Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП)

 - 

International Federation of Russian-speaking Writers (IFRW)

Registration No 6034676. London. Budapest
МФРП / IFRW - Международная Федерация Русскоязычных ПисателейМеждународная Федерация Русскоязычных Писателей


Сегодня: 25 ноября 2017.:
Айжан Аскарова

Мужчина всей моей жизни

Мужчина всей моей жизни Пролог.
Я сидела, ошарашенная всем, что я узнала. Руки тряслись, сжимая это письмо. То, что произошло со мной я до сих пор не могла осознать. Слезы градом хлынули. Я не понимала, как такое может быть сотворено с человеком. Но это произошло и это сделал он. Боже мой! Мои руки уронили все бумаги на пол.
- Айсулу, с Вами все хорошо? – услышала я голос.
- Да… да… да… Боже мой! – и тут я впала в истерику.





Часть 1: парень всей моей юности.





Глава 1: Из князей в грязи.
-Папа! Папочка! Ты куда? Папа! Пап! – я бегала за папой и ничего не понимала. Отец судорожно собирал свои вещи. Мама стояла в углу и вытирала красные от слез глаза.
- Доченька, Айсулуша, прости меня, и помни ты дитя большой любви, - с этими словами отец застегнул чемодан и уверенным шагом вышел из нашей квартиры и из нашей жизни.
- Асылжан! – закричала мама и тут же прикрыла рот руками.

Я проснулась на полчаса раньше, чем нужно. И валялась просто в кровати, разглядывая обшарпанный потолок. Там прям в углу на потолке паучок свил паутину и поймал туда муху, и теперь ее кукла безвольно тряслась в паутине. Я все никак не могла решиться убрать эту идиотскую паутину, мешал страх перед пауком. Я встала и поплелась на кухню. На завтрак хлеб с маслом, в холодильнике обед из макарон и моркови и хлеб с медом на ужин. Да, негусто. Я позавтракала, помылась, и пошла одеваться. Натянула старые черные брюки, которые заносила за последние два года, сверху нацепила ужасный немодный, некрасивый и дешевый свитер, взяла свой рюкзак, который таскала уже второй год, и поплелась в коридор. Я посмотрела в зеркало на шкафу. Волосам не помешала бы модная стрижка, грудь слишком большая, этот огромный рот не спрячешь за помадой, которой нет, глаза огромные, ничем не украсишь, кроме старого карандаша, я намазала две черточки над глазами, обулась в ужасные ботинки и тихо вышла из квартиры. Я плелась в школу и мрачно думала обо всем. Какие времена были, когда мы жили с отцом! У нас был свой Линкольн, папа приносил гамбургеры и ананасы с работы, у меня была куча детской одежды, я была абсолютно счастлива, и мы даже съездили в Москву, прогулялись по Красной площади, зашли в мавзолей и посетили Макдональдс. Эти времена испарились, когда отец ушел из нашей жизни, просто собрал чемодан, просто вышел из квартиры и просто навсегда исчез из моей и маминой жизни. Я его никогда больше не видела. А к нам стремительно ворвалась бедность. Когда я спрашивала про папу, мама только отводила глаза, к нам приходили какие-то люди и искали его, мама всем говорила, что он от нас ушел. Так время пролетело до одиннадцатого класса, вернее до его середины. Единственным моим увлечением были танцы, я была самоучка и выучила все танцы, смотря фильмы, кассеты и клипы. Вторым моим увлечением были книги. Которые я глотала одну за другой, моей главной страстью была русская классика, да и вообще классика в общем. Училась я на отлично. А в классе у меня была лучшая подружка Снежана, с которой мы проводили все время в школе, так как она жила далеко и приезжала в школу на автобусе. Я бывала у нее дома на каникулах, и мы очень веселились там вместе. Но мы никуда не ходили, у Снежаны были очень строгие родители, а у мамы моей не было денег. Так проходили мои дни.
Как-то в феврале мамин брат сказал моей маме, что хочет оплатить мою учебу в университете и подготовительные курсы, мама с радостью согласилась и уже в марте я отправилась на курсы подготовки к поступлению в университет. Я пошла недалеко от дома в IBS. Этот университет открыли недавно и про него шла хорошая реклама по радио.
Когда я вошла в аудиторию, я увидела кучку школьников таких же, как я, разбросанных по разным партам. Я села за заднюю парту и тут увидела, как один прыщавый парень повернулся ко мне и в упор смотрит на меня. Мне стало не по себе, и я отвернулась. Уже позже, я познакомилась с ним и его сестрой, с которой они вместе ходили на курсы, его звали Санжар, а его сестру Айгерим. С сестрой его мы очень подружились, а на Санжара я толком не обращала внимания.
В конце концов курсы подготовки закончились, мы все поступили в этот университет, я прибежала домой и обрадовала маму.
… А в это время грустный Санжар плелся в автобусе через весь город к себе домой, после окончания курсов.
-Айгера, это любовь с первого взгляда, - молвил он.
-Ну что ты! – засмеялась Айгера, - У тебя еще все впереди.
-Если это судьба мы еще встретимся, - молвил снова он.



