнес один из них.
− Как нет?! – вскипел Ник, уставившись из-под лобья. – Где же он тогда, черт его возьми?! Когда он так нужен!
− Мы встретили его у входа в здание, когда тащили сюда это тело, и, если что, просил передать, что поехал бухать и ему плевать на ваше мнение, сер.
− Он что, вообще охренел?! – взревел он, вскакивая со стула. – Ему это так с рук не сойдет! Как только покончим совсем этим, сразу же депортирую его в корпорацию и представлю им полный отчет. Пусть решают, что с ним делать дальше.
− Боюсь, сер, на это ему тоже, по большому счету, плевать. И с уверенностью могу сказать, что с рук это ему уж точно сойдет.
− И каким же образом?! – гневно, совершенно недоумевая, спросил Ник.
− У него обнаружили рак после несущественной аварии на АЭС в округе Аляска, и протянет он еще месяца три максимум.
− Рак?! – это еще больше ошарашило его.
− Да. Один кретин не проверил его защитный костюм, и когда Элл вытаскивал облученных людей из эпицентра заражения, получил бешеную дозу облучения, из-за чего лечение его стало совершенно не возможным. Того, конечно, стразу же реорганизовали, но увы – док был уже обречен на медленную и мучительную смерть. Он колет что-то там себе, чтобы хоть как-то быть в форме, но мы видим, что ему все хуже и хуже за последний месяц.
− Тогда какого хрена его не заменили на другого, если он уже ходячий мертвец?
− По двум причинам, сер. Во-первых, такого хорошего специалиста не смогли нигде найти, а во-вторых, Джеймс с Эллом просили руководство о том, чтобы они продолжали совместно работать до тех пор, пока у того позволяет здоровье. Совершенно не удивительно было для нас, но им это одобрили.
− Твою же мать! И это еще друг, называется! – пришел в абсолютное бешенство Ник. – Он даже словом со мной не обмолвился, что наш медик уже одной ногой в могиле стоит!
− Сер! – окликнул его полицейский, сидевший за главным монитором слежения за работой дронов.
− Что еще?! – гаркнул он, обернувшись.
− Дроны до сих пор не обнаружили его на территории Юго-Западного района, сер. Прошло много времени, может быть, подключить к поиску весь мегаполис Кавказ?
− Забей на дронов – он ушел! Где он сейчас примерно находится, может подсказать теперь только этот урод. Так, − обратился уже Ник к одному из своих наемников, − тащи этот кусок мяса в комнату допросов и постарайся выбить из него хоть какую-нибудь информацию! А ты, − и он обнял за плечо второго, − срочно найди Элла и немедленно тащи его зад сюда!
«Да, Алексей, ты уж точно не расплатишься со мной за все это! Куда же ты все-таки вляпался, дружище? Хотел бы я знать!» − улыбаючесь размышлял Максим, пока его вели под руки в комнату допросов. – «Тебе еще крупно повезло, что я всем сердцем ненавижу этих мразей из корпорации, а то давно бы сдал тебя со всеми твоими потрохами!..»
− Ты что лыбишься, сука? – пренебрежительно спросил старший наемник и нанес удар под дых, и Макс, обмякнув, повис на руках его подельников, пытаясь вдохнуть полной грудью. – Тебя сейчас будут превращать в фарш, а тебе, на хрен, как я посмотрю, здесь весело! Потерпи немного, и мы живо сотрем с твоего лица эту нахальную ухмылку. Да, парни? – и они хором заржали, заталкивая его в пустую комнату, где, кроме металлического стола и пары стульев, больше ничего не было.
Два часа непрерывных пыток не смогли дать никаких результатов, кроме того, что Макса превратили в живой кровоточащий кусок мяса, на котором ни осталось и живого места. Щуплый, трусливый на вид он держался гораздо мужественнее, чем многие вояки, которых им приходилось пытать. Они не полагали, что дело дойдет того, что придется переломать ему все кости на руках, медленно, одну за другой, на протяжении целого часа, предварительно вколов добрую порцию адреналина. Он, конечно, помог – тот не отключился, но больше это ничего не дало. Весь в крови, лишенный половины зубов, с раздробленными костями на руках, с несколькими переломанными ребрами Макс так и не проронил ни слова.
Еще почти полчаса, пока, к их большому облегчению, не притащили изрядно пьяного медика, наемники сидели напротив своей окровавленной жертвы, не зная, что еще можно было предпринять, и просто болтали.
− Теперь он весь твой, Элл!.. Или, лучше сказать, то, что от него осталось, – выпалил старший из наемников, поднимаясь со стула. – А я пойду к шефу, отчитаюсь.
− Да, парни, я смотрю, вы на славу потрудились! – радостно сказал док, заплетаясь. – Ну, хоть и мне кусочек достался! Дайте минут тридцать-сорок, и я достану вам из него все, что только пожелаете и без всякого насилия, гуманно. А пока оставьте меня с ним наедине.

В 9:40 Ник стоял перед картой Юго-Западного района, висящей на стене, и пытался собрать части имеющегося пазла воедино. То, что Степанов не собирался нигде прятаться, было ясно. Теперь оставалось выяснить, куда он все же направляется, и понять, какова во всем этом его цель? Судя по тому, что друг подвез его до «Экро-Сити», направляется он прямо на запад. Его взгляд проследил путь на запад, до самого левого края карты, где полуостров уже омывали воды центральной части Черного моря.
− А что это за большой серый квадрат?
− Это «Вест-Винд», сер. Третий по величине порт в Кавказе из пяти, но он преимущественно занимается грузовыми перевозками. У него хоть и есть морской вокзал «Мансун», но на долю его пассажирских перевозок приходится менее одного процента…
− Твою же мать! Ему совершенно не нужен там лайнер, потому что при покупке билета его незамедлительно засекут и в ближайшем порту схватят. Поверьте, это не просто грузовой порт в мегаполисе, а единственный, где промышляют контрабандисты на своих корытах! Как же я мог забыть про это?! Вертушку! Срочно! – приказал Ник полицейским.
Хотя не удивительно, что он про это вообще забыл. Прошло уже сколько?.. Лет десять, наверное, когда они с Джеймсом пытались изловить какой-нибудь неучтенный корабль, но так у них ничего и не вышло. С их способностью погружаться на большую глубину, а также глушить любые поисковые приборы, они всегда умудрялись уходить у них прямо из-под носа. Чертовы русские! Умудрились же изобрести еще полвека назад технику, которой до сих пор нет подобных аналогов. Даже их современные гибридные корабли невидимки нового поколения и в подметки им не годятся. Поэтому одним лишь их уловом становились контрабандисты, брошенные на пирсе; также им удалось отметить на карте Нового Мира множество портов, где те промышляли, в число которых вошел и «Вест-Винд». Больше эта операция никаких успехов за целый тщетно потраченный год не имела, и корпорация «Новая Эра» ее свернула.
− Простите, сер! – понурил голову полицейский. – Но у нас нет вертолета.
− Как нет?! – взорвался он. – Что это, черт возьми, за полицейский участок в Юго-Западном районе, что даже нет гребанной вертушки?!
− У нас самый большой район во всем мегаполисе Кавказ, но при этом самое мизерное бюджетирование. Нам едва хватает эйджов на содержание дро…
− Все не слава богу! – рявкнул Ник и, прихрамывая, бросился на улицу, к машине. – За мной!
К моменту, когда они вылетели на улицу, спустившись с третьего этажа участка, две дюжины солдат уже ожидали их у машин, скоординированные старшими по званию наемниками. Его свита уселась в черный тонированный внедорожник спереди, а он сам, теперь уже в гордом одиночестве, без Джеймса, сел назад. Наемник, занявший абсолютно все пространство за рулем, коснулся сенсора на панели большим пальцем, взревел электродвигатель, и внедорожник, с эмблемой корпорации вместо номера на черной пластине, рванул с места, резво набирая скорость.
− Навигатор! – скомандовал он. – Пункт назначения порт «Вест-Винд», мегаполис Кавказ.
«Маршрут проложен», − ответил приятный женский голос. – «Примерное время поездки два часа тридцать семь минут».
− Включить автопилот! Максимальная скорость!
«Примерное время поездки один час двадцать девять…восемь минут», − возвестил голос после внесения новых параметров.
И черный, покрытый песчаной пылью, автомобиль устремился вперед, быстро набирая максимальную скорость в сто двадцать пять миль в час, по пока еще прямой улице. В первые жизни Ник пожалел, что предпочитает ездить только на бронированных машинах, у которых максимальная скорость из-за их приличной массы на порядок ниже, чем у обычных машин. С этим всегда приходиться мирится: либо выбираешь скорость, либо − безопасность. А тут еще, как назло, ни одна из улиц в этом районе вообще не предусмотрена для аэромобилей кроме автострад, что сильно затрудняет им передвижение по воздуху на автопилоте. Поэтому не хотелось бы на скорости в двести пятьдесят миль врезаться во что-нибудь в воздухе, а то и бронированный корпус не спасет. Придется добираться по старинке!

− Так, девочки, всем встать! Помощник капитана «Нереиды» пришел за вами, − громко возвестил Дмитрий. − И кто-нибудь разбудите этого соню!
Пока «соню» расталкивали, пробуждая от глубокого сна, в комнату вошел приземистый человек лет сорока. Одет он был в изрядно потрепанную, но чистую одежду, которую, по-хорошему, надо было давно утилизировать, как и обувь, на удивление державшуюся на его ногах на одном только честном слове. Еще не до конца отойдя ото сна, Алексей недоуменно посмотрел на человека, и лишь потом вспомнил, где сейчас находиться, а все, что с ним произошло в течении, далеко не было иллюзией сна. Он вместе с разбудившим его стал в полукруг и огляделся. За то время, что он проспал, к ним успели присоединиться еще троя.
− Теперь все во внимании, сер! − подхалимничал охранник, пропустив контрабандиста вперед, делая при этом жест рукой и слегка поклонившись.
− Спа-сьи-бо, Дмитрий! – с улыбкой поблагодарил его человек, с трудом выговаривая слова на русском языке, и сразу же обратился к присутствующим на английском языке с легким испанским акцентом: − Мое имя Мартинес. Как уже сказали, я помощник капитана «Нереиды», которая большинство из вас, я на это очень надеюсь, доставит по назначению. И так, начнем! Когда я укажу на кого-то пальцем, вы назовете свое имя и место, куда направляетесь. Больше ничего говорить не нужно. Все понятно?
Восемь человек кивнули ему. Дмитрий подошел вплотную к контрабандисту, что-то шепнул ему на ухо и шагнул назад.
− Ты, − Мартинес указал на Алексея. – Тебе сегодня чертовски повезло, парень! Мы практически никогда не плаваем в НСА из-за располагающегося там главного штаба Мирового Розыска «Новой Эры», но капитану поступило на днях невероятно щедрое предложение, и он не смог от такого отказаться. Так что, тащи свой зад сюда и встань слева от меня. Позже обговорим твою плату за проезд.
Плата?!.. Как он мог про это забыть!.. Его лицо налилось краской. Он лихорадочно стал перебирать в памяти, что у него есть с собой. Но все сводилось к тому, что в его карманах практически ничего нет. Планшет?.. Нет, нельзя – он все равно долго не протянет. Да, и не дай бог, если кого-нибудь разнесет на куски во время плаванья, его точно тогда, не задумываясь, скормят акулам. Пистолет?.. Мало того, что его вообще никому нельзя здесь показывать, так он потом еще и ему самому может сильно понадобиться в любой момент. Сотовый телефон, так это вообще смешно, он и гроша ломанного сейчас не стоит. Что там говорить! Если он отдаст все, что у него имеется в карманах, даже этого не хватит, чтобы заплатить за проезд, и Алексей это прекрасно понимал. Постой!
Его рука скользнула вверх по выцветевшей футболке, когда-то цвета изумруд, и остановилась в районе груди. «Вот, по-видимому, и настал «тот момент»!» − и он изо всех сил сжал что-то под футболкой. – «Прости меня, бабуль! Но, может быть, меня уже завтра пристрелят, а так есть хоть какой-то шанс спастись».
− Извини, но нам не по пути, браток! Дмитрий, пожалуйста, проводи его! А я пока возьму оплату с оставшихся везунчиков, − донеслось до Алексея откуда-то издалека, что заставило его вновь вернуться в потаенную комнату, и Мартинес, повернувшись к ним, продолжил: − Так, ребята, каждое ваше место назначение имеет свою отдельную плату. Начнем с тебя, так как твое место находится совсем близко, − обратился он к щуплому парнишке с впалыми щеками, который второпях достал пошамканную пачку эйджов, которая была тут же пересчитана контрабандистом. – М-да, этого немного недостаточно. Но, судя по твоему истощенному виду, ты ради этой поездки долго голодал, чтобы накопить даже такую сумму. Так уж и быть – добро пожаловать на борт! – скомандовал он, улыбаясь из-под густой растительности на лице.
Пока очередь медленно подбиралась к нему, количество отдаваемых эйджов резко возрастало, и предпоследний человек протянул Мартинесу целых три пухлых пачек, в которых были только сто-эйджевые купюры – это же почти целое состояние, блин! Алексей уже начал бояться, что стоимости вещицы, висевшей у него на шее, не хватит на оплату даже половины проезда до НСА, и ему, единственному из здесь присутствующих, насмешливо откажут.
− А ты? Что можешь предложить мне ты, а? – теперь уже ни капли веселья не было на лице контрабандиста. – Ведь, твое плаванье на нашем корабле не только самое долгое, но и к тому же очень рискованное мероприятие, а значит, стоит оно целого состояния.
Вот подошел и его черед. Теперь будь, что будет! Не поднимая глаз, Алексей стал медленно доставать худенькую золотую цепочку.
− Паренек, если это все, что ты можешь мне предложить, то, боюсь, делов у нас с тобой не будет! – усмехнулся Мартинес, но мгновенно оцепенел с приоткрытым ртом, когда из-под футболки, в след за цепочкой показалась золотая подвеска в виде павлиньего пера, инкрустированная множеством драгоценных камней. – Ни фига ж себе! От…откуда она у тебя, браток? – спустя минуту выдавил он из себя дрожащими губами, все еще таращась на вещичку.
− Она досталась мне несколько лет назад от бабушки, а ей – от ее бабушки, − не понимая, в чем же все-таки дело, недоумевающе ответил Алексей, сняв цепочку через голову. – Надеюсь, этого будет достаточно в качестве оплаты?
− Ты что, реально не врубаешься, что за подвеска у тебя в руках?
− Обычная золотая подвеска с сапфиром, бриллиантами и множеством изумрудов, − ответил он, глядя на украшение на своей ладони, затем протянул его контрабандисту, сжавшись всем телом в один сплошной комок нервов: − Т-т-так е-ее х-х-хватит, ч-ч-чтобы о-оплатить м-м-мой п-п-проезд д-до Н-НСА?
− Только это далеко не изумруды, паренек, а, как подсказывает мне мой зад, – цавориты! Их ценность резко возросла после затопления почти всех месторождений, − Мартинес дрожащей рукой взял подвеску и поднес ее поближе к лицу, став пристально рассматривать. – Может быть, в начале прошлого века она и стоила от одной до двух тысяч эйджов, но далеко не теперь, когда стоимость этих камней возросла в десятки раз. А эта вещица еще и очень редкий антиквариат! Таких, как оказалось сейчас, осталось всего четыре на всем Земном шаре… Конечно, хватит! Ты мог бы купить за нее свой собственный корабль, браток! – улыбнулся он ему, широко блестя при этом своими карими глазами. – Ты действительно хочешь отказаться от целого состояния, чтобы расплатиться им за всего на всего одну поездку?
− Да! − с облегчением выдохнул Алексей. – У меня нет выбора.
− Тогда дождемся Дмитрия и отправляемся в путь! А пока можете расслабиться – у нас в распоряжении почти целых десять минут, − он развернулся и отправился к кулеру, остальные же снова расселись по своим местам под живописными уголками комнаты, но только не Алексей, который нетерпеливо стал мерять комнату небольшими шагами, пересекая ее вдоль и поперек.
Если б они только знали, что еще есть у него с собой, то его, скорее всего, либо тут же пристрелили на месте и забрали Кристалл, либо просто пристрелили на месте, а труп вышвырнули прочь за пределы порта, чтобы избежать крупных проблем со стороны корпорации. Да, огромное спасибо бабуле! Если б не ее слова перед смертью о том, что он ни в коем случае не должен оставлять эту подвеску дома, так как никогда не знаешь, когда прижмут финансовые трудности, а времени, чтобы сбегать за ней, не будет, он бы тогда не смог расплатиться с контрабандистами, и пришлось бы прятаться по заброшенным кварталам Юго-Западного района мегаполиса, пока, в конце концов, его бы не поймали. Конечно, он не всегда следовал ее наставлению, и когда шел побухать в какой-нибудь бар, подвеска все же оставалась в квартире для сохранности, так как половина из его походов заканчивалась кровавым мордобоем, за что неоднократно получал взыскания на работе в виде депремированний или докладных от его начальства вышестоящему руководству.
− Алексей, да расслабься ты уже! – в шутку попросил его помощник капитана, поглаживая свою бородку и допивая очередной стакан прохладной воды, прислонившись спиной к стеклу. – Меньше, чем через час, ты уже будешь плыть на полном ходу в свою НСА. А то еще ненароком протопчешь дыру в диспетчерскую!
В ответ он улыбнулся Мартинесу и присел в кресло, но ненадолго – вернулся Дмитрий вместе с Петром. А спустя полчаса они уже спускались по трапу в убогую моторную лодку, пришвартованную в самом конце пирса.
− Спа-сьи-бо, ре-бъята! – все также тяжело произнес контрабандист по-русски, протягивая Петру две пачки купюр. – До сви-данья!

Шесть черных внедорожников с эмблемами корпорации разнесли в щепки два шлагбаума, с ревом проносясь мимо пропускного пункта порта. Из своей коморки нерешительно выглянул до смерти перепуганный охранник, провожая их вслед ошарашенным взглядом. На часах панели приборов мерцает 11:12. Ник, то и дело, переводит взгляд с них на ветровое стекло и обратно. Слишком поздно! Он прекрасно это понимает, но придется рискнуть.
− Давай сразу к пирсам! – скомандовал он, держась за спинки обоих передних сидений.
Наемник, отключивший автопилот еще до въезда в порт, резко рванул машину в сторону, умело объезжая погрузочную кару, которая внезапно выскочила из-за контейнеров справа. Раздался визг тормозов, и внедорожник, шедший немного позади справа, с оглушительных грохотом и скрежетом врезался в неожиданно выросшее перед ним препятствие, протаскивая искореженную кару на десять ярдов вперед. Но ни одна из оставшихся в строю машин ничуть не сбавила ход, продолжая стремительно нестись в сторону пирсов.
− Красавчик! Так держать! – Ник похлопал парня по плечу, когда вновь вернулся на свое место.
− Спасибо, сер! – поблагодарил наемник, соколом не сводя взгляд с дороги.