Наконец обучение в школе начало подходить к своему логическому завершению. Я перед экзаменами ночь не спала, заучивая все на свете и перепроверяла свои знания. В конце концов, я сдала все экзамены на отлично. Счастливая я прибежала домой. И, вечером, мама, придя с работы, со слезами на глазах обняла меня.
На выпускной мы шили платье у маминой знакомой. Мы через весь город ехали к ней в ателье. Когда зашли, она повела меня за ширму и дала платье, я начала снимать с себя все и вдруг увидела, что за мной кто-то подсматривает в окне. Я с ужасом прикрылась платьем и тут же голова в окне исчезла. Ничего не понимая, я одела платье, и вышла к маме. Я вышла на улицу, и ждала пока мама завершит со своей подругой и тоже выйдет. Прямо на улице сидел возле входа Санжар с курсов.
- Привет! – сказал он.
Я его даже не узнала и отвернулась, подумав, что это просто какой-то наглый хам.
- Сука! – услышала я и тут же с ужасом обратно забежала в ателье к маме.
Когда мы вышли его уже не было.
Выпускной у нас прошел хорошо. А потом я поступила в КазНУ на факультет финансов на грант. Снежана поступила в институт в Америке и уже в июле укатила туда. Я осталась совсем одна.
В августе мы с мамой сидели и пили чай вечером. Как вдруг нам в дверь позвонили.
Мама побежала открывать дверь.
- Ускеменова Жаннат? – спросил незнакомый мужчина в костюме.
- Да это я, - мама была немного поражена.
- Я нотариус Вашего покойного мужа, он умер и оставил Вам состояние в наследство.





Глава 2: из грязи обратно в князи.
Как оказалось, наш отец влез в крупные долги и бросился в бега, скрыв весь свой капитал. Его где только не носило и в России, и в Узбекистане, и в Кыргызстане, наконец он подхватил воспаление легких и умер год назад в Актюбинске. И только спустя год, по условиям его завещания, нас с мамой нашел его нотариус. И объявил, что весь остаток его капитала достался нам с матерью.
Мама открыла свою маленькую фирму, мы перебрались в коттедж в элитном районе города, мама накупила кучу одежды, взяла себе маленькую машину и у нас еще осталось куча денег на счету.
В первый день в университете мне понравилось все. И все одногрупники и весь университет. Я была полностью счастлива и поспешила знакомиться со всеми. На меня в упор смотрел какой-то прыщавый парень, я даже не обращала на него никакого внимания. Наконец, он не выдержал, и подошел ко мне.
- Айсулу? Привет! – молвил он.
- Привет! – я улыбнулась, - Мы знакомы?
- Я Санжар, помнишь с курсов подготовки IBS? – спросил он.
- Боже мой! То-то я думаю, что лицо знакомо! Привет! Как дела? – спросила я.
-Хорошо, - сказал он и засмущался, но тут мое внимание привлек кто-то другой, и я убежала.
Мы проучились один месяц, когда пришло время посвящения в студенты. Я одела красное платье, накрасилась и отправилась на тусовку.
Когда я вошла в глазах рябило от света, дыма и пестрых нарядов. Все вырядились кто как мог на посвящение. Тут же ко мне подскочил Санжар.
- Айсулу привет! Выпьем? – прокричал он.
- Нет Санжар, спасибо – поморщилась я, снова увидев его прыщики, - Извини мне надо к девчонкам, - с этими словами я убежала от него.
Мы пили, гуляли, танцевали и я даже не замечала, как Санжар грустными глазами смотрел на меня. Ночью я завалилась к себе в дом, скинула обувь и уснула на диване.
Утром меня разбудила мама.
- Хорошо погуляла? – иронически спросила она меня.
- Ой мама, не спрашивай, - я заулыбалась.
До нового года я все реже стала ходить в универ и в итоге всю сессию мне пришлось разводить. Новый год однокурсники решили встретить вместе, и я с радостью к ним присоединилась. Я одела красивое фиолетовое платье из пайеток, взяла виски и отправилась туда.
После нового года в дверь позвонили, я побежала ее открывать и увидела Санжара.
- Привет! – пропела я.
- Привет! – сказал он и сунул магнитофон мне в руки, - Отнеси ребятам пожалуйста.
Я взяла магнитофон и понесла его в комнату. Мы пили и веселились, когда моя подруга Асема потащила меня на улицу.
- Пойдем, я познакомлю тебя со своим парнем, - загадочно сказала она и мы убежали.
Через час мы вернулись, я была в полном разочаровании от ее парня, Асема была воодушевлена, что повидалась с ним. На улице мы увидели Санжика.
- Санжик, тебе плохо? – участливо спросила Асема.
- Все хорошо, идите девчонки, - молвил он.
- Напился опять, - сказала Асема, когда мы поднимались.
- Из-за чего? - спросила я.
- Не знаю, - Асема повела плечами.
Мы зашли в квартиру, все танцевали, мы забрались с Асемой на диван и стали прыгать, тут в квартиру зашел Санжик и начал смотреть на меня грустными глазами. Я отвела глаза. Потом мы пили, и я сама не помню, как очутилась в комнате на кровати. Вдруг рядом кто-то упал. Я испугалась, вскочила и узнала Санжика, я выбралась из кровати и побрела в комнату где спали все. Было свободным только кресло, и я устроилась на нем. Утром я быстро убежала, а мои одногрупники все еще пили.
Прошло еще полгода. За эти полгода я вообще перестала ходить на учебу, вместо этого постоянно проводила время на тусовках одной группы танцоров, с которыми познакомилась еще зимой. В конце концов меня вычислили из университета. И я шла с этой бумажкой по КазНУ и натолкнулась на Санжика.
- Айсулушка привет! Ты что не на экзаменах? – весело спросил он.
- А, Санжик, я ухожу, меня отчислили. Ладно, давай, мне еще в деканат зайти надо, - сказала я.
Санжар долго смотрел мне вслед грустными глазами, полными отчаяния.
Дома мама закатила мне скандал. А в августе, я поступила в хореографический и теперь тусовки с танцорами я выставляла за профессиональный интерес.
Глава третья: моя настоящая первая любовь.
Прошло два года, за это время я научилась профессионально танцевать и… не вылезала с тусовок танцоров. На тусовках были звезды шоу бизнеса, мои танцоры, в общем секс, наркотики и рок-н-ролл. Только секса у меня не было. Я решила, что свою девственность я потеряю с известным певцом. Но вот только он никак на меня не обращал внимания и появлялся на тусовках очень редко, а я измучилась от безответной любви. Мы даже двумя словами толком с ним не перекинулись, но для меня это была любовь с первого взгляда. За мной на тусовках все время приударял сын очень известного политика Алибек, но я на него не обращала никакого внимания. Но каждую тусовку этот парень не унимался, а я играючи избегала его.