А в это самое время, где-то там впереди, на морской глади, моторная лодка бороздила волну за волной, все ближе и ближе приближаясь к условному месту, оставив акваторию порта далеко позади. Под мириадами звезд вспыхнул огонек, и вслед за ним, из темноты бурлящих вод, показался корабль, до которого теперь оставалось проплыть всего километр, но даже с такого расстояния размеры корабля казались внушительными. Это было не просто какое-то там едва плавающее корыто, как представлялось Алексею, судя по внешнему виду Мартинеса и моторной лодки, а что ни на есть самый настоящий корабль в отличном состоянии. Любуясь необыкновенным гибридным кораблем, к которому они стремительно приближались, он и не подозревал, что люди корпорации, в буквальном смысле этого слова, дышали ему в спину.

Не был бы сейчас Ник новым начальником СПРУ, если б не его одно из особых качеств – дальновидность, поэтому на перехват неучтенному кораблю уже неслись со всех сторон почти два десятка боевых кораблей, грозящие вот-вот взять его в плотное кольцо. Но, когда пять внедорожников остановились на одном из пирсов, оставляя за собой длинный шлейф пыли и десять черных полос на бетоне, ни один из эсминцев и ни один из корветов так до сих пор не показался. Только на границе между морем и ночным небосводом, в слабом свете единственного огонька, были едва заметны очертания корабля, готового в любой момент уйти под воду.
− Твою мать! – выругался Ник, пнув землю мыском туфли, и тут же схватился за простреленную ногу, скорчив лицо от боли. – Мы все-таки его упустили! Черт возьми, но этому Степанову реально повезло! – процедил он сквозь зубы.
− Босс, не все еще потеряно! Корабли должны прибыть сюда с минуты на минуту, − произнес старший наемник, с трудом вылезший из-за руля внедорожника.
− Не все потеряно! – сыронизировал он с ухмылкой и выпрямился, преодолевая боль. – Ну, тогда смотри же! Ради такого мы даже немного задержимся здесь.
Долго ждать не пришлось. Огонек погас, и черное пятнышко, еще несколько секунд маячившее на горизонте, резко кануло в воду, словно растворившись в ней, так как вскоре примчавшиеся на перехват корабли так и не смогли обнаружить судно под водой. Еще с полчаса они кружили вокруг да около предполагаемого места в бесплодных поисках, пока Ник не дал им отбой.
− Как?! – недоуменно спросил наемник, смотря в след двум десяткам уходящих назад боевых кораблей.
− Возьми, залезь, наконец, в общую базу СПРУ и почитай, если так уж тебе интересно! – фыркнул он и похромал в глубоких раздумьях к машине.
− Шеф, последний вопрос.
− Что еще?!
− Что делать с Аганесовым? – подбежав поближе, тихо спросил он, чтобы больше никто не услышал.
− Что делать? Что делать? Реорганизовать, конечно! – приказал Ник, садясь во внедорожник. Не успела дверца еще захлопнуться, как он добавил, высунувшись наружу: − И уничтожьте всю информацию, упоминающую о том, что такой человек вообще когда-либо существовал, а также зачистите его квартиру, чтобы друзья и соседи побоялись даже произносить его имя.
Пять внедорожников рванули с места, поднимая клубы пыли из-под колес, прочь из этого места, обратно к главному полицейскому участку Юго-Западного района. Только на подъезде к пропускному пункту они сбавили скорость, медленно проезжая мимо оживленного участка, где служба спасения всячески пыталась вытащить четыре изуродованных трупа из искореженной бронированной машины, накрепко сросшейся с погрузочной карой. Врачи, бегая туда-сюда, старались делать вид чрезвычайной занятости, хотя их единственная задача заключалась лишь в одном: упаковать мертвые тела в пластиковые пакеты и переправить те в морг, откуда – корпорация об это позаботиться – их немедленно заберут и транспортируют самолетом в Новую Северную Америку. Нет, не для того, чтобы передать родственникам, как полагают все. Только Ник знал, что действительно будет с ними, когда самолет приземлиться в аэропорту. Охлажденные в индивидуальных холодильных камерах трупы сразу же отвезут под конвоем на базу СПРУ, где, глубоко под землей, находится Специально-Исследовательская Лаборатория.
Миновав кишащий людьми участок, который полицейские пытались типа оцепить, размахивая мерцающими жезлами перед любым движущимся транспортным средством, черные внедорожники прибавили ход, проносясь через уже разнесенный ими пропускной пункт, где охранник, завидев их приближение еще издалека, в страхе забился обратно в свою коморку. На этот раз он не вышел из нее, чтобы проводить взглядом внедорожники, которые побоялись останавливать даже столь суровые полицейские.
Не проехав и милю, они увидели группу зачистки Вилла, которая летела им на встречу с проблесковыми маячками. Два внедорожника и такая же черная фура между ними с длинным полуприцепом, на котором зияла огромная эмблема «Новой Эры», ответно моргнули им фарами, проносясь мимо в сторону порта, а впереди лежал долгий путь через безлюдные сонные кварталы мегаполиса.

Поднявшись на борт неучтенного корабля «Нереида» со всеми остальными «рыбками», что-то заставило его остановиться, и Алексей обернулся, сердце замерло. Вдалеке, на пирсе, на самом горизонте, между стоящих на внутреннем рейде кораблей, блистал ансамбль проблесковых маячков сине-белого цвета.
− ПИСЕЦ! – сорвалось с его губ, но тут же отовсюду раздался громкий голос, приказывающий всем незамедлительно пройти внутрь корабля.
Меньше, чем через две минуты, когда автоматически были задраены все внешние люки, корабль быстро ушел под воду, набирая узлы. Проплыв какое-то расстояние, «Нереида», сбавляя ход, неслась уже на бреющем совсем рядом с дном, пока полностью не остановилась, и мирно легла на морской грунт. От восьми независимых пневматических лап взвихрился морской песок, наполовину погрузив корабль в непроглядное облако.
Когда ажиотаж вокруг спал, вернулся абсолютно спокойный Мартинес.
− Ну, теперь вас можно расселить по вашим каютам, господа, − весело произнес помощник капитана, жестом предлагая пройти за ним.
− Это из-за тех проблесковых маячков? – поинтересовался все еще взволнованный Алексей, когда они шли по хорошо освещенным коридорам.
− Нет! Конечно, нет! – усмехнулся он. – Что они нам могут сделать с причала? Ничего! Только если погрозить нам пальцем! Мы пока затаились на дне из-за того, что сюда мчатся на полном ходу одиннадцать корветов и семь эсминцев. Мы бы с легкостью прошли мимо них, но куда торопиться? Да и у капитана нет желания играть с ними в «кошки-мышки». Тем более что они все равно не будут нас долго искать, поумнели, так как даже ни одной субмарины не выслали нам на перехват. Знают, что без толку за нами гоняться! У них, по-видимому, была другая задача, нежели постараться поймать нас. Я уже стал догадываться, какая! – и Мартинес с нескрываемой улыбкой подмигнул Алексею. – Но я могу и ошибаться, разве не так?
− Безусловно, сер! Порой все кажется не таким, как есть на самом деле, − он постарался изобразить улыбку на своем лице, которая больше походила на оскал животного, так как страх, что его могут в любой момент сдать корпорации за неплохое вознаграждение, стал в нем расти ежеминутно.
Достаточно долго они шли по коридорам, пока не добрались до носовой части корабля, где преимущественно располагались каюты для матросов и пассажиров. Расселив по каютам шесть человек, Мартинес остался наедине с Алексеем.
− Вы, главное, не бойтесь, сер! – вежливо сказал он тихим голосом, провожая его в самый конец коридора, который упирался в облагороженную стальную дверь каюты. – У капитана свои счеты с корпорацией «Новая Эра», поэтому он приказал разместить вас в самой лучшей каюте, находящейся прямо под его. А как только у него с утра появится время, он приглашает вас позавтракать в скромной компании. Также капитан просил передать, что отказ категорически не принимается! − Мартинес учтиво поклонился и собирался уже удалиться, но остановился, чтобы добавить: − Надеюсь, время, проведенное на «Нереиде», оставит приятное впечатление о нашем гостеприимстве! Отдыхайте, сер!
− Спасибо, сер! – поблагодарил он, смотря взглядом полного удивления.
− Пожалуйста, не обращайтесь ко мне больше «сер»! Потому что это для нас большое почтение видеть вас на корабле! Вы потом все поймете… А с той оплатой, что вы отдали за проезд – тем более! – помощник капитана отвесил очередной поклон и ушел.
Алексей закрыл за собой увесистую дверь и осмотрелся. Каюта реально выглядела чуть ли не капитанской: мало того, что она была намного просторнее тех, куда разместили остальных людей, так еще обставлена не какой-то там дешевой мебелью. Он прошел к массивному дубовому столу, стоящему посередине каюты, и задумчиво присел на резной деревянный стул, обитый арпатеком. Слова Мартинеса не давали ему покоя, да и в потаенной комнате главного здания порта он, не смотря на шум, умудрился хорошенько выспаться. Эта ночь для него будет тянуться напряженно долго.
Его не могло не поразить то обстоятельство, что все представления о контрабандистах, которые вбивались ему в голову еще в школе, а теперь по телевиденью, рухнули в одночасье, словно детские, несбыточные мечты. Вместо неотесанных, грубых, грязных мужланов, как втирали им это в мозги, он увидел достаточно образованных, опрятных и воспитанных людей, следящих не только за собой, но и за кораблем, который старались содержать, насколько это было возможно из-за его размеров, в чистоте.
Снизу раздался еле доносимый гул, убирающихся обратно пневматических лап корабля, и Алексей почувствовал легкий толчок – «Нереида» стремительно стала набирать скорость, рассекая своим обтекаемым корпусом давящую толщу морской воды. Тысячи лопастей абсолютно бесшумно прогоняли воду под давлением через четыре мощных турбины, заставляя корабль резво нестись к первому пункту назначения.

В начале восьмого утра одинокий черный внедорожник корпорации подъехал к уже новенькому шлагбауму пропускного пункта порта «Вест-Винд» и остановился. Шлагбаум незамедлительно отъехал в сторону, пропуская покрытый слоем пыли автомобиль. Он медленно, чуть ли не ползя, подкатил к коморке охранника, тонированное стекло опустилось вниз и оттуда высунулась голова здоровенной детины.
− Привет! – поприветствовал он максимально вежливо, насколько позволял его тембр и черты лица, которые больше походили на неугодника. – Подскажи, где мы можем найти директора порта? Дело неотложное!
− Е-е-его…сейчас н-н-нет. О-о-он…б-б-будет к-к-к восьми…ч-ч-часам, сер! – едва выдавил из себя охранник, сжавшись всем телом в комок от панического страха. – О-о-он…б-б-будет…в-в-в главном…з-з-здании порта.
− Спасибо, браток! – окно вновь закрылось, запирая прохладный воздух климат-контроля изнутри.
Внедорожник не спеша покатил дальше вглубь порта, туда, где среди высоко нагроможденных контейнеров находилось главное здание порта – единственное живое место среди тысяч тонн бетона и металла вокруг,− от которого в четыре стороны света излучались облагороженные тенистые аллеи, тянущиеся до самых окраин обширной территории.

− Ну, что, Дим, сегодня вечером погудим на славу?! – риторически спросил Петр, радостно размахивая двумя пачками сто-эйджевых купюр в кабинете начальника охраны, и посмотрел на настенные часы, которые показывали 8:27. – Еще каких-то там полчаса, потом сменимся, отоспимся и как оторвемся с тобой в самом шикарном клубе района. Как тебе такой расклад?
− Хм…в «Афродиту» хочешь сходить, а давай! – согласился он, поглаживая руки от предвкушения предстоящего вечером наслаждения, когда распахнулась настежь дверь, и в кабинет следом за своим животом влетел озлобленный начальник, с выпученными свиными глазками на тучном розовом лице.
− Вы, что дебилы? Вы, что, придурки, натворили? – брызгал он слюной во все стороны, порубинев от накатившей ярости. – Я…я…я не знаю, что с вами сделаю!
− Что случилось, шеф? – недоумевающе спросил Дмитрий, когда напарник просто хлопал глазами, приоткрыв рот, не в силах выдавить и слова.
− Что случилось?! Да вы… кретины, ей-богу! Бегом к директору! Живо! – рявкнул начальник, и охранники тут же подорвались со своих мест. − Он вам лично все разъяснит.
Через две минуты троица уже сидела в кабинете директора, в страхе смотря, как тот нервно запивает очередную порцию успокоительного, пролив при этом немного воды на стол. Он достал сигарету, которую ни сразу сумел подкурить, и уставился на них сверлящим, полным ненависти, взглядом, постукивая пальцами по столу.
− Допрыгались, да?! Знаете, кто меня ожидал с утра под дверью моего кабинета?! Никогда не догадаетесь – люди корпорации, твою мать! Они хоть и были в форме службы безопасности, но, уверяю, служба безопасности такими делами сроду не занималась, − директор продолжал героически сдерживать себя, чтобы не сорваться раньше времени. – К тому же на их форме не было никаких нашивок и знаков отличий, кроме эмблемы корпорации, что само по себе говорит о том, что за простую, какую-то там безопасность они уж точно не отвечают! Мне что, надо было на лбу у вас написать, чтобы вы всех нелегалов пробивали по базе?! – он начинал терять контроль и сжал кулаки. – Корпорация по вашей вине упустила ночью человека, который находится в Мировом Розыске! Вы − пид…сы конченные! Что, так трудно отсканировать всего на всего один И-штрихкод с руки?!.. – взревел он, багровея, но все же сумел совладать с собой. − Ну, это сейчас для вас не так уж и важно. Вы трое теперь уволены! Жду от вас в течение часа заявления на моем рабочем столе! Бухгалтерия в курсе, поэтому до обеда вас должны рассчитать. Понятно?!
− Почему я должен писать это гребанное заявление?! – возмутился начальник охраны, ерзая на стуле, с обеих сторон которого свисали его увесистые ягодицы. – Ведь это они не пробили какого-то там человека по базе!
− Молчать! – рявкнул директор, стукнув кулаком по столу. – Они, по началу, и меня хотели убрать, но решили, что тогда придется уволить весь руководящий состав порта, а это будут уже слишком радикальные меры, поэтому мне дали один-единственный шанс. Теперь наш порт для неучтенных кораблей закрыт навсегда, из-за вас дебилов! И они также просили передать, что о хорошей жизни можете навеки забыть, корпорация будет за вами теперь пристально присматривать, так что на нормальную работу в будущем даже не рассчитывайте. А теперь марш отсюда!


Темные моря.