Все закончилось быстро. Меня пригласили на закрытую вечеринку и в самом разгаре грянула милиция. Меня, уже минут как двадцать везли в машине в отделение. А я все судорожно думала, что скажу маме.
Через час мы вышли с мамой из участка, сели в мамину машину и поехали домой. Мама молчала всю дорогу, пару раз я к ней обратилась, но она ничего мне не ответила. Наконец мы приехали домой.
С порога мама стала кричать на меня:
-Ах ты сволочь! Умбаган! Сколько это будет продолжаться! Сколько можно издеваться над матерью! Где твои мозги! Хореографический значит! Тусовки с профессиональным интересом значит! Ах ты сволочь! – кричала мама.
- Мам, - робко сказала я.
- Замолчи! Все! Хватит с меня! ХВАТИТ С МЕНЯ! Ах ты сволочь. Завтра же забираю документы с хореографического, будешь дома сидеть, готовиться к продолжению учебы в КазНУ! – холодно сказала она.
- Ну мама! – пыталась я возразить.
- Все! – закричала она, - Ни слова больше! Олтиремын! – кричала она.
- Но я не хочу мама! – закричала я.
- А если не хочешь, собирай вещи и проваливай. Мне такая дочь не нужна. - сухо сказала она.
Я развернулась и в слезах побежала наверх в свою комнату. Глубокой ночью я покидала свои вещи в рюкзак, собрала свои накопления и вышла из дома. На дворе стоял конец августа моего девятнадцатилетия.
Я добралась до дороги, вытащила сотовый и стала звонить.
…- Айсулу, извини, у меня, когда предки узнали… тут такое дело… сейчас ко мне нельзя….
…- Абонент временно недоступен…
…-Айсулу мы сейчас не можем, у нас гастроли, мы уезжаем утром….
…-Абонент временно недоступен…
…-Алло?
-Алло Карлыгашка?
-Участковый Кудайбергенов. Ели Вы можете внести залог за Вашу подругу, то ждем Вас районном отделении милиции…
Я в отчаянии села на бордюр. Что было делать, куда идти, я не знала. Где-то надо было переночевать и я с ужасом думала где. Наконец на ум пришла гостиница возле КазНУ. Я встала на дорогу в ожидании машины. Через пятнадцать минут на дороге показалась машина. Я остановила ее и уже через тридцать минут подъезжала к гостинице.
На ресепшене я сняла самый дешевый номер и поплелась туда. На ужасной жесткой неудобной кровати я провела ночь, из которой большую половину пыталась заснуть. Утром разбитая и несчастная я вышла из гостиницы и поплелась в кафе возле КазНУ. Взяв яичницу и кофе, я устроилась за столиком. Распустила волосы, расчесала их и нацепила ободок. Напротив, меня уселись два парня, весело разговаривая, я оглянулась – ну конечно, мест больше не было.
- Санжик! – закричал один из них, - Сюда Санжик! – и замахал руками.
Какого было мое удивление, когда напротив меня за стол плюхнулся мой однокурсник Санжар и и с грохотом поставил на стол поднос!
- Санжик? – я удивленно подняла бровь.
- Айсулушка! – он был страшно удивлен и казалось настолько же рад, - Куда ты пропала! Почему к нам не заходила? – спросил он.
-Да, я же поступила в хореографический! Проучилась там два года, как-то не до того было, - я смущенно улыбнулась.
-Слушай, а ты стала еще красивее – он улыбнулся.
И тут я его разглядела. Прыщи исчезли. Его каштановые волосы отдавали рыжиной на солнце, большие карие глаза светились умом и добротой, уверенная посадка головы и осанка выдавали уже мужчину, я посмотрела на его пальцы, длинные, как у пианиста, которые теребили салфетку, и снова в его глубокие как бездна глаза и поняла, что почему-то начинаю тонуть.
- Я…. Я… спасибо, Санжик, - я вдруг страшно начала смущаться и злилась на себя.
- Как тебя сюда занесло? – его глаза смотрели участливо.
- Да, знаешь я из дома убежала, - ляпнула я и покраснела.
-Как из дома? – его глаза казались озабоченными.
- Санжик, догоняй на улице, - сказали его друзья и встали из-за стола.
- Пацаны вы идите, меня не надо ждать – сказал он.
-Ладно, - они встали и ушли.
- Почему убежала? – он казался всерьез обеспокоенным.
-Я…. Санжик… Знаешь…. Я… – и тут я выдала ему всю свою историю со слезами на глазах.
- Но может с мамой надо помириться? – участливо спросил он.
- Знаешь, Санжик, если она не уважает мое желание заниматься тем, чем мне по душе, вместо того, чтобы корпеть над ненавистными мне предметами годами, и высиживать на ненавистной работе, то я домой не вернусь, - тихо сказала я.- Ну понятно, - ответил он, посмотрел на меня и вдруг в его глазах промелькнула искорка, - Ты закончила? Покушала? Может прогуляемся по городу? – он казалось был очень доволен от своей идеи.