Раздался стук в дверь, который так с нетерпением ждал Алексей всю оставшуюся ночь, ни разу не вздремнув. В каюте не оставалось и кусочка места, где бы ни ступала его нога, лишь кровать все также не сдавала свои позиции, не подпуская к себе оккупанта ни на йоту. Он схватил со стола пистолет Джеймса, сунул его за пояс и только тогда подошел, чтобы открыть стальную облагороженную дверь, на которой были выгравированы два морских дракона на фоне живописного кораллового рифа, символизирующие собой в схватке Инь и Янь. Дверь издала легкий лязг и тихо отворилась. На пороге стоял всегда улыбчивый помощник капитана, держа увесистую связку ключей.
− Доброе утро, сер! Судя по кровати, вы даже не прилегли.
− Я хорошо выспался в порту. А так как меня ждет довольно-таки долгое плаванье, то будет время, чтобы еще отоспаться, − улыбнулся он Мартинесу, насколько позволяли сведенные от долгого напряжения мышцы скул. – Я так понимаю, вас прислал за мной капитан?
− Конечно! Капитан у нас – человек слова. Тем более что ваша персона его очень сильно заинтересовала. Не буду лгать, меня тоже! Поэтому, если вы готовы, я вас к нему отведу.
− Да, пойдемте! Не хотелось бы заставлять его ждать.
Мартинес прозвенел связкой, ища нужный ключ, отцепил его от остальных и запер дверь.
− Теперь можно идти, − сказал он, протягивая Алексею ключ. – Дубликат есть только у капитана. Это для того, чтобы никто не решился потревожить нашего столь дорогого гостя!
Такое любезное отношение не могло остаться не замеченным. Что же такого могла сделать корпорация капитану корабля, что к нему, обычному, ничем не выдающемуся человеку, проявляют столь почтенное уважение?!.. Такое ощущение, что его помощник, да и он сам, чуть ли не жизни готовы отдать за него. И это после того, как еще сутки назад он был обычным комплектовщиком в компании «Фьюче-Лайф», имеющим дурную репутацию в ближайшем полицейском участке, где досье на него росло с каждым месяцем. Теперь же он в числе самых опасных преступников бюро Мирового Розыска, которого преследуют, по-видимому, самые лучшие люди корпорации «Новая Эра». И эта ситуация, неведомым образом, возвеличила его в глазах контрабандистов, сделав их героем.
− Сержио, я привел его, − открыв дверь каюты капитана, возвестил Мартинес, пропуская Алексея вперед. – И пошел, так как эти оболтусы вообще распоясались за последнее время, а сейчас этого допускать никак нельзя, когда на нашем хвосте висят упыри корпорация. Ведь нашего гостя уж точно не оставят в покое, подсказывает мне мой зад, раз они устроили в порту такое шоу! – усмехнулся он, закрывая с обратной стороны стальную дверь.
Только незначительно различаясь друг от друга мебелью и декором, обе каюты корабля были словно близнецы. Но особой, явно бросающейся в глаза, отличительной чертой между ними было то, что стол в каюте капитана просто ломился от множества различных яств. Сам же капитан стоял спиной к гостю, смотря в широкий изогнутый иллюминатор, за которым кроме кромешного мрака морской бездны ничего не было.
− Как-то, даже странно!.. Обычно волнуются пассажиры, когда предстают передо мной,… но не сегодня! Наоборот, я сейчас нахожусь в полном смятении!.. Мартинес ушел и даже не представил нас! – в шутку возмутился он на чистом английском языке, подходя к гостю, и протянул ему руку. – Сержио – капитан «Нереиды»! К вашим услугам, сер!
− Алексей – беглец из Кавказа! – выдавил он из себя улыбку, пожимая капитану руку. – Можно небольшую просьбу?
− Конечно, все что пожелаете на моем корабле!
− Пожалуйста, называйте меня хотя бы просто по имени, не надо проявлять ко мне столь огромную любезность! Я чувствую себя абсолютно неловко. Да и это безумно не привычно, когда со мною на протяжении всей моей жизни обращались как с каким-то отбросом.
− Хорошо! Ну, не буду морить вас голодом. Присаживайтесь за стол! Вы, наверное, со вчерашнего обеда ничего не ели.
− Если быть точнее, то – утра, сер, − сказал Алексей, первым заняв место за столом, как и положено очень почетному гостю.
− Раз мы оба не любим чреватую учтивость, то у меня к вам по этому поводу будет такая же просьба, Окей?
− Договорились! – и они оба рассмеялись, наполняя свои тарелки едой. – И пусть тогда Мартинес тоже перестанет мне говорить «сер», а то он навряд ли меня послушает.
− Это уж точно! Я его очень хорошо знаю уже многие годы, поэтому, кого он и слушался всегда, так это только меня. Больше для него никаких авторитетов не существует. Поэтому мне не раз приходилось его вытаскивать из каких-нибудь переделок.
Пока еда медленно растворялась со стола, Алексей максимально подробно рассказал свою необычайную историю приключений за последние сутки, пропустив лишь малую ее часть из целой словестной повести: о том, что Кристалл действительно обладает какой-то непонятной волшебной силой, и то, что у него с собой имеется заряженный пистолет.
− То есть, если… как ее там… «Слеза Богов» реально окажется магическим артефактом и попадет в руки корпорации, нас всех тогда ждет мрачное будущее. Я правильно вас понял? – задумчиво спросил Сержио, подперев голову руками.
− Насколько мне известно, да!
− М-да… Выбор у нас, к сожалению, не велик, − он встал из-за стола и прошел к спрятанному в шкафу бару. – Что предпочитаете пить? Есть ром, вино, водка, текила и… ммм… коньяк.
− Коньяк. Не рановато ли? – естественно улыбнулся Алексей.
− Теперь уже нет! – вернулся за стол капитан с бутылкой пятизвездочного коньяка с сильно затертой этикеткой. – Однажды нашли целый ящик этого добра на одном из-за тонувших кораблей. Вот, осталась последняя бутылка – хранил для особого случая! Скажите, почему я должен поверить во всю эту чушь, что вы мне сейчас наплели за завтраком? Ведь вы даже ни словом не заикнулись о том, что у вас с собой есть заряженный пистолет, а, как я понимаю, он у вас от того самого Джеймса, который просто так, понадеявшись на слепую удачу, отдал вам Кристалл – человеку, которого совершенно не знает и который даже не знает толком, как держать пистолет. Почему? – спокойно спросил Сержио, разливая коньяк по бокалам.
− П-п-побоялся не-не-неприятностей, − встрепенулся он от неожиданных слов, сильно краснея.
− Теперь выкладывайте все на чистоту! – и протянул полный бокал Алексею. – Я с нетерпением жду!
Терять нечего! Он встал из-за стола и медленно достал футляр из кармана брюк. Едва слышный щелчок, крышка приподнялась вверх, издав приятный мелодичный звук, дрожащие пальцы убрали ее, освобождая наружу пучок ярко-голубого света. Прозвенев по «металлическому стеклу», Кристалл выскользнул на открытую ладонь. Ослепительное свечение мгновенно озарило всю каюту, заставив капитана прикрыть глаза рукой, но тут же его сила утихла, а помещение продолжило мерно освещаться приятным голубым излучением, исходящим из небольшого пучка энергии внутри «Слезы Богов».
− О-он на-на-на самом д-д-деле ма-ма-магический! – выговорил он, пряча Кристалл обратно в футляр, пока оцепеневший капитан все еще приходил в себя от увиденного.
Что будет с ним дальше, Алексей не знал, поэтому продолжал стоять, как вкопанный, уставившись на оторопелого Сержио.
− Охренеть! – выдавил он из себя, сел обратно на стул, прибывая в совершенно потерянном состоянии, и за один залп опустошил свой бокал, затем – второй. − Охренеть! Я ожидал всего, что угодно, но увидеть ТАКОЕ! − я даже представить себе не мог ничего подобного! Да садитесь вы уже! Я просто вас проверял, ведь «Новая Эра» никогда не будет попусту гоняться за обычным человеком. Мне было безумно интересно, как вы себя поведете, упомяни я про пистолет! И я не ошибся – раньше с оружием вы никогда не имели дел, иначе бы он не остался у вас за спиной, после моих слов. К тому же, согласитесь, тяжело поверить в то, что вы ужасно насолили корпорации, уведя у них из-под самого носа типа «волшебный» Кристалл. Ни один здравомыслящий человек в это, конечно же, не поверит! Даже мне трудно до сих пор признать, что я был не прав, усомнившись в искренности ваших слов.
Он сел обратно за стол и сделал добротный глоток коньяка, пытаясь понять всю суть происходящего. Но все больше и больше новых вопросов зарождалось у него в голове, так и оставаясь пока безответными.
− Что у вас есть с собой оружие, я узнал, когда вы только вступили на борт моего корабля, − продолжил Сержио, в очередной раз, наполняя свой бокал до краев. − И то, что оно сейчас с вами, я тоже в курсе. Видите ли, это не просто какой-то там гибридный корабль, как все считают, а что ни на есть настоящий боевой корабль невидимка. Большое спасибо за него вашим предкам! Так как до смены полюсов, единственный во всем Мире завод по производству этих безупречных, столь утонченных в своем великолепии и совершенстве, красавиц находился на побережье Черного моря и был важным стратегическим объектом России, который успел произвести на свет почти тридцать этих прекрасных творений военного искусства. Поэтому эти корабли напичканы самыми передовыми технологиями от кончика носа до кормы, до которых корпорации еще очень и очень далеко, включая даже такую мелочь, как сверхчувствительные датчики на обнаружение любого вида оружия, контролируемые ИИИ.
− Вы хотите сказать, что этот корабль еще и вооружен? – подуспокоившись, спросил Алексей, возвращая пустой бокал на стол.
− До зубов! – усмехнулся он, вылив остатки коньяка ему в бокал. – На борту даже имеются две межконтинентальные баллистические ракеты класса «земля-земля». Так что «Новая Эра» боится пускать против нас в ход ядерное оружие, опасаясь ответного удара с нашей стороны. И не зря! – уже рассмеялся капитан, отправляясь снова к бару. – На сегодняшний день гибридных кораблей осталось меньше двадцати, но все мы поддерживаем между собой постоянную связь, поэтому в любой момент по Новой Северной Америке готовы ударить три с половиной десятка ядерных ракет, которые мгновенно сотрут ее с лица Земли,… − зазвенел потревоженный рой бутылок. – Что теперь будем пить?
− Давайте водку! Попривычнее будет для меня, − ответил он, осушив бокал.
− Но они и мы отлично понимаем, что тогда вся Земля станет не пригодной для существования людей, если и не всего живого…
− А откуда им знать, что вы не блефуете?
− Как-то они почти год бессмысленно гонялись за неучтенными кораблями, но мы всегда просачивались сквозь блокады, и тогда ими было принято решение уничтожить нас с помощью ядерного тактического оружия. Это было их большой ошибкой! Прежде, чем им удалось зажать в угол «Гемеру», чтобы нанести по ней смертельный удар, они потеряли шесть или восемь субмарин. Но их грандиозный провал заключался в другом: пока две торпеды неслись к «Гемере», она успела выпустить баллистическую ракету, которая устремилась к одному из ближайших кораблей. В итоге вместе с неучтенным кораблем на дно ушло более десятка кораблей корпорации. С тех пор главное руководство «Новой Эры» запретило гоняться за нами, опасаясь, что в следующий раз ракеты уже могут полететь к их континенту. Нам, конечно же, об этом предусмотрительно сообщили. Так между нами было заключено негласное перемирие.
− Мартинес вчера упомянул, что у вас с ними какие-то свои личные счеты,… − Алексей немного замялся, но все же решился задать мучавший его всю ночь вопрос: − Чем же вам могла так насолить корпорация, что вы настолько хорошо относитесь ко мне, а весь ваш экипаж явно их безумно ненавидит?
Сержио молчал. Он неторопливо налил по второму стакану водки, поднял свой над головой и, не произнося слов, опустошил его. Затем с силой стукнул им по столу, выдыхая и морщась.
− Капитаном «Гемеры» был мой единственный сын Алеяндро. Сын, который стал для меня всем на свете после того, как пара ублюдков лишила жизни мою жену из-за кусочка золота на ее шее, когда она спешила в порт, чтобы встретить нас после долгого плаванья. Всего четверть мили от нашего бывшего дома до порта – роковая четверть мили для нее! – слеза скатилась по его щеке и скрылась в густой бородке.
− П-простите! Я-я… я не знал!
− Не бери в голову! Мне еще долго предстоит с этим жить, − меланхолично произнес он, проводя рукой по белым, как лунь, волосам. – Поэтому я дал себе слово, что ценной собственной жизни помогу любому человеку, кто хоть как-то сможет нанести весомый вред корпорации. Прошло одиннадцать лет и два месяца, и вот, по-видимому, я наконец-то его нашел!
− Не рановато ли мы празднуем? Мало того, что надо добраться до НСА, так мне еще предстоит долгий путь до горы Маити, которая находится на приличном расстоянии от побережья, − неуверенно произнес Алексей, проводя рукой по затылку. – Скажите, только честно, что было бы со мной, если бы на перехват не мчались корабли и не облава в порту? И с чего вы решили, что корпорация преследует именно меня?
− Все очень просто! – слегка улыбнулся Сержио. – Отплыв от берега миль пятьдесят, мы бы просто вышвырнули вас за борт. Но до этого не дошло бы, ведь, чтобы выложить за проезд почти тысячекратную цену, нужно быть либо полным придурком, либо совсем отчаявшимся человеком. А Мартинес в людях еще никогда не ошибался, тем более, когда ему что-то подсказывает его зад.
− М-да, довольно-таки жестоко! И огромное, конечно же, спасибо Мартинесу! − и они дружно рассмеялись.
− На счет рано празднуем или нет, могу сказать, что – нет! Так как никто не знает, что нас ждет завтра, а я сделаю все возможное, чтобы доставить вас в НСА! В крайнем случае, вас туда доставит Марти…
Раздался тяжелый настойчивый стук в дверь, будто кто-то с нетерпением рвался в туалет после большого количества пива, а кабинку, как назло, не торопились освобождать. Не успел капитан подойти, как раздражающий стук повторился. Дверь отворилась, и в каюту влетел встревоженный Мартинес: вместо вечно приветливой улыбки, лицо было искажено смятением. Отдышавшись, он выпалил:
− Блокада! В порт «Энгельс» нам ни за что ни попасть! Мы засекли с десяток субмарин и столько же кораблей. Когда подойдем поближе, еще раз долбанем эхолокацией, и тогда сможем точно сказать, сколько единиц держат блокаду. Также мы получили сообщение с борта «Немезиды». Сержио, на нас вновь объявили охоту упыри! Они попросили их передать всем кораблям, что ядерное тактическое оружие больше не будет использоваться с их стороны, но любой неучтенный корабль, приблизившийся к порту, будет преследован и по возможности атакован стандартным вооружением, пока мы не отдадим сбежавшего от них преступника – Степанова Алексея Александровича, − уже с улыбкой произнес он, посмотрев на смущенного гостя. – Скоро станете героем не только на нашем корабле, сер! – и слегка поклонился.
− Значит, мегаполис Саратов для нас теперь закрыт, − спокойно сказал капитан, заложив руки за спину и став расхаживать по каюте. – Что ж, у нас есть еще куча других портов.
− Я бы так не сказал, сер! – замялся его помощник, понурив голову в нерешительности. – Ммм… как вам лучше сказать… мы получили подряд еще два сообщения. Первое от «Гекаты» − порт «Кам-Бэй» мегаполиса Орел также блокирован, как и порт «Саус-Вэй» мегаполиса Орск, сообщил уже капитан «Артемиды». Видимо, подсказывает мне мой зад, они решили блокировать все порты, чтобы нас сдали свои же.
− Дебилы! Что я могу еще сказать, − он склонился над столом в недолгом раздумье. – Так, держим пока курс на Пермь, если и этот мегаполис оккупирован упырями, то идем дальше в сторону Челябинска, а сейчас сделай запрос другим кораблям, чтобы проверили все ближайшие к ним порты во всех уголках планеты.
− Будет сделано, шеф! – отдал честь Мартинес и бросился к двери.
− Стой!
Он резко развернулся на пороге, ожидая нового приказа от капитана.
− Отдай людям деньги и объясни, что из-за блокады портов мы пока не можем высадить их на берег, но, как только появится возможность, мы обязательно доставим каждого по назначению. Как бы там не было, но репутацию никогда нельзя терять!
− Ок!
Они вновь остались наедине. Только теперь ощутимое напряжение царило в атмосфере. Сержио разлил водку по стаканам, и протянул Алексею. В гнетущей тишине звякнуло стекло, и, не произнеся ни слова, они разом опустошили их.
− М-да, молодой человек, вы не только смогли полчаса назад меня безумно ошарашить, так и еще не на шутку разозлили руководство корпорации. Уверен, что уже через неделю, они будут предлагать за вас солидное вознаграждение. Пойдемте, я вас провожу до каюты! Так как мне нужно возвращаться на мостик. А как появятся новые известия, я немедленно отправлю к вам Мартинеса.
Капитан лично сопроводил его до каюты, откланялся и ушел. Коньяк с водкой и плотный завтрак сделали свое, Алексей положил пистолет на дубовую столешницу и повалился на кровать. Осознание того, что каюта заперта, а у людей корпорации сейчас нет никаких шансов добраться до него, позволило ему полностью расслабиться и быстро погрузиться в глубокий сон.

Когда кортеж из пяти черных пыльных внедорожников домчался до главного полицейского участка Южного района мегаполиса Кавказ, Ник успел получить разрешение сверху и распорядиться, чтобы все порты, где хоть когда-нибудь была замечена активность контрабандистов, были полностью блокированы, и любой неучтенный корабль, пожелавший приблизиться к ним, должен быть преследован и атакован без предупреждения. Блокады необходимо держать до тех пор, пока они не согласятся отдать Степанова. Главным условием, все еще не нарушающее требований десятилетнего перемирия, оставалось только одно – никакого ядерного оружия не должно быть применено ни с одной из сторон.
Он понимал, что больших результатов это не принесет, но таким образом у него есть хотя бы маленький шанс обратить все неучтенные корабли против одного. Тогда у них точно не останется выбора, как самим прийти к нему. Как говориться, деньги решают все! А сейчас тем более нельзя ничем пренебрегать, когда беглецу просто чудом удалось покинуть Кавказ.
Не прошел и час, как стали поступать сообщения от первых кораблей, начавших устанавливать первые звенья блокад в портах по всему миру. И уже к семи часам утра даже неучтенному кораблю невидимке практически не оставалось шансов, чтобы просочиться незамеченными через приведенный в полную боевую готовность барьер. Это уже не говоря о том, чтобы всплыть для проведения разгрузочных и погрузочных работ. Поэтому, когда Ник встал после непродолжительного сна и вернулся в комнату видеонаблюдения около восьми часов, данная информация не могла не порадовать его до глубины души, хоть на лице и застыло мертвое безразличие.
− Кофе, сер? – спросил его офицер, привыкший уже бегать за ним, подскочив со стула.
− Да! И принеси что-нибудь перекусить, а то почти сутки ничего не ел.
− Будет сделано! – отдал он честь и скрылся за дверью.
Он прошел в угол комнаты, где расположился его личный мобильный штаб, занявший три составленных рядом стола. В самом углу стояла развернутая портативная спутниковая антенна на штативе, подключенная к трем интерактивным сенсорным экранам, за которыми сидели оба его старших наемника и клацали по беспроводным сенсорным клавиатурам, имеющих по всему периметру подсветку янтарного цвета. При каждом нажатии буквы ярко вспыхивали бирюзовым цветом и тут же затухали, продолжая светиться слабым белым цветом.
− Есть какие-нибудь результаты?
− Мы успели только передать ваше сообщение одному из неучтенных кораблей в районе порта «Энгельс» мегаполиса Саратов, и пока больше ничего, шеф, − ответил ближайший наемник, не отрываясь от экрана.
− Это уже неплохо! – похлопал он его по плечу и включил компьютер, коснувшись верхнего правого угла клавиатуры большим пальцем, а затем экрана.
«Доброе утро, Ник Уилсон!» − включился личный интерактивный дисплей начальника СПРУ, автоматически открывая с десяток вкладок в операционной системе «New World», запустив несколько специализированных программ.
Ник обреченно сел за стол и первым делом нажал на вкладке электронной почты, на которой беспрестанно мигал закрытый конверт с цифрой непрочитанных писем на нем. Он бегло их просмотрел – ни одного от руководства – и нажал «Delete». На удивление, с почтой получилось разгрестись довольно-таки быстро. Жаль, что не получиться также и с остальным мерцающим барахлом на рабочем столе!
Он стал клацать по вкладкам, пытаясь определиться с какой ему лучше всего начать, пока не наткнулся на карту Нового Мира, где были отмечены блокированные порты по всему Земному шару. Доверяй, но проверяй! И Ник нажал на одну из сенсорных кнопок браслета на левой руке, фиолетовое свечение которой стало ярче, синхронизируя переговорное устройство со своим компьютером. Устройства мгновенно подключились друг к другу.
− Вывести список всех карт мира, хранящихся на компьютере, − произнес он в микрофон у рта.
Не прошло и секунды, как вывалился список из почти трех сот карт.
− Отобрать те, с которыми не было никаких действий на протяжении восьми лет.
Список резко сократился до пары десятка карт. Так уже гораздо лучше! И Ник принялся искать нужную ему карту, чтобы провести сравнительный анализ с той, которую ему прислал один из старших наемников.
Уже через полчаса он удовлетворенно откинулся в кресле. Ведь теперь оставалось только ждать, а этому, за многие годы работы в СПРУ, он точно научился.

Алексей стоял у иллюминатора и крутил в руке приятной прохлады футляр из «металлического стекла». «Нереида» неслась на полном ходу сквозь толщу воды, проносясь над разрушенными домами внизу. На такой скорости, да к тому же солнечный свет едва достигал такой глубины, было трудно что-нибудь разглядеть, и он вернулся обратно к столу.
Щелчок и ярко-голубое свечение озарило каюту. Кристалл выскользнул из своего плена на ладонь и стал затухать. Когда от ослепительного света остался только небольшой пучок излучения бледно-голубого цвета, продолжающий мерно сиять в руке, Алексей поднес «Слезу Богов» поближе, чтобы лучше ее рассмотреть. Ничего! Будто маленький кусочек плазмы, каким-то чудесным образом, с легкостью был заточен внутри тысячелетнего кристалла. Абсолютно чистый и прозрачный, в нем не было ни малейшего изъяна – само совершенство.
− Как же ты все-таки работаешь? – произнес он в полголоса, сжав Кристалл в кулаке со злостью.
Через секунду он уже летел в сторону стены, оставляя за собой люминесцентный след в воздухе, но мгновенно остановился, совсем немного не достигнув цели. Кристалл просто парил в воздухе, плавно вращаясь вокруг своей оси, и пульсировал ярко-голубым светом, набирая слепящую яркость. Когда на него стало невозможно смотреть, он резко замер, а энергия неуклонно продолжала пропорционально в нем расти. Алексей уже стоял с прикрытыми рукой глазами, но ощущал, как вместе с ослепительным светом стал пульсировать в каюте и воздух с резко увеличивающейся частотой, а затем и все у него внутри. Он закрыл глаза. Когда частота пульсации достигла своего максимума, произошел световой взрыв, будто сверхновая звезда вспыхнула перед ним. Его пошатнуло, звякнули в баре бутылки, и все сразу же прекратилось. Какое-то время он боялся открывать глаза, ожидая еще каких-нибудь выходок от Кристалла. Прошло немного времени, и Алексей не выдержал.
Перед ним, возле стены, все также парила «Слеза Богов», только теперь она сияла рубиновым цветом, окрашивая все вокруг в алые тона. Никакой пульсации уже не ощущалось, зато он прекрасно чувствовал ту энергию, что скрывалась внутри Кристалла. Она растекалась по всей каюте, пронизывала насквозь стены, проникала во все его тело. Это было пугающее, но в тоже время неописуемо приятное ощущение.
Он решил подойти к нему и взять, как тот мигом рванул с места, молниеносно устремившись в лицо Алексею. Удар неминуем! Он зажмурил глаза, но удара не было. Вместо этого Кристалл вновь смирно парил на расстоянии вытянутой руки. Он протянул к нему открытую ладонь, и тот плавно опустился на нее. Интенсивность свечения ослабла, и вся комната снова приобрела свои прежние краски.
− Значит, ты теперь делаешь все то, что я успеваю только подумать?
Он вновь разжал ладонь и мысленно пожелал, чтобы Кристалл поднялся в воздух. Тот не заставил себя долго ждать, и тот час взмыл вверх, став плавно парить над ладонью. Затем он описал круг по каюте и плавно приземлился обратно на руку.
Футляр защелкнулся, пряча назад шаловливого пленника. Но даже через «металлическое стекло» энергия все также продолжала лучиться наружу сотней алых вьющихся потоков. А уже через секунду он почувствовал, необъяснимым образом, что кто-то стремительно приближается к его двери. В тот самый момент, когда Алексей открыл дверь, на пороге стоял удивленный Мартинес с поднятой рукой, чтобы постучать.
− Вы куда-то собирались пойти? – спросил он, опуская руку.
− Нет, я просто услышал, что кто-то подходит к моей каюте, − спокойно ответил он ему, видя как у того еще больше округлились глаза, − поэтому и открыл дверь.
− Как?! Ведь ваша каюта шумоизолирована, а единственный шум, который вы можете услышать изнутри, только стук в дверь, и то благодаря датчикам и усилителям внутри нее.
− Сам не знаю, как! – растерянно сказал Алексей. – Но как-то же получилось.
Он, конечно, знал уже, каким образом это у него получилось. Так как теперь слышал или, лучше сказать, чувствовал людей по всему кораблю. И эта, новая его способность, еще продолжала расти в нем, а цвет энергетических потоков Кристалла, наоборот, ослабевал, превращая их в прозрачные, только сила излучения при этом ничуть не угасала.
− Хотя, может быть, заглючил какой-нибудь датчик. Корабль-то уже далеко не новый, − постарался найти рациональное объяснение этому казусу Мартинес. – Надо будет прислать к вам техника. А то я из-за этого недоразумения чуть не забыл, зачем я вообще пришел. Меня прислал капитан, и он приглашает вас на ужин, а заодно у него есть пара важных новостей.
− Тогда пойдемте! – радостно выпалил Алексей, замыкая дверь.

− Что ж, как я уже сказал, все порта блокированы, а значит в порт «Глазов» мы уж точно не будем заходить, как и во все остальные на нашем пути, − рассуждал Сержио, встав из-за стола с бокалом виски в руках. – Поэтому мы пока пройдем через Камский пролив – в самом сердце мегаполиса Пермь нас все равно никто не ждет, − а потом рванем прямиком к Челябинску. А так как мы будем более двух суток в пути, я подумаю, что будем делать дальше.
− Вы не боитесь, что ваш корабль могут засечь и атаковать? – спросил Алексей, присоединившись к капитану у иллюминатора, и сделал добротный глоток виски, провожая взглядом небоскребы на бескрайних просторах подводного кладбища.
− Засечь?.. Может быть! А вот, чтобы атаковать нас, у них для этого слишком мало кораблей и субмарин выделено для блокады портов. Это, как раз таки, нам и на руку!
− Но как же…
− «Гемера»?! Она была потоплена по двум причинам: ее загнали в бухту Оренбург и прижали там, гораздо большим количеством кораблей, и против нее использовали две тактические ядерные торпеды, как я уже говорил вам об этом утром, − уточнил Сержио, наполняя бокалы до краев. – К тому же корпорация боится теперь пускать в ход любое ядерное оружие против нас. Мы, все-таки, кусаемся! И могу заверить, что они сделают все, чтобы заполучить вас живым и невредимым. Ну, или ходя бы футляр с Кристаллом внутри и ВАШ большой палец! – и он широко улыбнулся, блеснув десятком позолоченных зубных имплантатов.
− Почему вы думаете, что нас никто не будет атаковать?
− Вы хоть знаете, из чего сделан футляр?
− Металл какой-то, – Алексей не совсем понимал, к чему же клонит капитан.
− Это сплав, который называется «металлическим стеклом». Но тот, что у тебя в кармане, сильно отличается от того, который использовался при строительстве этого корабля. Он гораздо прочнее и выдерживает куда более высокие температуры. Боюсь, Кристалл, каким бы он там не был, точно не выдержит такой температуры. Так что, им по-любому нужен целый и невредимый футляр и, конечно же, твой палец. Поэтому я не думаю, что они будут так рисковать, раз задействовали для этого целый флот.
− Конечно, теперь все понятно! Но тогда зачем им весь этот спектакль с блокадой портов? – спросил он, наполняя бокал капитану.
− Они надеяться, что нас смогут заставить свои же сдать вас упырям. Только они крупно ошибаются, если даже это и случится, мы уже высадим вас в НСА, − и Сержио загадочно ему улыбнулся. – Пока мы будем плыть к Челябинску, я подумаю, как будет лучше это провернуть.
− Так вы решили доставить меня в НСА, не смотря ни на что? – он не мог поверить в такую удачу.
− Конечно! – радостно выпалил капитан, положив ему руку на плечо. – Я дал себе слово, и я его сдержу, во что бы то ни стало! Остается только придумать, как осуществить наш план. О, чуть не забыл! Держите! – и он кинул Алексею подвеску. – По-моему, это принадлежит вам.
− Как же плата?
− Возьму ее, если вас пристрелят, − рассмеялся он, проводя рукой по луневым волосам. – А так я еще в состоянии заработать себе на жизнь, пока мой корабль на ходу.
Они еще долго оживленно болтали за очередными бутылками горячительных напитков. Каждый рассказывал о разных случаях из своей жизни, то они смеялись, то сочувствовали друг другу, пока четвертая опустевшая бутылка не покатилась по полу. Лишь тогда до них каким-то образом дошло из глубины мозга, где еще оставались небольшие здравомыслящие участки, что уже далеко за полночь, и оба валятся с ног не только от количества выпитого ими спиртного, но и от усталости. Распрощавшись всего на всего минут за десять, они расстались, обнявшись напоследок по-дружески. Кое-как доковыляв, шатаясь, до своей каюты, Алексей сразу же рухнул в нее на живот и уснул.

Двое суток, которые корабль был на пути к мегаполису Челябинск, они так больше и не притронулись к спиртному, ведя абсолютно сухую однообразную жизнь. Когда «Нереида» миновала западный радиационный район острова Урал к вечеру вторых суток наконец-таки каютная скукотища была немного разбавлена часовой прогулкой по палубе. Чистое небо, приближающееся к закату солнце, плеск волн о борт корабля – все было так умиротворенно и прекрасно, что Алексей совсем позабыл, что все неучтенные корабли под бдительным оком корпорации «Новая эра», пока к нему на полубак не поднялся помощник капитана.
− Добрый вечер! – поприветствовал он его, положив на плечо Алексею левую руку с отсутствующим на ней большим пальцем.
− Добрый, Мартинес!
− Не правда ли, прекрасным выдался вечер, чтобы немного поплавать на поверхности, подышать свежим воздухом, и дать себя засечь спутникам? – совершенно спокойно произнес он, любуясь как перед самым носом корабля игриво резвятся дельфины.
− Что? – ни сразу понял Алексей, посмотрев на него недоумевающе сверху. – А разве мы не должны скрывать свое местоположение?
− Пока, нет! – улыбнулся Мартинес. – У капитана появился план. Конечно, пришлось договариваться еще с одним неучтенным кораблем, принять в нем участие за солидную плату, и они без колебаний согласились. Поэтому вам и разрешили вместе со всеми подняться на палубу, чтобы со спутника могли увидеть не только наш корабль, но и вас. Обо всем остальном вам потом расскажет Сержио. А мне подсказывает мой зад, что лучшего плана и быть не может! Поверьте! Они прекрасны и грациозны, не так ли? – спросил он, кивнув в сторону дельфинов.
− Да, только они выглядят совсем по…по-другому…
− Не так, как по телевизору и на картинках?
− Точно! – воскликнул Алексей, щелкнув влажными пальцами. – Они далеко не такие милые, наоборот – какие-то свирепые и отталкивающие, хоть и все также грациозны.
− Мутация, − досадно выдохнул он. – Все, что вам там показывают, просто одна сплошная ложь! После смены полюсов почти все захоронения ядерных отходов оказались под водой, и часть их не выдержала большого давления. На волю вырвались тысячи тонн радиоактивных веществ, поэтому это не единственные мутировавшие существа, которых вам еще предстоит увидеть. Я вам обещаю, те уж точно поразят! – широко улыбнулся Мартинес, превращая и без того обезображенное шрамами лицо в еще уродливее.
«Через пять минут погружение! Просьба всем пройти внутрь корабля», − громогласно попросил голос, чтобы все на палубе могли услышать.
Напоследок он постарался хоть что-то живое ощутить в воде, но безрезультатно, кроме людей, кишащих по кораблю, ничего не было доступно его новым чувствам. И не только это: энергетические потоки, которые еще сутки назад ветвились повсюду, стали абсолютно невидимы его глазу. Нет, они не исчезли, а продолжали все также струиться вокруг с той же неимоверной силой.
«До погружения осталось три минуты!»
После этих слов, словно после какого-то заклинания, палуба мигом ожила, и все поспешили вовнутрь.
− Вас ждет капитан, − тихо сказал Мартинес, догнав его в коридоре, и удалился в направлении мостика, вытирая пот с лица.

Алексей постучал в дверь. Не прошло и полминуты, как дверь распахнулась, на пороге стоял всегда приветливый капитан:
− В следующий раз не стучите, кроме вас и моего помощника все равно никто больше не осмелится потревожить меня. Проходите! А дверь я закрываю только тогда, когда ухожу. Тем более что я всегда рад вам!
− Мартинес передал, что вы хотели меня видеть.
− Так и есть! – радостно выпалил Сержио, предлагая гостю присесть за стол, на этот раз пустой. – Я собирался поделиться с вами идеями своего плана. И хочу сообщить, что он уже работает! Пока вы бродили по палубе, мы засекли, что на нас был направлен один из спутников корпорации, и вел нас до тех пор, пока мы не ушли под воду. Спасибо моей «ласточке», что напичкана всякой такой хренью до зубов! Могу предположить, что вас они также заметили на борту, раз так долго наблюдали за нами, − и он расплылся в широченной улыбке. – Как только пройдем Челябинск и рванем на север, к нам присоединиться «Артемида», капитан которой не мог устоять перед солидной суммой, что я ему предложил. После этого будем по очереди подниматься на поверхность с интервалом в шесть часов, чтобы нас продолжали вести и дальше, думая, что это один и тот же неучтенный корабль. К нашему счастью, они все, словно близнецы, вышли с конвейера, поэтому подмены точно не заметят. Когда дойдем до Азиатско-Китайского материка, «Артемида» пойдет на запад вдоль берега Среднесибирского плоскогорья, мимо Якутии в сторону колонии «Китай», продолжая маячить перед их спутниками, а мы тайком рванем обратно, а там, через Атлантику, к побережью НСА. А по пути туда уже подумаем, как вас высадить на побережье, чтобы нас хотя бы не сразу заметили, пока вы не ступите на берег.
− А если они все же заметят подмену кораблей, что тогда?
− К тому моменту мы будем уже слишком далеко и неизвестно для них, где. Им придется искать нас, словно иголку в стоге сена, среди бескрайних вод.
Раздался стук в дверь, и в каюту вошел Мартинес, а следом за ним еще два человека, катя перед собой тележку с едой. Они аккуратно все расставили на столе, слегка поклонились и ретировались, так и не произнеся ни слова. За ними вышел и помощник капитана, пожелав им перед этим приятного аппетита.
Сержио и Алексей еще долго общались за неторопливым ужином. Это ему напомнило те, столь недавние, но в тот же момент уходящие теперь в прошлое, времена, когда они с Максимом также непринужденно могли проводить часы на пролет, беседуя, не только набравшись в каком-нибудь баре, но и просто – дома. Если б он только знал, что его друг детства, товарищ по работе и просто отличный человек, с которым они частенько коротали вместе свободное время, вот уже как три дня реорганизован людьми СПРУ. А всего-навсего он по-дружески подбросил его до гипермаркета «Экро-Сити».

Заметив периодичность всплытия неучтенного корабля уже на второй день, Ник с точностью до минуты прилипал к своему монитору и, не отрываясь ни на что, следил за ним через спутник, пока тот вновь не уходил под воду. Прошло почти две недели слежки, но у него не было даже представления, куда тот держит путь, а остальные неучтенные корабли упорно продолжали хранить молчанье и терпеливо бороздили морские просторы, сторонясь портов, словно прокаженных.
− Твою мать! Суки! Вот ублюдки! – взорвался он после очередного анализа фотографий, сделанных со спутника, и в комнате видеонаблюдения наступила гробовая тишина, казалось, что даже воздух стал плотнее, сжался, боясь в лишний раз колыхнуться. – Живо ко мне! – скомандовал Ник в микрофон.
Не прошло и пяти минут, как в комнату влетели два наемника-амбала и встали по струнке, в ожидании очередного нагоняя от начальника.
− Суки! У меня просто нет слов! – взревел он, и два наемника непонимающе переглянулись. – Мы уже неделю следим не за тем кораблем! Уроды! Немедленно определить максимальный радиус от точки последнего их места обнаружения со Степановым на борту до точки, где они могут оказаться через неделю, плюс пятьсот миль сверху, и срочно отправьте патрулировать эту границу все свободные корабли, субмарины и задействуйте теперь все ГКН-НП! Их, по-любому, надо найти!
− Будет исполнено, шеф! – хором выпалили наемники.
− И пусть также подключатся к поиску все свободные самолеты и вертушки! – уже немного спокойнее скомандовал Ник. – А я пока отправлю официальный запрос на подтверждение отданных мною распоряжений и их согласование. Мне потом еще предстоит подготовить за нас троих отчет о нашем косяке. По головке нас за такой промах уж точно не погладят! Чего ждем?! – рявкнул он.
Два наемника мигом метнулись к своим компьютерам, уже на ходу распределяя свои дальнейшие действия. Ник удовлетворенно посмотрел им вслед и тоже побрел за компьютер, приказав перед этим одному из офицеров принести кофе. Ему предстояла теперь нудная и изнурительно долгая работа, которую он больше всего на свете не мог терпеть. Он лучше б сейчас пробежал десять миль по знойным пескам, чем тупо сидеть и клацать по клавиатуре. Тем более что от первого даже больше пользы. Но работа – есть работа, и Ник пальцем коснулся одной из вкладок на рабочем столе.
Не прошел час, как два его помощника откинулись в кресле и отрапортовали ему о проделанной работе, когда он только заканчивал с отправкой запроса, а затем еще предстояло отписаться по его согласованию, что занимает не меньше времени, чем составление самого запроса. Одним словом, бюрократия! Это уже не говоря об уйме времени, что уйдет на подготовку отчета. Ему предстояло проанализировать более трехсот фотографий, отметить на них найденные не соответствия, доказывающие, что это совершенно разные корабли, потом еще описать все подробно в электронном письме, и, напоследок, самое легкое – отправить его, нажав на кнопку «Send». В итоге, потом получить письмо от руководства с массой недовольств и нареканий. И, напоследок, накатать еще одно письмо, чтобы хоть как-то прикрыть свой зад, и хоть чуть смягчить их гнев. В такие минуты Ник всегда безумно жалел о том, что он не какой-то там простой вояка, а с другой стороны, зарплата свыше ста тысяч эйджов в месяц – весьма весомый аргумент.