Я посмотрела на него, улыбнулась и сказала:
-Давай!
Мы поехали сразу на Новую Площадь. Это место с юности приносило мне какое-то успокоение. И мне почему-то захотелось притащить Санжика сюда. Мы гуляли по новой площади, разговаривали и смеялись и мне было так хорошо, как ни с кем никогда не было. Потом он потащил меня в кафе рядом. Мы сидели на летнике, пили сок, ели пиццу и шутили. Когда мы вышли из кафе, на улице уже вечерело и похолодало. Я вытащила кофточку из рюкзака.
- Ты замерзла? – он приобнял меня и начал растирать руками.
-Все хорошо, - тихо сказала я.
Он встал напротив меня, обнял меня и притянул к себе. Я положила голову ему на грудь. Он был намного выше меня. Тут он рукой приподнял мой подбородок. И его губы стали приближаться. Я закрыла глаза. Его губы коснулись моих губ. Он стал целовать меня, засунул язык мне в рот. Я была в легком оцепенении, я никогда раньше не целовалась. А его язык уже шарил по моему небу. Его руки стали гладить меня, он притянул меня еще ближе к себе. Я почувствовала легкое жжение между ног, меня охватил какой-то жар, ноги стали ватными. А он все не отрывался от меня, приблизил меня вплотную, и я ощутила что-то твердое там, где были его брюки. Наконец он оторвался от меня. А я смотрела на него и волны нежности накатывали на меня. Я смотрела в его большие красивые карие глаза и никак не могла отвести от него взгляд.
- Все хорошо? – он улыбнулся.
- Да…. Да, - я тоже улыбнулась.
- Айсулу, может ты поживешь со мной? – спросил он, - Ну пока твои проблемы с мамой не утрясутся, - прибавил он.
- Ой, мне будет страшно неудобно, Санжик, - молвила я.
-Я живу с сестрой и с мамой, ты будешь спать с сестрой, - тихо сказал он.
- У меня в кошельке сорок тысяч тенге, на первое время, а потом я постараюсь решить свои проблемы, - сказала я.
- Да не надо денег, - он улыбнулся, прижал меня к себе, - Пойдем? – спросил он.
-Пойдем, сказала я.
Мы на такси доехали до его дома. Я узнала дом, в котором брала себе платье на выпускной. Мы подошли к его подъезду и стали подниматься. Возле его двери у меня стало учащенно биться сердце. Он открыл дверь, и мы вошли. Я тихо сняла обувь, и мы прошли в его комнату. В квартире никого не было.
- Мама с Айгерой На Иссык Куле, - объяснил он, - Ты проходи, - позвал он меня на кухню, - Хочешь чай?
- Нет, спасибо, - я потупила глаза.
-Айсулу, - сказал он и подошел ко мне, - Можно я тебя поцелую еще? – спросил он.
-Целуй, - тихо сказала я.
Он взял меня за шею немного наклонил и начал целовать. Его поцелуи стали страстными, его рука прикоснулась к моей груди, я вздрогнула, он замер, потом залез рукой под мой топик и стал ласкать мою грудь. У меня между ног стало горячо. Мне было так хорошо, что не хотелось, чтобы он останавливался и было еще страшно, очень страшно.
- Не надо, - тихо сказала я.
Он продолжал меня целовать. Другой рукой он залез мне под юбку, нащупал трусики, и залез прямо в них. Мне стало еще более горячо. И еще страшнее.
-Не надо, - тихо повторила я.
А он уже теребил меня «там» и волна удовольствия нахлынула на меня и было страшно.
- Не надо, - молвила я.
Тут он убрал от меня свои руки, внимательно посмотрел на меня, улыбнулся, и поднял на руки. Он принес меня на свою кровать и нежно положил.
- Не надо, - все так же тихо молвила я.
Он начал медленно стягивать с меня майку. Запустил руки за спину и провозился с лифчиком, наконец, когда он его снял, я оказалась перед ним с голыми грудями. От страха я закрыла руками груди. Он нежно их разжал и начал целовать каждую мою грудь. Я откинула голову и начала постанывать от удовольствия. Затем он стянул с меня юбочку, потом потянулся к трусикам, я положила руки на его руки и жалобно посмотрела на него. Он улыбнулся и стянул с меня мои трусики. И поцеловал меня «туда». Мне было стыдно и хорошо, я не знала, что мне делать. Он рывком снял с себя свою футболку. Так же быстро снял джинсы и трусы. Когда я посмотрела «туда» я была поражена, такого я никогда еще не видела. Он приблизился к мне, раздвинул мои ноги и очутился между них. Мне стало страшно, я попыталась их сжать.
- Не бойся, - прошептал он мне, - Я буду очень нежным.
- У меня в первый раз, - прошептала я.
- Я понял, - тихо сказал он.
С этими словами он лег на меня, и я ощутила, как что-то входит в меня между ног и пытается прорваться через что-то. Я ощутила резкую боль и стала кусать губы, чтобы не кричать. Он двигался во мне, постепенно наращивая темп и наконец замер. Я ощутила толчок жидкости во мне. Он целовал меня, не переставая, а я лежала самая счастливая на всем земном шаре.













Глава четвертая: Имя мне боль.
Мы провели с ним четыре чудесных месяца, ходили с ним в кафе, в кино, ездили на дачу к его другу, встречали рассвет на новой площади, я старалась помогать на кухне его маме, хотя вообще не умела готовить, помогала по уборке, он устроился на работу и ходил на учебу, все остальное время мы не отрывались друг от друга, смотрели друг другу в глаза, кормили друг друга, шутили и смеялись, слушали музыку. Он накупил мне кучу вещей, потому что домой я не хотела возвращаться, маме я позвонила и сказала, что переехала к своему парню. Она сухо со мной поговорила и попросила держать ее в курсе.
Для меня все было в первый раз, первое свидание, первый поцелуй, первое занятие любовью, первое признание в любви. Я смотрела в его глаза и тонула в них, мне они казались глубокими как океан, я слушала его бархатистый голос и не могла наслушаться его красивым тембром и звучанием, мне было все равно, о чем он говорит, лишь бы слушать его, мне нравились его мягкие волосы, так похожие цветом на мои, нравились его длинные пальцы и переплетать с ними мои пальцы, но больше всего на свете я любила с ним целоваться. Я целовалась с ним постоянно. Каждый раз как он заходил и выходил я его целовала и вообще я не могла нацеловаться с ним. Он казался мне самым умным на свете, самым нежным и ласковым, я не знала никого, кто может так шутить, я любила его, такой большой и страшной любовью, что ревновала его ко всем, к соседкам, одногрупницам, коллегам, к прохожим. Моя любовь была настоящей красавицей, которую можно было потрогать руками, по крайней мере, мои чувства были настолько сильными, что мне казалось можно их даже коснуться. Сказать, что я была счастлива, значит не сказать вообще ничего. Мое счастье было безмерным. И лежа по ночам, засыпая на его плече, я мечтала, как выхожу за него замуж и ношу его ребенка. И мои сны переплетались с моими мечтами.
В один день все кончилось. Я сидела на кухне, смотрела телевизор, и потягивала кофе. Санжик ушел на работу, в институте у него были каникулы. На улице стоял январь месяц. Вдруг зазвонил мой сотовый. Я подошла к нему. Номер был незнакомым. Я взяла трубку.
- Алло? Айсулу? – услышала я незнакомый женский голос.
- Да? – ответила я.
- Это Нурсулу, помнишь меня? – она засмеялась.
- Да, конечно, Нурсулу привет, - я была удивлена, это была наша с Санжаром общая знакомая.
- Мне нужно поговорить с тобой насчет Санжара, - пропела она.
- Я слушаю, - ответила я и почувствовала, как что-то кольнуло меня в грудь.
- Это не телефонный разговор, приезжай в Стэтсон на Фурманова, здесь посидим пообщаемся, - сказала она.
- Когда? – мне вдруг стало нехорошо.
- Через час, сможешь? – спросила она.
- Давай, - ответила я.
- Ну тогда до встречи, - сказала она и положила трубку.
Мне было нехорошо. Грудь что-то сдавливало. Я постаралась успокоиться и пошла одеваться. Нервными движениями я нацепила свитер, джинсы, распустила волосы, расчесала их. Я вытащила сумку и направилась в коридор. Натянула сапожки, которые подарил мне Санжик, затем пуховичок, который мы вместе выбирали, и пошла к двери, я вышла, стала закрывать дверь и вспомнила, что забыла сотку на столе. Я вернулась и заметила, что это плохой знак. Нервно положила телефон в сумочку. Наконец я выехала в Стэтсон. Когда я зашла, внутри было страшно накурено. Я продвигалась между столиков и увидела Нурсулу, махающей мне. Я села напротив нее. На ней была модная дубленка, которую она не сняла, я тоже не стала снимать свой пуховичок. Она улыбнулась мне:
- Кофе?
-Да, я что-нибудь закажу. Так, о чем ты хотела поговорить со мной? – спросила я.