Подходил к концу седьмой день плаванья, как «Нереида» не всплывала на поверхность, тайно идя на юг и стараясь держаться максимальной глубины. Иногда казалось, что она вот-вот коснется дна. Миновав сутки назад остров Урал с восточной его стороны, пройдя через Тургайский пролив, они тем самым прилично сократили себе путь, и находились теперь неподалеку от Саратовского архипелага. Они даже не подозревали, что все ближе и ближе приближаются к красной черте шириной в пятьсот миль, которую недавно провела на своих картах корпорация и отправила туда все свободные силы на их поиски. В ряды этих сил вошла и вся пол сотня гибридных кораблей невидимок нового поколения, состоящих на вооружении «Новой Эры», целью которых было не атаковать, а преследовать их корабль до последнего, держась на приличном расстоянии. Но до красной черты оставались почти сутки пути, поэтому «Нереида» спокойно, ни о чем не подозревая, продолжала держать свой путь вперед.
Чтобы не дать своему дорогому гостю скучать в одиночестве у себя в каюте, капитан позволил ему прогуливаться по всему кораблю без ограничений. Только для него это было даже чересчур много: большую часть своего времени он проводил на мостике, составляя компанию Сержио, который частенько давал ему возможность посидеть в капитанском кресле, или Мартинесу, чье общество было столь же приятным и к тому же веселым. Только не в этот раз!
Целый день Алексей провел заперевшись у себя в каюте и крутя в руках Кристалл. Ему не давали покоя слова Джеймса, случайно всплывшие из задворков его памяти еще с раннего утра. Если в древние века в Англии у людей благодаря ему был зафиксирован резкий скачок магических способностей, тогда почему у него, кроме возможности чувствовать людей на расстоянии и тупо управлять этой стекляшкой, больше так ничего и не проявилось?! Или он делает что-то не так?.. Только что?!.. Он уже всячески крутил его перед собой, пытаясь хоть как-то заставить «Слезу Богов» работать. Все тщетно! Даже кусочек бумаги остается недвижим, как бы он не старался сдвинуть его с места силой мысли. Может быть, нужны какие-нибудь заклинания?.. Да только где их взять, черт возьми! На дворе, как ни как, вторая половина двадцать второго века. К тому же большинство существующих ранее книг канули в лета после затопления большинства мегаполисов или частичного их погребения под водой.
Ответов не было, как и не было никаких проявлений со стороны Кристалла. Алексей мысленно отшвырнул его в сторону, тот почти со скоростью звука пронесся по каюте, прочертив люминесцентную прямую в воздухе, и с грохотом врезался в стену, оставив в ней глубокую вмятину. Он сильно перепугался, и тут же вернул его обратно, но на нем не было ни единой царапинки, не говоря уже о том, чтобы тот раскололся. А может, Сержио ошибается, и этот Кристалл не такой хрупкий орешек, как кажется, и его защищает та неведомая сила, что сокрыта в нем? Но тогда Джеймс не попросил бы его уничтожить Кристалл в жерле вулкана Маити, если б не был в этом уверен. Скорее всего, хоть он и достаточно крепок, но высокая температура, все-таки, способна его разрушить.
Ближе к вечеру, когда мозг уже закипал от избыточного перенапряжения, Алексей поднялся на мостик, чтобы хоть немного развеяться и отвлечься. Капитан незыблемо сидел в своем кресле, открыв перед собой голограммную карту мира, в очередной раз, просматривая маршрут их следования к НСА.
− Добрый вечер! – сказал он, подходя к Сержио из-за спины, и взглянул на карту.
− Добрый вечер! Вот, пытаюсь определиться с тем, где будет лучше вас высадить на берег, − и он руками раздвинул голограмму, приближая побережья Новой Северной Америки, и указал пальцем на окончание извилистой красной линии. – До вот этой точки путь уже проложен, но куда двигаться дальше, пока не знаю?.. Или нам, каким-то образом, надо умудриться оттянуть всю оборону Америки, чтобы появилась приличная для нас брешь.
− Пока мне везло! Так что, кто знает, может быть, и на этот раз что-нибудь произойдет по воле судьбы!
− Меня поражает ваша возросшая за последнее время уверенность и вера в судьбу! Но все равно надо подстраховаться, − произнес капитан, закрывая перед собой голограмму, и улыбнулся: – Завтра продолжу, а то в голову уже ничего не лезет. Как вы? А то вас целый день не было видно. Уже начал волноваться.
− Да, пытался понять, как все же работает этот кусок никчемного стекла. Пока безрезультатно! Кроме того… − и Алексей немного замялся, − что я оставил им небольшую вмятину у себя в каюте.
− Интересно, каким же это образом?! – все также весело спросил Сержио, приподнимая от удивления бровь. – Надеюсь, за ужином я услышу от вас эту забавную историю о небольшой порче моего корабля!
− Думаю, что можно будет и продемонстрировать тоже! – и они оба рассмеялись, ощущая на себе недоумевающие взгляды.
После получасовой оживленной беседы капитан удалился по делам, оставив Алексея «за главного», но перед этим отдал распоряжение, чтобы через два часа им подали ужин в его каюту. За семь дней персонал мостика привык к тому, что уважаемому гостю их капитана дозволено находиться вместе с ними даже без него или его помощника, поэтому уже никто не обращал внимания на его присутствие. Он, давно не стесняясь, сел в капитанское кресло поудобнее и произнес:
− Включить голограмму! Вывести главную панель!
Перед ним горизонтально мгновенно вспыхнул пестрый квадрат голограммы метр на метр, который плавно стал преобразовываться в главную панель с множеством интерактивных окон на нем. Он коснулся дальних углов голограммы и медленно потянул ее на себя, пока она не приняла вертикальное положение, и убрал в стороны руки. Алексей нашел на панели нужное ему интерактивное окно и дотронулся до него. Тут же перед ним из маленького окошка стала разворачиваться карта западного полушария с проложенным маршрутом «Нереиды» до НСА. Приблизив небольшой участок побережье Америки, он досконально стал изучать его ландшафт, пытаясь найти для корабля хоть какую-то лазейку, пока до ужина оставалось еще достаточно времени. Он скрупулезно сидел перед картой, упорно ища место, где могла бы случайно появиться брешь, но время было потрачено впустую. Должно произойти что-то по-настоящему серьезное, чтобы как-то ослабить оборону на любом участке всего побережья.
Два часа пролетели незаметно, и надо было идти на ужин к капитану. Алексей откинулся на минутку в кресле, окинув взглядом всю карту целиком, как заметил небольшую, цвета молодой травы, точку на северо-восточном побережье НСА. Он максимально приблизил данный участок карты. Откуда она там вообще могла взяться?! Ведь все побережье было просмотрено им вдоль и поперек дважды. Стоило ему только об этом подумать, как стала проявляться линия того же самого цвета, соединяющая маршрут, проложенный капитаном, и точку, появившуюся столь внезапно, но, главное, вовремя. Он закрыл карту с приближенным участком побережья, где зияла точка, и проглядел весь появившийся путь на западном полушарии, огибающий материк Америки через пролив с юго-запада.
− К-к-кто-нибудь, п-позовите с-сю-сюда ка-ка-капитана, п-п-пожалуйста! Э-это с-с-срочно! – попросил он возбужденно, не отрывая глаз от карты.
Не прошло и пяти минут, как на мостик влетел запыхавшийся Сержио. Не успев даже отдышаться, он сразу же обратился к Алексею с явной тревогой во взгляде:
− Что…что случилось?! – выдавил он из себя, пытаясь восстановить дыхание.
− К-карта! В-в-взгляните на-на-на карту!
− Я… − сглотнул Сержио, − ничего не вижу.
− Р-разве?! А-а-а путь?! – и он пальцем провел прямо над самой голограммой там, где слегка светился нежно-зеленым цветом новый, только что проложенный чудесным образом, маршрут.
− Ничего! – испуганно повторил, отдышавшись, изумленный капитан, но мгновенно постарался взять себя в руки. – Постойте! А вы можете проложить по карте тот же самый маршрут, что сейчас видите?
− К-к-конечно! – выпалил взволнованный Алексей и сел обратно за голограмму.
Не прошло и пары минут, как капитан прильнул к карте, и стал досконально изучать новое продолжение маршрута, то приближая отдельные его участки, то закрывая их обратно, пока не дошел до конечной точки пути, которой уделил особенное внимание. Затем он молчаливо сделал шаг назад, и еще раз окинул взглядом всю карту целиком.
− Все понимаю, конечно, но как мы заставим их очистить этот участок от пограничных кораблей и субмарин? Это не говоря уже о курирующих акваторию самолетах.
− Поверьте, другого подходящего места для всплытия нет и не будет, пока я нахожусь у вас на корабле! Я это точно знаю! – чуть ли не умоляюще протараторил Алексей. – Тем более что время у нас есть. И все еще может неожиданно измениться, когда мы доберемся туда!
− Откуда вы можете знать?!
− Просто знаю, и все! Интуиция или чутье, не знаю. Но это точно, как дважды два – четыре!
− Вы меня последнее время сильно пугаете! Да и Мартинеса тоже! – не выдержал капитан. − Но я обещал, в-первую очередь, себе и также вам, что доставлю в НСА. И я вас туда доставлю!
− А-а-а Мартинес т-тут п-п-при чем?! – крайне поразился он, став вновь заикаться.
− Он полдня провел в молитвах после того, когда к нему пришел один из наших техников и сообщил, что с вашей дверью все абсолютно в порядке, и никакой шум, кроме стрельбы, невозможно услышать изнутри каюты. Слава богу, Мартинес быстро отходчив, и уже на следующий день согласился пойти к вам!
− П-простите! Я-я-я д-действительно не-не хотел е-е-его т-т-так на-напугать! – искренне и с сожалением произнес Алексей, опустив голову. – Я-я сам н-не знаю, ч-ч-что п-происходит с-с-со мной в-в-в последнее в-в-время. В-видимо, в-в-все из-з-з-за Кристалла! Э-э-это я и-и собирался в-вам р-р-рассказать з-за ужином.
Сержио какое-то время стоял задумчивый и угрюмый, не говоря ни слова. С тех пор, как этот нелегальный попутчик поднялся к нему на борт, кроме бед и проблем у него больше ничего не было. Но мало этого, так сейчас в нем еще и затаился реальный страх перед этим человеком, и он понятия не имел, что теперь ему делать: толи продолжать ему все также помогать, толи скинуть за борт, и дело с концом. Ведь этот малый реально что-то не договаривает последнее время. Хоть он и сказал пару минут назад, что по-любому доставит его в НСА, но принятие решения в пользу второго стало в нем расти. И стоило ему только засомневаться в правильности своего решения, как перед его взором всплыли счастливые лица, какими ему удалось их запомнить, его покойно красавицы жены и погибшего от рук корпорации единственного сына. Глаза его тут же намокли, он сглотнул, проталкивая огромный комок в горле, и с большим трудом выдавил из себя:
− Через полчаса я вас буду ждать у себя, − и ретировался, оставив своего горе-попутчика на мостике.
Когда он, с точностью до минуты, вошел в каюту капитана, тот уже успел опустошить полбутылки виски, хотя его тарелка все еще оставалась чистой. Ничего не сказав ему, Алексей сел за стол и налил себе полный стакан виски, сразу же отхлебнув из него половину, затем достал футляр из кармана потрепанных брюк и положил его на свою белоснежную тарелку с позолоченной каймой. Им предстоял долгий разговор, поэтому не было никакого смысла медлить, ведь в таком состоянии Сержио мог быстро набраться. Он сделал глубокий вдох и стал рассказывать все как на духу.
Только он ошибся! Их разговор больше походил на монолог, и кроме угуканья или едва слышимых «да» и «нет» со стороны капитана ничего не происходило. Даже когда Алексей заставил Кристалл описать круг по каюте, а потом спланировать обратно ему на руку, тот все также оставался абсолютно безэмоционально угнетенным, непоколебимым. Будто бы сейчас перед ним сидел не Сержио, а совсем другой человек. Казалось, что все попытки до него достучаться, вернуть вновь то расположение, что и раньше, были тщетны. Скорлупа захлопнулась, а у него нет инструментов, чтобы ее преодолеть. Он убрал «Слезу Богов» назад в футляр и собирался наконец-таки хоть немного поесть, как внезапно капитан немного ожил:
− Это все? – сухо спросил он, ставя опустошенный стакан на стол, и только его взгляд был через край переполнен чувствами.
− Да, − совершенно растеряно ответил Алексей с зависшей в воздухе серебряной вилкой, так и не достигшей своей цели.
− Тогда оставьте меня, пожалуйста, одного! Я распоряжусь, чтобы всю эту еду немедленно доставили вам в каюту, − пробормотал Сержио и глотнул виски уже с горла. – Доброй ночи!
− И вам тоже! – произнес он, находясь с совершенно другой стороны логики от капитана, и отправился в свою каюту.

Наступил полдень, но приблизиться к Сержио было до сих пор не возможно. Стойкий запах перегара держал всех по одоль от него. Да это и не составляло больших трудностей. Ему было настолько хреново, что он боялся в лишний раз пошевелиться, поэтому все время проводил в капитанском кресле, придерживая опухшую голову рукой и смотря помутненным взглядом в какую-то точку. Лишь изредка к нему подбегал Мартинес с очередным отчетом, на который ему было, по большому счету, наплевать. Весь его организм вообще отрицал сегодня какое-либо существование в этом мире. Поэтому, если он сообщит ему о скором наступлении Конца Света, ни один мускул на его лице даже не дрогнет от такой новости. Единственным его желанием за весь день было: банально, хоть где-нибудь, прилечь, чтобы его оставили в покое.
− Капитан! – вновь метнулся к нему Мартинес, только на этот раз сильно взволнованный и гораздо быстрее, чем раньше, перескочив сразу три ступеньки наверх, и как вкопанный остановился перед ним. – Мы за шесть часов заметили около десяти кораблей и четыре субмарины, а также несколько самолетов корпорации, которые прочесывают эту территорию в активном поиске. Походу, они заметили подмену, и теперь оживленно нас ищут!
− Ну и что?! Мы и так идем на максимально малой глубине, корпус полностью звукоизоляционный, и к тому же наш ход в режиме подкрадывания. Пусть себе ищут на здоровье!
− Если б дело было только в этом, я бы не потревожил вас, сер! Но мы только что засекли два гибридных корабля корпорации. Один, к счастью, удаляется, а вот второй идет нам прямо наперерез. Мы, конечно, проскочить успеем, но незамеченными уже не останемся. Примерное время, когда мы станем видны для их приборов, не более получаса.
− Тогда прикажи остановить корабль и залечь на дно, в конце концов, − абсолютно спокойно произнес капитан, массируя свои виски.
− Никак нельзя, сер! – удрученно выпалил он. – Мы и так почти на сутки превысили лимит инерциальной системы наведения. «Нереида» уже идет вслепую, судя по ландшафту дна, а на такой глубине это очень чревато. Не мне вам рассказывать, сер!
− Через сколько они пересекут линию нашего маршрута? – немного обеспокоенно спросил Сержио, сев удобнее в кресле.
− Где-то через час, но с такой скоростью мы опережаем их всего на двадцать минут.
− Дерьмо! Объявить всеобщую готовность! – выпалил он, вскакивая с места, напрочь позабыв о своем ужасно удрученном состоянии и истязающей головной боли. – У нас хоть остался запас скорости в режиме подкрадывания?
− Пять узлов, сер, − ответил Мартинес и тут же отдал приказ: − Увеличить скорость в данном режиме до максимальной!
− Есть увеличить скорость до максимальной! – раздался голос штурмана за панелью управления внизу.
− Вы же понимаете, что это нам не сильно поможет, и они нас все равно быстро нагонят? – спросил он у капитана.
− Понимаю! Но у нас нет другого выбора, как рискнуть. Может, повезет, и они нас, все-таки, не заметят, – с обреченной надеждой в голосе произнес он.
Сержио сел обратно в кресло и запустил голограмму, выводя на нее четыре интерактивных окна напрямую синхронизированных с различными поисковыми системами корабля, чтобы еще самому наблюдать за происходящей ситуацией, в то время как его помощник вновь вернулся на свое место, продолжая отдавать команды матросам.
− Нас засекли! – выкрикнул Мартинес спустя полчаса. – Их корабль поменял курс, чтобы максимально сократить расстояние между нами, сер. Примерно через тридцать пять-сорок минут они нас нагонят.
− Придерживаться прежнего курса! – крикнул капитан, анализируя происходящее на голограмме и поглядывая на огромный интерактивный иллюминатор мостика. – Пусть пока думают, что мы их не заметили. У нас еще есть около четверти часа до маневра и перехода на максимальную скорость. Постараемся увеличить разрыв в руинах того мегаполиса, слева, − воспользовавшись прямым подключением своего компьютера к кораблю, он отметил на иллюминаторе, где на данный момент отображалась рельефная 3Д поверхность дна, место расположения затопленного мегаполиса, который едва был видим даже для столь чувствительных приборов «Нереиды». – Подготовить все стандартные орудия корабля!
Напряжение на мостике нарастало по мере приближения гибридного корабля корпорации, имеющего явное преимущество в скорости из-за своих небольших размеров. Только капитан оставался более-менее спокойным, зная, что топить их они уж точно не собираются, пока на борту находится столь ценный для них человек, но высадка, по-видимому, накрылась, если им не удастся скинуть со своего хвоста эту проныру. Жаль только, что этот самый человек не может им ничем помочь!..
− Мартинес, живо приведи сюда Але… − не успел он отдать приказ, как на мостик вбежал встревоженный, взмокший, Алексей с помраморевшим лицом.