-Да… так вот… тут такое дело… видишь ли… я и Санжар, в общем мы вместе уже два года, и когда он тебя привел к себе домой, я конечно закрыла глаза на все, но встречаться мы не перестали, на самом деле никакой работы у него нет, я его работа, просто его мама как бы зарабатывает достаточно… мы все это время на два фронта днем со мной, ночью с тобой… и мы так уже четыре месяца между прочим… в общем только ты не сердись, он не хотел, чтобы ты узнала, ты такая старомодная, просто я думаю, что если будут знать все – так только легче…всем… что с тобой Айсулу?
- Ничего…ничего… старомодная значит…
- Ну вот… я другую реакцию ждала…как же так…
-Я достаточно пробыла с этим человеком и теперь я вам мешать не буду. Я дарю его тебе обратно, - с этими словами я вскочила.
- Айсулу… только Санжару не выдавай меня пожалуйста… - Нурсулу озабоченно на меня смотрела.
- Да что ты! Нет конечно! Но на этом все, - я резко встала, вышла из столика, и стала протискиваться к выходу.
Мороз облепил мои щеки на улице, я застегнула пуховик и стала судорожно ловить такси. По щекам градом текли слезы. Наконец я уже ехала в кафе на нашем районе, и тут меня прорвало, истерика захлестнула меня, таксист испугался, остановил машину.
- Все в порядке… я с парнем рассталась – наконец вымолвила я.
-Ну бывает бывает, - с этими словами он похлопал меня по плечу, - Поплачь, может легче станет.
Плач накрывал меня волна за волной, пока я сидела в машине. Наконец я успокоилась.
- Ну все? – спросил меня таксист – Можем ехать?
- Да, - сказала я охрипшим голосом.
Мы ехали, а слезы градом катились из глаз, вот фэмили парк, где мы гуляли вместе, а в этот магазин мы ходили вместе, а тут он признавался мне в любви и целовал меня так нежно… а вот наше кафе…
- Девушка, Вам где? – спросил меня таксист.
- Ой, здесь остановите пожалуйста.
-Пожалуйста.
Я расплатилась и вышла из машины. Зашла в кафе. И направилась в уборную. Там я умылась, привела себя в порядок и вышла и села за столик. Я заказала чай и салат. И стала из салфеток делать примочки, прикладывать их к глазам, чтобы снять опухлость. Через два часа я позвонила Санжару.
-Санжар привет.
- Привет Айсулунчик, я скоро буду дома.
- Когда? – спросила я.
- Через двадцать минут, я уже в автобусе, - прокричал он.
- Хорошо, - с этими словами я положила трубку.
Я просидела еще тридцать минут в кафе. Заказала себе десерт и кофе, расплатилась и вышла из кафе, чтобы навсегда бросить того, кто был моей жизнью и моим богом.
Я позвонила в дверь, почти сразу ее открыл Санжик.
- Санжар, выйди, надо поговорить, - сухо сказала я.
-Что случилось? – удивился он, - Заходи, дома поговорим.
-Санжар Алпысбаев, выйди сюда.
Он вышел и смотрел на меня встревоженным взглядом.
- Санжар, нам было хорошо вдвоем, но теперь нам пришло время расставаться, в этом нет ни твоей ни моей вины, просто не повезло, не судьба, так бывает…
- Что случилось? – он схватил меня за руку.
- Ничего Санжар, - я выдернула свою руку, - Ничего, вот, возьми ключи, - с этими словами я положила ключи ему в руки, - За вещами я приду позже, - добавила я.
- Айсулу, Айсулу я не понимаю, почему, как это?
- Все Санжар, ты был очень милым, спасибо тебе, - я улыбнулась ему, - Ну все, мне пора, - я развернулась и быстрым шагом спустилась с лестницы.
- Айсулу! Айсулу! – слышала я до первого этажа. Я выбежала на улицу, забежала за дом и предательские слезы градом катились из глаз. Я побежала к дороге, слезы застилали мне глаза. Наконец машина остановилась.
- Тастак! Толе би Баумана! Триста! – вырвалось у меня.
- Садись! – ответили мне.
Я села в машину и слезы градом покатились из глаз. Я все рыдала и рыдала. Наконец я доехала до места. Вытащила телефон и стала судорожно звонить сестре.