Прошло два дня, как морской участок шириною в пятьсот миль непрерывно патрулировали корабли, субмарины, ГКН-НП и даже, бесполезная в данном случае, авиация, но никаких признаков неучтенных кораблей контрабандистов там обнаружено пока не было. Он прекрасно понимал, что они все притаились, пока не будет снята блокада портов, но этот корабль навряд ли будет где-то спокойно отлеживаться на дне, раз они разыграли такую сценку. Но с каждым часом Ник и вовсе терял теперь надежду, что они вообще смогут его найти, если, конечно же, он уже не проскочил мимо них незамеченным или, что еще «лучше», не сменил курс раньше, чем достиг красной черты, и вообще не собирается покидать воды этого злосчастного круга в тысячи миль. Ну, тогда отыскать его будет невозможно, если только их не сдадут свои же, на ожидание чего может уйти слишком много времени. А его-то, насколько известно, всегда катастрофически не хватает. Тем более что прошло уже пять дней, как за любую важную информацию о месте нахождения Степанова было предложено солидное вознаграждение, а тому, кто и вовсе его приведет, сдаст прямо в руки корпорации, можно вообще больше не волноваться о своем бренном будущем, так как с суммой в миллион эйджов безбедное существование будет ему обеспеченно до конца дней его. Увы! Неучтенные корабли продолжали настойчиво хранили молчанье.
Он нехотя коснулся пальцем клавиатуры, затем интерактивного дисплея. Прозвучало однообразное приветствие, и вновь на экране засияло множество разноцветных вкладок, с которыми ему опять предстояло немало повозиться. И так каждый чертов день! Всего две недели в новой должности, а его уже тошнит от этой однообразной бюрократической рутины. Как же ему сейчас стало не хватать старого боевого товарища и единственного в его жизни друга – Джеймса!
Раздался тяжелый мелодичный звонок, и одна из кнопок на его браслете запульсировала светом. Ник коснулся ее. Слабый фиолетовый цвет в полумраке комнаты видеонаблюдения беглым отсветом коснулся ладони его правой руки. Включилась спутниковая связь.
− Ник Уилсон – начальник СПРУ! – меланхолично произнес он в микрофон на штанге у самого рта.
На связи был капитан одного из ГКН-НП, сообщивший об обнаружении ими одного из неучтенных кораблей контрабандистов неподалеку от внешней границы рейдовой зоны и о начале ими преследования. От такой неожиданной радостной новости он резко подскочил с кресла, чуть ли не завалив стол и едва не опрокинув интерактивные дисплеи.
− Срочно передайте свои координаты и намеченный курс данного корабля! – оживившись, приказал Ник, подкуривая только что потухшую сигару. – Нет! Лучше живо откройте доступ для проведения синхронизации моего компьютера с вашим кораблем!
Не прошло и минуты, как он уже подключился к системе ведущего преследование ГКН-НП. Быстро сориентировавшись в программном обеспечении корабля, не столь отличающемуся от операционной системы «New World» на его компьютере, ведь они обе разрабатывались на базе одной и той же компании, хоть и имеют различную адаптацию, Ник открыл несколько нужных ему вкладок поисковых и навигационных систем ГКН-НП.
− Можете закрывать доступ к кораблю! Синхронизация прошла успешно, − и он прервал связь с капитаном, вонзившись взглядом в монитор.
− Куда же ты направляешься? – в полголоса произнес он, анализируя полученные данные.
Он еще раз сверил координаты. Неучтенный корабль был в менее сорока милях от внешнего края рейдового пояса, находясь к востоку от архипелага колонии «Британия», и проходил неподалеку от побережья острова Бретань, принадлежавшего округу «Франция» колонии «Европа». Ему было ясно только одно: направляется он сейчас на юго-запад в сторону материка Новой Северной Америки или в сторону колонии «Новая Южная Америка», располагающейся на двух независимых друг от друга материках и нескольких больших островах, также поделенных на две политические сферы влияния, одна из которых претит политике корпорации «Новая Эра».
Была б его воля, он давно бы зачистил южный материк и близлежащие к нему острова баллистическими ракетами, даже несмотря на то, что материк является одной из самых больших из тех немногих жемчужин аграрного сельского хозяйства, оставшихся после таянья льдов, жестокого опустынивания и смены полюсов. А ведь, сколько времени и ресурсов затрачивается на то, чтобы держать оппозиционно настроенных людей в жесткой узде и поддерживать иллюзорный мир. Только стоит дать малейшую слабину, и они вновь поднимут народное ополчение спустя всего пару лет, как уже бывало ранее. Но что поражало! Сколько не пыталась корпорация искоренить это влияние, оно, словно назойливый сорняк, возрождалось снова и снова из ничтожно маленького корешка, который упорно скрывался среди народных масс. Поэтому все попытки укрепить на этой территории политическое влияние северного материка «Новой Южной Америки» мгновенно проваливались, увязая и бесследно исчезая в зыбучих песках человеческой решимости и непоколебимости; а постоянно держать там многочисленные войска выливалось корпорации в немалую эру, когда эти средства можно было распределить на что-то более рациональное… Он глубоко затянулся и с наслаждением выпустил клубы дыма.
Так что Ник абсолютно не понимал, зачем им вообще держать курс на колонию, где все кишит войсками и людьми корпорации. Но в тоже время все побережье материка Новая Северная Америка постоянно патрулируется кораблями, субмаринами и авиацией, не говоря уже о дюжине ок спутников, круглосуточно следящих за акваторией Америки. На что они надеяться?!.. А если они, предположив, держат свой путь на материк Нью-Лэнд, то это и вовсе лишено всякого рассудка. На этой мертвой земле, покрытой толстым слоем пемзы, будто броней, до сих пор нет никаких признаков жизни – там совершенно ничего нет. Ему ли не знать этого! Поэтому к Нью-Лэнду они уж точно не направляются. Да и им было бы куда ближе до него, если б они просто-напросто обогнули Азиатско-Китайский материк, а не повернули обратно.
Он нажал на сенсорную кнопку своего браслета:
− Соединить меня с последним абонентом! – произнес Ник, став ожидать связи с капитаном корабля ведущего преследование контрабандистов.
Пока он ждал, постукивая пальцами по столу, ему все не давали покоя туманные намерения неучтенного корабля. Нет!.. Они должны быть полными кретинами, чтобы посметь сунуться к побережью НСА. Значит, у них остается только один выбор – южный материк колонии «Новая Южная Америка». Тем более что там они точно сумеют найти помощь и поддержку со стороны оппозиции…
− Да, капитан, это я! – воскликнул он так, что ближайшие к нему полицейские подскочили от неожиданности на стульях. – Вы сможете, подойдя к кораблю поближе, вывести торпедами из строя его двигатели?.. Я знаю, что это маловероятно! Но если они сейчас не отреагируют на мои слова, то нужно попробовать хотя бы это. У нас нет выбора!.. И главное, не вздумайте умудриться его потопить!.. Да, это не реально! Но я уже ничему не удивлюсь. Ждите моего сигнала! Не отключайтесь!..
Ник стал живо клацать пальцами по интерактивному экрану, ища нужный файл в системе, чтобы подключить через ГКН-НП связь с неучтенным кораблем, который он нашел, к своему удивлению, достаточно быстро. Он убедился в том, что связь надежно подключена и синхронизировал свое переговорное устройство с компьютером.
− Добрый день! С вами говорит Ник Уилсон, начальник Специально-Поисковорасследовательного Управления при корпорации «Новая Эра». Я знаю, что на вашем борту сейчас находится особо опасный преступник – Степанов Алексей Александрович, или как вам будет привычнее – неугодник, который находится в Мировом Розыске, и за передачу которого властям полагается довольно-таки приличное вознаграждение в размере одного миллиона эйджов. Поэтому немедленно поднимайте свой корабль на поверхность и следуйте в ближайший порт колонии «Британия» в сопровождении нашего гибридного корабля для дальнейшей передачи нам преступника и получения вознаграждения в виде наличных средств. В противном случае – надеюсь, до этого не дойдет,− нам придется открыть по вам огонь! У вас на размышления всего пятнадцать минут. Не предоставление обратной связи также будет рассчитываться нами как отказ в содействии властям.
Он отключил связь с кораблем контрабандистов и обратился к капитану ГКН-НП, который все это время терпеливо ждал на другом конце связи:
− Если через пятнадцать минут не получим от них ответа, открывайте огонь, как и договаривались!.. А пока оставайтесь со мной на связи, чтобы я был в курсе всего происходящего с этим чертовым кораблем!
Ник откинулся в кресле и стал ждать, не сводя холодного пристального взгляда с часов на мониторе.

Запыхавшись, вытирая пот со лба рукой, Алексей устремился прямиком к капитану, рядом с которым стоял вечно преданный ему Мартинес.
− Н-н-нас з-засекли! – дрожащим голосом прошептал он, наклонившись к Сержио, чтобы никто больше на мостике его не услышал; скрывать что-то от помощника капитана все равно было бессмысленно. – У-у них к-к-какая-то су-суета н-на к-к-корабле!
− Я в курсе, − тихо произнес капитан, остыв после вчерашнего разговора и вновь подобрев к Алексею; в его голосе не было больше ни нотки страха, ни недоверия к нему. – У меня уже есть небольшой план, но, боюсь, его надолго не хватит. Их гибридный корабль пусть и уступает во многом нашему, но вот в скорости и маневренности ему позавидуешь. Поэтому собирался послать за вами Мартинеса, но раз вы пришли сами, то – даже лучше. У нас каждая минута сейчас на счету… − он встал с кресла, сделал несколько шагов вперед и облокотился на белоснежные перила, за которыми, внизу, находился пункт управления кораблем и с десяток матросов; не оборачиваясь, он продолжил: – Я не знаю, каким образом получается у вас проделывать некоторые вещи, и, поверьте, даже знать не хочу! Но нам сейчас может понадобиться любая ваша помощь!..
− Сер, с нами пытаются наладить связь эти упыри с гибридного корабля! – взревел один из матросов с явной к ним ненавистью в голосе. – Стоит блокировать их или пускай уже поболтают немного с нами?
− Оставь, − выдохнул Сержио. – Послушаем, что они от нас хотят! И включи громкую связь! Пусть все слышат.
Сразу из нескольких динамиков, заполняя собой все пространство, раздался грубый прокуренный мужской голос. Как оказалось, с ними говорил сам начальник Специально-Поисковорасследовательного Управления. Из его слов всем стало очевидно, что именно их корабль находится в пристальном поле зрения корпорации, и нужен им от них только Степанов Алексей Александрович, за передачу которого полагалось весьма внушительное вознаграждение, поэтому все матросы обернулись, кинув звериный взгляд на, не находящего себе места, Алексея, и тут же зашептались. Но также было ясно, что у них всего четверть часа на то, чтобы дать ответ, прежде чем по ним откроют огонь.
Сержио приказал не выключать громкую связь, после чего обратился ко всем матросам:
− Ну что?! Теперь вы все в курсе происходящего, − громко возвестил капитан, чтобы его услышал каждый на мостике, и не только. – Только этот лживый упырь-начальник не до конца был искренен с вами! Им, в-первую очередь, нужен не наш пассажир, а то, что находится у него в футляре. А так как без него им футляр ни за что не открыть, чтобы не повредить его содержимого, то и топить нас они не будут, но постараются хотя бы притормозить. И эта вещичка, насколько вы могли заметить, очень им нужна, раз они задействовали столько сил и ресурсов, чтобы ее всячески заполучить… Есть три выхода. Тихо! – крикнул он, и суета внизу тут же прекратилась. – Первый: мы делаем все, как они просят, потом возвращаемся к нашей прежней жизни и получаем при этом солидное вознаграждение, которое еще не факт, что нам заплатят. Второй: мы отдаем им только «типа» преступника, оставляем у себя содержимое футляра, и за нами потом вновь продолжают охотиться эти упыри; только я понятия не имею, что делать с той хренью, что сейчас у Алексея. И третий выход: мы полностью игнорируем их требования и, каким-то неведомым мне образом, доставляем Алексея в НСА; он уже дальше сам разбирается с этой вещицей, а мы спокойно возвращаемся к привычному для нас существованию. Только этот вариант может оказаться для нас самым плачевным, поэтому решать придется нам всем, хотя с Мартинесом мы за него, так как для нас это единственный шанс, чтобы хоть как-то отомстить этим тварям. Но, прежде чем вы все примите решение, хочу добавить, что корпорация ни в коем случае не должна заполучить эту вещь, иначе, насколько я мог понять, для нас всех могут настать гораздо худшие времена, чем сейчас. А то, что произошло полвека назад, может даже оказаться потом светлой полосой для человечества. У вас на размышления всего десять минут!
Внизу снова раздался оживленный галдеж, шорохи и слабые голоса спорящих матросов. Капитан смиренно продолжал стоять, облокотившись на перила, и ждал. Казалось, что время на мостике предательски замерло, а воздух стал каким-то вязким, густым. Все тело Алексея тряслось в сильном ознобе; кровь безумно пульсировала в висках; сердце грозило вот-вот вырваться из груди; кресло, до этого достаточно просторное, вдвое уменьшилось в размерах. Решалась его судьба… А судьба всего Человечества была в руках горстки контрабандистов…
− Сер, машинное отделение полностью поддерживает ваше решение! – раздался оживленный голос, когда не прошло и пяти минут. – Мы за вас!
− Капитан, вы всегда были добры и справедливы к нам, а служить у вас было честью для нас! Поэтому все семь торпедно-аппаратных отсека разделяют ваше мнение и пойдут с вами до конца!
Спустя всего пару минут весь состав корабля высказался однозначно в поддержку решения Сержио. Оставалось только слово за мостиком, который давно присмирел и сидел в полной тишине, словно мышки, и искоса поглядывали в сторону троицы.
− А вы, что молчите, а? – спросил их подозрительно Мартинес, вперев в них едкий взгляд.
− Мы думали, что и так уже все ясно, сер! – выпалил один из матросов, встав по струнке. – Нам, может быть, и не очень нравиться то, что мы теперь в полной жопе из-за этого человека, но выбора у нас нет. Тем более что мы никогда не пойдем на сделку с этими тварями, даже если они дадут каждому из нас по миллиону эйджов. Нам потом с этим унижением еще предстоит жить. А как в глаза родным смотреть?!.. Нет! Мы хоть и вне писаных этими упырями законов, но у нас, как бы там не было, есть честь!..
− И эта честь стоит слишком многого для нас, сер! – радостно выкрикнул штурман, поднимаясь со своего места, и все матросы дружно отдали честь капитану. – Да и когда у нас еще выпадет шанс, чтобы проучить этих сук и отомстить за «Гемеру»! Прикажите дать им отрицательный ответ!
− Нет! – с улыбкой произнес Сержио. – Мы так сможем выиграть немного времени. Приготовиться всем к маневру! Что у нас с орудиями?
− Все давно уже в полной боевой готовности, сер! – тут же отозвался голос из динамиков. – Готовы пальнуть по первому вашему приказу!
Капитан подошел к Алексею и посмотрел на интерактивную голограмму. Разрыв между кораблями сильно сократился. Оставалось совсем немного времени.
− Пока все продолжает складываться в вашу пользу! – и он положил ему руку на плечо. – Надеюсь, то же самое будет и через несколько минут, когда эти упыри покажут свои клыки!
− Что-то мне подсказывает, что все обойдется, − тихо сказал Алексей с полной уверенностью.
− Ну, если – нет, то примем бой и будем сражаться до конца! – впервые Сержио не светился оптимизмом, но его решимость все также была непоколебима. – Наше время истекло. Приготовиться к атаке по нам! – скомандовал он матросам на мостике.
− Сер, разрыв между нами составляет двадцать минут! – выкрикнул человек, пристально следивший за сближением гибридного корабля корпорации.
− Приступить к маневру! – приказал Мартинес не свойственным ему грубым голосом, вцепившись в оградительные перила.
Все четыре турбины мигом взревели на полную мощность в машинном отделении, бешено вращая тысячами лопастей. «Нереида» резко накренилась влево, резво устремляясь к руинам неизвестного мегаполиса. По громкой связи послышался скрежет, лязг, звон бьющейся посуды и сплошной поток бранной речи – кок с двумя помощниками не успел вовремя зафиксировать всю посуду. Алексей впился в белые подлокотники кресла, стараясь не выскользнуть с прохладных объятий арпатека. Мартинес уверенно держался обеими руками за перила, но только не Сержио, который крепко стоял на своих ногах, скрестив руки на груди и наклонив свой торс настолько, чтобы не упасть. Но не успел корабль до конца выровняться, как раздался сигнал тревоги и мостик озарили вспышки красного цвета.
− Капитан, по нам открыли огонь! Две стандартные торпеды! – заорал штурман, не отрывая глаз от своего интерактивного экрана; через мгновенье на нем появилась траектория и данные: − Менее чем через две с половиной минуты они достигнут цели! Торпеды шумовые, сер!
− Приготовится по моему сигналу выпустить защитные буи! – скомандовал капитан, и все замерли в ожидании.
− Осталась минута до удара!.. Пятьдесят секунд!.. Сорок секунд!.. – все затаили дыхание, − Тридцать секунд!.. Двадцать!..
− Давай! – выпалил капитан, схватившись за оградительные перила.
Через несколько секунд раздался взрыв, и корабль сильно затрясло.
− Все системы в норме, сер! – тут же отчитался матрос, когда ударная волна прошла. – Обе торпеды уничтожены!
− Сколько у нас еще защитных буев? – спросил Мартинес.
− Осталось всего шесть, − печально произнес Сержио, не давая возможности ответить на вопрос матросу. – Когда мы десять лет назад укомплектовывали корабль боеприпасами в НЮА, мы как раз таки и решили сэкономить на защитных буях.
− Твою же мать!.. – выдохнул он. – М-да, с защитой у нас совсем хреново!.. Ничего! Прорвемся, сер! Что-то подсказывает мне мой зад!.. − и мостик тут же взорвался дружным смехом, заставив Мартинеса смутится.
Когда до руин мегаполиса оставалось минут пять, капитан прильнул к голограмме и стал изучать близлежащие небоскребы и строения, вынашивая очередной свой план. А в это время к ним уже мчался третий залп торпед.
− …Двадцать!.. – Алексей крепко схватился за перила, ожидая очередной взрывной волны; корабль снова сильно затрясло; заморгал свет, но сразу же стабилизировался. – Все системы в норме! Осталось два защитных буя, сер! – прокричал матрос, но капитан его не слушал.
− Будем держаться до конца! – рявкнул в ответ Мартинес, временно приняв полное командование кораблем на себя.
− Сбавить немного ход! Надо срочно сократить разрыв до того, как войдем в мегаполис! – приказал Сержио через минуту и, не замечая на себе негодующие взгляды, поспешил к интерактивному иллюминатору. – Вот, видите их! – и он указал на несколько высоких небоскребов, мрачно возвышающихся над руинами, часть из которых были сильно накренены. – Приготовьтесь разом ударить в их основан…
− Очередной залп торпед, сер! – оборвал его штурман.
− Надеюсь, мы успеем войти в мегаполис, прежде чем они еще раз нанесут по нам удар! – в полголоса произнес он Мартинесу, который уже стоял возле него и изучал расположение небоскребов на иллюминаторе.
− Может, уже стоит им ответить хоть как-то?
− Теперь, думаю, можно.
− Ответный удар по противнику двумя реактивными торпедами с маневрирующими боеголовками! – незамедлительно отдал приказ Мартинес.
− …Двадцать!.. – все приготовились к очередной ударной волне.
− Выпустить последние буи! – крикнул капитан, непоколебимо продолжая стоять у трехмерного изображения руин, когда его помощник рванул к ближней панели управления кораблем, чтобы за что-нибудь схватиться.
В то время как «Нереиду» в очередной раз окатило ударной волной, две торпеды явили себя взору гибридного корабля корпорации, стремительно выскользнув из облака бурлящей воды и обломков, оставляя за собой длинный след. Корабль мигом сбавил ход, и им на перехват были выпущены шесть небольших торпед. Глухой хлопок, и реактивные торпеды «Нереиды» рассыпались на части. Теперь вместо двух торпед к гибридному кораблю уже неслись, набирая скорость, восемь боеголовок. Раздалась череда взрывов, и из газово-бурлящего пузыря вырвалась только одна уцелевшая боеголовка, продолжившая свой путь в сторону гибридного корабля противника, в последнее мгновение предпринявшего попытку уйти от неминуемого удара на небольшой скорости. Слишком поздно! Боеголовка скользнула по хорошо укрепленному корпусу, раздался взрыв, и корабль сильно затрясло. Оторванные куски металла, плавно паря, пошли на дно. Только благодаря небольшой глубине, корабль не разорвало на части, и он настойчиво продолжил свою миссию.
Ответный удар не заставил себя долго ждать. Четыре торпеды вырвались на волю, и тут же устремились к своей цели, словно спущенные с цепи голодные псы, увидевшие дичь. Набрав максимальную скорость, «Нереида» успела войти в границы затопленного мегаполиса, но до намеченных небоскребов было еще очень и очень далеко, а торпеды уже висели на самом хвосте…
Корабль резко нырнул вниз, скрежеща днищем по какому-то авеню меж небольших зданий вокруг. И в тот же миг, его скрыли из виду клубы песчаной пыли, а от кильватерной струи в разные стороны стали разлетаться скелеты машин, куски зданий и различный морской мусор, принадлежавший некогда-то человечеству. Три торпеды, идущие бок о бок, также метнулись следом за кораблем. Большая скорость и малые размеры сделали свое – их эллиптическая траектория оказалась гораздо шире, − и, ударившись о твердое дно, две из них тут же взорвались… Через секунду и третья, угодив в перевернутый скелет автобуса… Но оставалась еще четвертая, которая, отстав от своих предшественниц почти на двадцать метров, только слегка скользнула по дну. Вновь набирая стремительно высоту, она пронеслась в метре над только что искореженными останками автобуса, едва виднеющегося в облаке непроглядной пыли и мусора.
− Капитан! – заорал штурман, надрывая связки. − Одна торпеда уцелела! Удар неизбежен! Три…два…один…
Раздался оглушительный взрыв, скрежет металла и истошные крики через громкую связь, заглушившие собой орущий сигнал тревоги. Корабль затрясло с такой силой, что казалось, он вот-вот развалится на кусочки; свет заморгал, грозясь в любой момент и вовсе пропасть, но полная автоматизация корабля сделала свое, и через некоторое время электроподача полностью возобновилась.
− Сер, − раздался теперь охрипший голос штурмана посреди всеобщего смятения на мостике, − вторая турбина полностью вышла из строя! Судя по показаниям датчиков, ее уже не починить! Скорость упала на пятнадцать узлов!
Но капитан его сейчас не слышал, как и не слышал ничего вокруг себя. Его суровый взгляд был прикован к интерактивному иллюминатору, губы едва шевелились под густой луневой бородой, руки слегка дрожали. А в это время его помощник получал информацию о пострадавших с левого отсека машинного отделения.
− Огонь! – заорал он во все свое горло и только потом спросил: − Мартинес, погибшие есть?
− Нет! Но больше десяти раненных, сер.
Алексей все также продолжал сидеть в капитанском кресле, вжавшись в него всем телом и дрожа. Ужас и страх переполняли его. Еще один удар, и они точно пойдут на дно!.. Почему капитан тянет время и не атакует их?!.. Словно прочитав его мысли, Сержио отдал еще один приказ на удар по противнику перед тем, как выпущенные до этого торпеды ударили по основаниям небоскребов своими маневрирующими боеголовками. Здания завибрировали, освобождаясь от десятилетних слоев пыли, и стальные гиганты вновь засверкали теми немногими остатками стекол в слабых лучах солнца.
Удар пришелся точно в цель. Спустя несколько мгновений гиганты начали медленно крениться под своей тяжестью. Стекла разлетелись в дребезги, раздался жуткий лязг и скрежет стали, и двухсотэтажные небоскребы стали заваливаться на бок, стараясь преградить путь «Нереиде».
− Капитан, боюсь, на такой скорости мы не успеем проскочить! − тревожно сообщил штурман, нервничая.
− Надо постараться! Иначе мы не сможем быстро развернуть нашу «ласточку» в таких условиях и нас подобьют. Я в тебя верю, Кианфан! Кто это и сможет сделать, так это только ты! – подбодрил он его, и тот расплылся в довольной улыбке, от чего узкие глаза вовсе исчезли с его круглого лица.
− Будет сделано, шеф!.. – с легким китайским акцентом, полностью воодушевившись, выпалил он. – Капитан, ни одна из боеголовок по кораблю противника не попала!.. По нам ответный удар! Их…их восемь, сер!
− Постарайтесь выпустить максимальное количество стандартных торпед в качестве щита! – отдал приказ Сержио, и вновь окликнул штурмана: − Кианфан, держи корабль максимально близко ко дну! Если надо, пусть даже скребет по нему килем!
− Так точно, сер!
И без того широкие от страха и паники глаза, стали у Алексея еще шире, когда он услышал о том, что им предстояло успеть проскочить под падающими небоскребами, которые реально грозили превратить их теперь в бифштекс из-за выведенной из строя турбины. И это не считая того, что к ним уже несутся очередные ВОСЕМЬ торпед! Торпед, которые также грозят разорвать их корабль на мелкие кусочки…
От нахлынувшего панического ужаса он еще сильнее впился руками в подлокотники, оставляя в арпатеке следы от ногтей. Скулы свело от напряжения. В голову била кровь. Внутри все перевернулось. Ему стало совершенно плевать на то, что он чувствовал безумную боль и страдания раненых не только на «Нереиде», но и на гибридном корабле корпорации. И даже те ощущения от мертвых, безжизненных, все еще теплых, на его борту тел не вызывали у него уже столь огромного отвращения… Его собственная жизнь сейчас висела на волоске! На тоненьком волоске под названием «слепая удача»!..
Накатила ударная волна. Сердце екнуло, сильно сжавшись в груди и причинив резкую боль. И Алексей, стиснув зубы, лихорадочно вонзился в интерактивный голографический экран… На нем, вместо восьми торпед, к кораблю теперь приближались только четыре. Идея щита Сержио сработала. Но, увы, только наполовину!.. Он перевел взгляд на трехмерное изображение мегаполиса на иллюминаторе… Неужели они смогут проскочить?!.. Это же не реально!.. Громадные стальные каркасы зданий угрожающе обрушались вниз перед самым носом корабля готовые вот-вот завалиться всей своей неимоверной массой на дно, раздавив укрепленный корпус корабля, словно какой-то кусок скорлупы…
Раздался жуткий, душераздирающий скрежет стальных конструкций прямо над кораблем. Все КОНЕЦ!.. Но «Нереида» все еще продолжала стремительно рваться вперед… Скрежет! Грохот! Лязг! Все слилось в какофонию стального звука. И первый небоскреб из пяти, крушась, упал на дно, разнося на своем пути небольшие здания в клочья, будто карточные домики, и вздымая вверх вихри песчаной пыли. Верхняя его часть уперлась в едва сохранившиеся останки небоскреба, и он сложился пополам… Алексей замер, побледнел, слившись воедино с капитанским креслом, став совершено подобным ему – белым и…и неживым!.. Легкая дрожь пробежала по всему телу, чувства резко обострились. И он почувствовал, как не только по его телу пробежала дрожь – он затаил дыхание,… − но и как сплошным потоком бегут по кабелям протоны, словно кровеносная система, беспрерывно циркулируя по всему кораблю. Но…не только это!.. Что-то еще!.. Он закрыл глаза. И уже через секунду он не увидел, а скорее, ощутил, как тысячи тонн стали зловеще нависают всего в нескольких десятках метрах над корпусом корабля. Они…они успевают проскочить!.. Он с облегчением выдохнул. И за первым небоскребом, скрежеща, на дно обрушился второй…третий…четвертый…и, наконец, пятый.
Учащенное, тяжелое дыхание стало нормализовываться, и его чувства устремились дальше, гораздо дальше рухнувших стальных каркасов. Алексей ослабил хватку, и капитанское кресло, ощутившее на себе всю ярость его рук, вздохнуло с облегчением, и уже через несколько мгновений арпатек принял прежние свои формы… Несколько испуганных акул живо уплывали прочь, прекратив свои поиски пищи среди развалин. Но он искал не их… А вот и они!..
Четыре торпеды, скользя сквозь воду, неслись дальше вперед, где им путь уже преграждали пять огромных повергнутых исполина. Сработала навигационная система управления. И две торпеды рванули вверх, обходя стальные конструкции небоскребов, и дальше к скрытой в мутной воде цели. Двум другим повезло гораздо меньше: прильнув к самому дну, они нырнули в образовавшуюся брешь между облокотившемся на разрушенный небоскреб каркасом и дном. Вновь среагировала система управления на оказавшуюся на их пути преграду, в виде очередного заваленного небоскреба, и торпеды разом взмыли вверх, но тут же взорвались, врезавшись в стальные перегородки…
Алексей мертво впился в подлокотники кресла в тот самый момент, когда на корабль вновь нахлынула очередная взрывная волна. Не открывая глаз, он продолжал следить за оставшимися торпедами… Словно во сне, раздался где-то крик штурмана, вдалеке отдавал приказы капитан, пошел отсчет до удара, «Нереида» немного приподнялась над авеню и приняла крен, уходя в право, чтобы скрыться из прямой видимости гибридного корабля корпорации за множеством вздымающихся вверх небоскребами… Напрасно!.. Он это теперь понимал и ощущал всем своим нутром на все сто.
Глубоко вдохнув, Алексей стал мысленно проходить по всем механизмам и электронике торпед, ища их более уязвимые места. Много времени не понадобилось, и уже через несколько секунд у него была вся необходимая информация для того, чтобы их остановить. Он расплылся в вопиющей улыбке. Такой решимости и уверенности в своих силах у него еще никогда не было! Спустя короткий миг чип в плате навигационной системы управления у обеих торпед замкнуло от перегрева, и они устремились, хаотично кружа, в разные стороны, пока поочередно не взорвались о здания… Корабль затрясло, и через секунду Алексей ощутил на себе пристальный взгляд ошарашенного до безумия капитана. Он открыл блестевшие от эйфории глаза и поинтересовался:
− Ну что?! Я смог хоть как-то вам помочь? – его голос был невероятно спокойным, что не могло не поразить его; Сержио только кивнул ему в ответ с приоткрытым ртом и отвернулся, так как оставалось кое-что еще, и суета на корабле снова ожила под его командованием.
Вскоре «Нереида» зависла над относительно ровным участком дна, который, по-видимому, был руинами какого-то стадиона. Корабль резко развернулся, насколько это было возможно с тремя работающими турбинами, и стремительно опустился на дно, с грохотом сев на восемь пневматических лап. Песок тут же взвихрился вверх, погружая все вокруг в большое непроглядное облако, из которого наружу вырвался небольшой косяк рыб. Турбины заглушили, а все системы привели в полную боевую готовность, чтобы дать последний и решающий бой противнику.
− Капитан! – шепотом позвал его Алексей. – Можете подойти?
− Да, − совершенно спокойно ответил он ему и подошел.
− Я могу вырубить все их системы и, если понадобиться, даже полностью остановить их корабль, чтобы никто больше не пострадал, − едва слышно произнес он.
− А что вы шепчетесь? – спросил Сержио, приподняв бровь.
− Сер, они нас больше не видят! – громко сообщил Кианфан, прервав их диалог, и тут же добавил: − Они сильно сбавили ход. Походу догадались, что мы где-то притаились.
− Это хорошо! Ждите моей команды! – приказал капитан, и вернулся к разговору с Алексеем: − Вы можете спокойно говорить, хоть даже кричать здесь – корабль полностью звукоизолирован.
− Тогда почему были слышны взрывы торпед, падающие небоскребы? – непонимающе спросил Алексей.
− Все очень просто! Принцип такой же, как и у вашей двери на каюте – кругом все напичкано датчиками.
Сержио уже собирался отойти, как остановился и добавил:
− Если до того, как корабль появится в поле зрения, вы его не остановите, то жертв будет не избежать. Дерзайте! – слегка улыбнувшись, бросил он ему и отправился вниз к пункту управления, где его уже ждал Мартинес, не сводящий взгляда с интерактивного иллюминатора.
Значит, капитан еще сомневается в его появившихся способностях. Ну, ничего – все еще впереди! И Алексей, свернув перед собой голографический экран, сел поудобнее в кресле…
Укрывшись среди десятков тленных небоскребов и сотен таких же высотных зданий, «Нереида» безмятежно лежала на морском дне стадиона, когда корабль корпорации медленно шел в режиме подкрадывания над пятью свежерастерзанными каркасами небоскребов. Но проблема была не только у них, из-за большого количества металла вокруг, столь чувствительные поисковые приборы неучтенного корабля также оказались почти бессильны, поэтому все уставились в иллюминатор, видимости которого хватало лишь на метров восемьсот-девятьсот.
Ему не пришлось долго искать свою цель, так как, благодаря хорошей проводниковой способности воды, через пару секунд Алексей уже отчетливо знал, где находится корабль и что происходит внутри него… Царила паника, напряжение на борту было на пределе, корабль был в полной боевой готовности, но только нигде не было видно врага… Да и к тому же их кораблю повезло меньше, чем «Нереиде»: в правом борту зияла приличная пробоина, часть трюмов затопило, а проводка то и дело искрила, грозя вот-вот замкнуть, − но они не отступали!
«Зря!» − подумал он, оценивая свои новые возможности на столь большом расстоянии. – «Если я не смогу сейчас вас остановить, то это уже сделают несколько торпед. И тогда смертей будет точно не избежать», − Алексей сделал глубокий вдох и закрыл глаза, так как теперь предстояло попытаться осуществить невозможное.
Он полностью сосредоточился на корабле, абстрагировавшись ото всего вокруг, и постарался, пока для проверки, мысленно ударить по нему небольшой волной. Только он еще совершенно не знал способностей своей приобретенной силы и ее мощи…
По гибридному кораблю корпорации молниеносно ударила целенаправленная волна и сразу же затухла. Только она ударила с такой силой, что корабль тут же кинуло в сторону, а пробоина заметно увеличилась в размерах; наружу вырвались струйки пузырей. Корабль попытался уйти от столкновения с близко расположенным небоскребом, но не успел. С грохотом ударившись о стальной каркас, он треснул по палам, воздух хлынул вверх, и теперь давление сделало свое – корпус разорвало пополам…
Жуткие вопли людей разом заполонили его голову… Кому-то оторвало конечность… кому-то – голову… кого-то и вовсе разорвало на куски… кого-то проткнуло насквозь рваным куском торчащего металла… кого-то раздавило давлением воды… кто-то, в страшной панике, безуспешно глотал ртом воздух, захлебываясь от быстро прибывающей воды… Алексей в ужасе открыл свои глаза, став белее снега. Все его тело безумно тряслось, по щеке потекла слеза. Всего секунда – одна секунда, а сколько в ней было боли и страданий, пропитавшие его всего насквозь…

Прошло трое суток с того самого злосчастного дня, а Алексей до сих пор слышал отголоски погибших матросов и ощущал ту неимоверную боль, которую им пришлось испытать за секунды до своей смерти. И не было ничего, что помогло бы заглушить это. Даже спиртное оказалось в этом случае абсолютно бездейственным. Поэтому, по ночам, он не раз подскакивал в кровати весь в холодном поту, тяжело дыша. У него уже не осталось надежды, чтобы когда-нибудь по-нормальному выспаться. Его организм был сильно истощен и измотан. Так что, когда после легкого завтрака он поднялся на мостик и комфортно устроился в капитанском кресле, его сразу же вырубило.
Про практику со своими магическими способностями ему также пришлось позабыть, как и про здоровый сон. Страх перед тем, что он ненароком может разнести в щепки целый корабль, держал его в жестких рукавицах. А ему, как раз таки, сейчас не хватало крови на руках еще полсотни людей, которые и так его избегали, словно адского огня. Единственные два человека на борту, кто поддерживал с ним контакт, были капитан и его помощник. Со стороны Сержио никаких изменений в отношении к нему не было, будто бы и вовсе ничего плохого не произошло, что сильно удивило Алексея. А вот с Мартинесом – совершенно другая история.
Ранним утром следующего дня, когда «Нереида» поднялась на поверхность в предрассветный час перед начинающимся штормом, чтобы скоординировать инерциальную систему наведения, Алексей, прострадав всю первую ночь от жуткой бессонницы, как и прежде, стоял на полубаке. К нему, терзаемый приступом благодарности, подошел Мартинес, который, смирившийся с неизбежностью, считал, что теперь обязан ему своей жизнью, как и капитану. Через полчаса общения и отпущенных нескольких шуток, он подуспокоился, став менее лихорадочно реагировать на присутствие рядом Алексея. А к вечеру и вовсе пригласил его по-дружески присоединиться к нему на мостике, где, как оказалось потом, его ждал сюрприз. Мартинес собирался сдержать свое слово, данное им почти три недели назад.
Долго ждать не пришлось. И с последними лучами заходящего солнца на дно опустилась группа каких-то гигантских существ в нескольких километрах от корабля. Видимость на такой глубине была достаточной, и Кианфан, исполняя приказ помощника капитана, направил «Нереиду» в их сторону. Спустя час они смогли нагнать совершенно бесстрашных существ, которые то и дело кружили вокруг корабля, изучая перед собой странное холодное животное. Но для людей внутри необычными были, все-таки, они. Это были не просто киты, которых Алексею приходилось видеть по СМИ, а что ни на есть – мутировавшие. И в какую сторону, трудно было сказать… При обычной длине тела они выглядели совершенно по-другому: как и у их доисторических собратьев, их челюсть была увенчана множеством огромных зубов; по мимо пары видоизменных конечностей, у них появилась, чуть позади ласт, и пара мощных дополнительных плавников, которая помогала им развить еще большую скорость; челюсть также претерпела легкую деформацию, придав им не только больше обтекаемости и зловещего вида, но и облегчило им поимку жертв. Поэтому, столь привычные для глаз Алексея, киты оказались на грани полного вымирания из-за их современных свирепых мутантов, как и многие другие крупные виды морских существ. Они потом с Мартинесом и капитаном еще долго их обсуждали за ужином.
Оказалось, сюрпризы Мартинеса на этом не закончились. С первыми лучами солнца следующего дня он вновь затащил Алексея на мостик после того, как штурман сообщил ему об одиночном, блуждающем вдоль дна, «биологическом объекте», как тот любил их называть. И Кианфан был абсолютно прав – это был реально уникальный «БИОЛОГИЧЕСКИЙ ОБЪЕКТ». Размерами эта акула ничуть не уступала вчерашним китам-мутантам, и ее длина достигала почти тридцати метровой длины (почти в пять раз, превосходя своих современниц), только вид был куда свирепее. И эта машина смерти даже не обратила никакого внимания на преследовавший ее корабль, она просто-напросто продолжала куда-то размеренно плыть. Как объяснил Мартинес, мутация на них произвела совсем другой эффект, нежели на китов. Вместо появления у них чего-то нового и необычного, у этих акул внезапно пробудились дремавшие доисторические гены. И теперь, исчезнувшие миллионы лет назад твари, вновь появились на планете вопреки законам матушки-природы. Они еще какое-то время следовали за ней, а затем вернули корабль на прежний курс.
Вот и сейчас, когда Алексей проспал только минут десять, он ясно увидел во время сна, словно в его голове один сигнал стал усиленно забивать другой, что к нему в очередной раз летит с машинного отделения Мартинес. Он неохотно открыл красные глаза и потянулся, а в этот момент на мостик вбежал радостный помощник капитана, и прямиком к нему.
− Алексей! Алексей, вы это по-любому должны увидеть! – выпалил он, делая вид, что не замечает его изнеможенного состояния. – Не пожалеете!
− Вы про те странные огромные штуки? На поверхности? – вяло спросил он, встав с кресла, перебарывая себя, и вновь потянулся.
− Именно! – ликующе подтвердил Мартинес, не обращая уже никакого внимания на его большие странности.
Они спустились к иллюминатору, который находился в стандартном прозрачном режиме. Глубина была небольшой, поэтому можно было с легкостью рассмотреть объекты, десятками дрейфующие на поверхности неподалеку от южного побережья нового острова, входящего в состав НСА и являющегося, по своей сути, ее молодым штатом. Их размеры, как и сами формы, сильно отличались. Некоторые из них были всего двести метров длиной, тогда как другие могли достигать нескольких километров. Некоторые просто, как блюдца, плавали на поверхности, другие же не только взмывали вверх жилыми башнями до облаков, но и уходили под воду почти на триста метров. Одни действительно походили на плавучие города-острова, другие же были мобильны и больше напоминали собой огромный корабль, нежели город. Одни имели форму идеального круга, тогда как другие имели в своей основе более замысловатые формы и структуру.
− Это оазисы для очень богатеньких людишек – миллионеров! – заявил улыбчивый Мартинес без нотки зависти в его голосе. – Все они кружат вокруг одного острова и дальше, чем на треть мили, от него не отплывают. Боятся! – он не сдержался, прыснул, и, когда успокоился, продолжил: − А здесь они находятся под бдительным оком корпорации…
− И много их? – полюбопытствовал Алексей.
− Больше сотни. Это точно! Просто большая их часть представляет собой не плавучий город, а – плавучую виллу для ОООЧЕНЬ богатеньких снобов. Вот, смотрите! – и он, при помощи ближайшей панели управления кораблем, запечатлел изображение на интерактивном иллюминаторе и максимально приблизил один из небольших плавучих островов. – Видите, очень маленький пирс, и рассчитан он всего на одну яхту. И поверьте, кроме одной двух-трех этажной виллы посреди зелени, там никаких домов больше нет.
− М-да, живут же люди!
− Люди?! – усмехнулся Мартинес. – Кто бы говорил!.. Вы, молодой человек, если б не умудрились попасть в черный список «Новой Эры», и с умом продали б свою подвеску, смогли бы позволить себе купить ТРИ таких острова! Еще б и на яхту осталось.
− Это точно!− и они дружно засмеялись, обратив на себя внимание всех присутствующих на мостике.
− Ну, как у вас там все утрясется, может, и купите себе один! – благодушно съязвил он, понимая, что, даже если Алексею удастся выпутаться из этой ситуации, он все равно останется врагом номер один для корпорации.
− Думаю, что, если сумею выбраться из этой ситуации живым, мне тогда уж точно не придется никогда от них прятаться. Но вот, про покупку себе целого острова, я уж точно могу забыть! Очень жалко будет, если они его взорвут! – они вновь разразились смехом; благодаря Мартинесу он, в очередной раз, смог немного отвлечься и снова вернуться к «обыденным» своим проблемам.

Как всегда, Ник горбатился за компьютером и вовсю пыхтел над последними данными, полученными с ГКН-НП перед тем, как с тем пропала всякая связь. Его останки хоть и нашли уже через сутки, только это еще больше запутало специалистов не только СПРУ, но и СИЛ. Вроде бы не слишком много информации, хотя столько в ней противоречий. Настало второе сентября, а они так и не нашли ни одного разумного объяснения случившемуся с гибридным кораблем двадцать пятого августа. Оно бы ничего, только руководство начало уже давить сверху!
По тем данным, которые поступили Нику на компьютер, рядом с ГКН-НП взорвалась маломощная тактическая ядерная торпеда, чья мощность не превышала и одной килотонны, если судить по показаниям приборов, зафиксировавших силу ударной волны в момент ее столкновения с кораблем. По другим данным, полученным уже при осмотре места крушения, это никак не мог быть взрыв такой мощности, ведь все здания вокруг оказались абсолютно не тронутыми, даже на некоторых стеклах не было видно и трещинки, будто их специально заменили перед их приходом. К тому же, два спутника, беспрерывно следившие за происходящим, также не зафиксировали в этом районе никакого излучения, которое говорило бы о взрывной активности, тем более такой мощности, в момент гибели корабля. Ничего! Будто бы он сам, взял, разорвался пополам и затонул.
− Что же там, все-таки, произошло?! – вполголоса спросил он сам себя, так как ни одного из его помощников рядом не было.
Предоставить руководству данные о том, что ГКН-НП был потоплен тактической ядерной торпедой, он тоже не может. Это, скорее всего, вмиг развяжет войну с контрабандистами. И, не дай бог, они воспользуются баллистическими ракетами! Что же делать?!..
− Ваш кофе, сер, и гамбургер! – шепотом произнес офицер полиции, ставя поднос на стол, и ретировался; на часах первый час дня, а он еще даже не завтракал.
Это хорошо! А то на пустой желудок и думать труднее… Гамбургер завис у приоткрытого рта. СТОЯТЬ!.. И тот вновь вернулся на тарелку, нетронутым. Ник открыл калькулятор на интерактивном экране своего монитора, сделал глоток еще теплого кофе и стал производить какие-то расчеты. Пока он подбивал данные, с обеда вернулись два его помощника-амбала, с грохотом приземлившиеся в кресла, и яростно стали стучать по сенсорным клавиатурам. Даже, казавшиеся теперь через-чур яркими, вспышки от нажатых интерактивных клавиш бирюзового цвета сильно его раздражали в полумраке комнаты. Ник стиснул зубы и постарался сделать вид, что ничего не замечает…Черт возьми, как же это сейчас бесит!..
− Хватит! – рявкнул он на них, не выдержав. – Вы можете хоть пять минут посидеть в тишине?!
− Да, шеф! – выдохнули они, затаившись.
Ник продолжил что-то подсчитывать дальше. А его лицо, с каждой минутой, становилось все мрачнее и мрачнее. Закончив подсчеты, он с суровым, задумчивым видом откинулся в кресле.
Почему же этот гребанный корабль так до сих пор не засекли?!.. Прошло уже восемь дней, а, по его только что произведенным расчетам, он должен был оказать там, максимум, еще позавчера. Он, ради этого, даже переправил к берегам оппозиционной НЮА половину кораблей, субмарин и авиации, которые были предназначены, в первую очередь, для обороны НСА. Ни на кого нельзя положиться в этом мире!
− Быстро сворачивайте здесь все, и срочно вылетаем в Новую Южную Америку! – приказал он, наспех допил свой остывший кофе и отправился в кабинет, который специально выделило полицейское управление Юго-Западного района ему для проживания, где ему опять предстояло упаковывать свои вещи; гамбургер, чудом избежавший плачевной участи, так и остался лежать на столе целым и невредимым.

Еще за сутки до подхода к намеченной Алексеем точке высадки, капитан приказал сбавить ход, чтобы не маячить перед спутниками средь бела дня. Поэтому, когда «Нереида» вошла в пролив между островами возле северного побережья НСА, солнце практически уже скрылось за горизонт. Оставалось прождать всего пару часов, и можно было приступать к намеченному заранее плану, а пока корабль смирно лежал на дне совсем рядом от побережья.
− А вы, все-таки, оказались правы!.. И, к тому же, чертовски удачливым! – улыбаясь, восхитился Алексеем Сержио, сидящим в его кресле. – Кто же знал, что эти олухи снимут половину своей обороны и перенаправят ее в НЮА?! Я, конечно же, был в шоке, получив от нескольких кораблей сообщения о том, что корпорация максимально обложила там подступы к южному материку и ослабила свою собственную оборону. Что там за кретин решил, что мы направляемся к оппозиционерам в НЮА, не знаю?!.. Но он этим оказал нам огромнейшую услугу! – они рассмеялись, хоть и понимали, что для празднования победа пока еще слишком рано.
− Да эти упыри слишком переоценили свое превосходство и абсолютно не допустили того, что нашей целью, как раз таки, может быть их собственный материк! – восторженно заявил Мартинес во все тридцать два зуба.
− Жаль только, что циклон прошел! – тихо произнес Алексей. – А то бы нас тогда вообще не заметили – так бы там и плавали еще несколько дней…
− Лишь бы никакой корабль не оказался поблизости, когда всплывем! – встревожился Сержио.
− Это точно! – согласился с ним Мартинес.
− За это можете вообще не переживать! Когда всплывем, то ближайший корабль, к тому моменту, будет от нас почти в двух часах пути – еще успеете спокойно уйти, − постарался их успокоить Алексей. – А ждать до завтрашнего вечера, когда небо вновь затянет грозовыми тучами, нельзя! Так как уже завтра к вечеру, тут неподалеку, встанут два корабля, и простоят они почти два дня… Что будет потом, не знаю?.. У меня пока еще не столь развита способность – видеть будущее. Могу увидеть что-нибудь, но только на два-три дня вперед… и то эта способность проявляется крайне редко.
− Так вы теперь еще и ясновидящий?! – помощник капитана явно был этому поражен, но все равно не удержался, чтобы не сыронизировать: − Сержио, представляешь, он «типа» будущее знает, а нам об этом даже не соизволил сообщить! Тут же вкалываешь себе и вкалываешь ради него, а он – на тебе! Даже не собирается мне сказать: разбогатею я или нет!
− А зачем?! Ваш чувствительный зад, сер, и так все прекрасно знает! – колко подметил Алексей, и они разразились смехом.
− Теперь мне действительно будет вас не хватать на нашем корабле! – разочарованный Мартинес протянул ему руку: − Было очень приятно с вами познакомиться! Надеюсь, еще встретимся!
− Кто знает!.. Может быть?! – и пожал ему руку. – Может, разберусь со всем этим дерьмом и устроюсь к вам на корабль…помощником капитана, например!
− Что ж, Мартинес, тебе тогда придется здесь подвинуться! – с совершенно серьезным видом сообщил Сержио, а через секунду он уже широко улыбался.
− Вам тогда тоже, сер! Смотрите, как Алексей облюбовал ваше капитанское кресло!
Они вновь дружно рассмеялись, не заметив, как к ним поднялся Кианфан, который пришел сообщить, все еще боязливо сторонясь Алексея, что пора всплывать, и для спутников им, по-любому, не остаться незамеченными.
Через пять минут, не спеша, «Нереида», вздымая бурлящую воду, показалась на поверхности. Раздался легкий скрежет, и герметично закрытые люки открылись, впуская внутрь свежий морской воздух. Жизнь на борту вновь закипела.
Пока Сержио и Мартинес, в очередной раз, прощались с Алексеем, матросы живо спустили небольшую моторную лодку на воду, которой предстояло совершить последний в ее жизни путь длиною в полкилометра, после чего она будет брошена на произвол судьбы. Они снова стали обмениваться крепкими рукопожатиями возле трапа, когда в переговорном устройстве капитана раздался голос штурмана.
− Нас только что засек спутник, так что, нам пора закругляться! – передал он слова Кианфана и еще раз, напоследок, сжал в своих крепких руках руку Алексея: − Удачи вам! Надеюсь, свидимся!
Алексей кивнул ему в ответ, затем аккуратно спустился в лодку, которая, предусмотрительно, уже мерно гудела, и направил ее в сторону берега. Слева, на востоке, виднелись многочисленные огни Ванкувера. Он мельком кинул взгляд назад, чтобы в последний раз проводить «Нереиду», но та уже спешно скрылась из виду. Ему вновь пришлось уставиться перед собой, так как посреди тихой морской глади, то тут, то там, поднимались из глубины, возносясь высоко вверх, мрачные остовы небоскребов.
Полчаса маневрирований по воде, легкий прибой, и его ноги вновь ступили на твердую поверхность. И это спустя почти месяц непрерывного плавания под водой. Как же он был рад снова ощутить под своими ногами землю!.. Пусть даже и в виде песка! Только радость эта была не долгой.
Алексей поднял голову к звездному небу и посмотрел на невидимую там точку, злорадно улыбнулся, показав средний палец, и поспешил укрыться среди развалин покинутого людьми мегаполиса. С трудом перебирая ногами по мокрому вязкому песку, он стремглав бежал по улицам, стараясь скрываться от спутника за зданиями. Едва он почувствовал, что тот его потерял, как тут же нырнул в разбитое окно верхнего этажа одного из зданий. Проскользив вниз по горе песка на спине, он очутился в просторном помещении, окутанном мраком. Когда же его глаза привыкли к темноте, и Алексей смог хоть что-то разглядеть в темноте, то оказалось, что он попал в большой торговый центр, в который, видимо, никто не наведывался еще со времен смены полюсов. Вещи были не тронуты, а их накрывал, словно одело, толстый слой песка. Странно, что сюда не наведывались плутающие! Ведь для них это здание – золотая жила. А теперь все эти вещи превратились за многие годы в простой хлам…
Но нельзя терять ни минуты! Он достал планшет Джеймса, нажал на кнопку включения и стал ждать.

− Сер, меньше, чем через полчаса, мы приземлимся в главном аэропорту колонии «Новая Южная Америка», − сообщил Нику капитан джета лично.
− Спасибо! – поблагодарил тот его, не отрывая головы от голографического изображения своего ноутбука; два же его помощника завороженно любовались видом заката в иллюминатор и надвигающимся, с северо-запада, грозовым фронтом, окрашенного лучами уходящего за горизонт солнца в пурпурные тона.
Прозвучал приятный мелодичный звук, и он посмотрел на свой мерцающий браслет. По мелодии звонка Ник знал, что звонили с центрального офиса его управления. Нисколько не желая на него отвечать – у него в последнее время и так было очень много бюрократической работы, − он все же принял настойчиво донимающий звонок.
− Да! – раздраженно рявкнул он в микрофон, и уже через минуту резко поменялся в лице: − Что он сделал?!.. Когда?!.. Твою мать! Скоро будем!
Не успел он еще прервать связь с офисом, как стремглав бросился к кабине пилотов, разбрасываясь по пути бранными словами и слегка прихрамывая после предсмертного подарка в правую ногу от его дорого друга. Оставив нараспашку дверь, он влетел внутрь, где через ветровое стекло уже виднелись вдали огни аэропорта.
− Бы… − закашлялся он, − быстро разворачивайте самолет! Теперь летим в НСА! Это срочно!
− Сер, − произнес капитан джета (его голос излучал совершенное спокойствие), − мы не можем! У нас горючего не хватит и на половину пути. Нам, по-любому, придется совершить здесь посадку. Хотите вы этого или нет!
Ник с яростью стукнул кулаком по перегородке, чертыхаясь во все свое горло…
− Тогда сажайте свое долбанное корыто, быстро его заправляйте, и через час, чтобы мы уже летели в НСА! Поняли?! – гаркнул он им, когда немного успокоился.
− Так точно, сер!
Теперь уже абсолютно не спеша, в приступе полного гнева, он брел обратно на свое место, ловя на себе недоумевающие взгляды его помощников, один из которых хотел было что-то спросить, но тут же передумал.

© Copyright: Андрей Маняхин. Дата опубликования: 22.01.2017.

 
 

Оценка читателей

Добавить комментарийДобавить комментарий
Международная Федерация Русскоязычных Писателей - International Federation of Russian-speaking Writers
осталось 2000 символов
Ваш комментарий:

Благодарим за Ваше участие!
Благодарим Вас!

Ваш комментарий добавлен.
Для опубликования комментария, введите, пожалуйста, пароль. Если у Вас его пока нет - Зарегистрируйтесь 

Для опубликования комментария, введите, пожалуйста, пароль. E-mail: Забыли пароль?
Пароль:
Проверяем пароль

Пожалуйста подождите...
Регистрация

Ваше имя:     Фамилия:

Ваш e-mail:  [ В комментариях не отображается ]


Пожалуйста, выберите пароль:

Подтвердите пароль:




Регистрация состоялась!

Для ее подтверждения и активации, пожалуйста, введите код подтверждения, уже отправленный на ваш е-mail:


© Interpressfact, МФРП-IFRW 2007. Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП) - International Federation of Russian-speaking Writers (IFRW).