-Айсулу, тебе уже хватит, Айсулу! Хватит пить! Перестань! – Нурия вырывала у меня бутылку из рук.
- А ты знаешь куда я иду? – спросила я ее и икнула.
- Куда?
- К Нурлану.
-Никуда не пойдешь! Куда пошла! Куда! Да остановись ты!
- Не могу, - я снов икнула, - Нурик наш однокурсник и Ему буууууууудет страшно больно. Я все еще на трезвую голову решила не переживай! – улыбнулась я, - Это моя месть!
- Айсулу ты куда! В таком состоянии!
- Нурия! Ты меня любишь? Если любишь, отпусти!
- Хрен с тобой, дура набитая!
Сквозь туман я увидела лицо Нурлана, своего однокурсника, сквозь туман он стал прикасаться ко мне, утром я проснулась и не понимала где я. Жутко болела голова от похмелья. Я повернула голову и увидела спящего Нурлана. Значит все прошло по плану. Я тихо встала, тихо оделась тихонько разбудила его.
- Нурик, выпусти меня, пока меня твои родители не увидели. Он тихонько меня выпустил, и я побежала вниз.

- На работу едете? - спрашивал меня таксист.
- Нет, домой, к маме.



В это же утро Санжар проснулся пьяный у друга дома. Вокруг было страшно накурено и валялись бутылки. Он протер глаза, подошел к окну. В его глазах было отчаяние и боль.
Глава 5: беда не приходит одна.
-Айсулу! Ты куда опять! - кричала мне мать.
-Мама, я на свидание! – крикнула я в ответ.
-Вернись домой до двенадцати вертихвостка! – снова прокричала мне мама.
-Да, мама! – ответила я.
Я вышла из дома, поправила свою дубленку, провела рукой по отросшим волосам – летом я сделала стрижку и с тех пор волосы отросли ниже плеч, и кошачьей походкой отправилась на свидание с Нурланом.
Мы сидели в кафе на Абая Байзакова. Я теребила ножку бокала с вином. Нурлан что- то рассказывал своим противным фальцетом, а я пропускала все мимо ушей и только делала вид, что слушала. Мои мысли были далеко. Я вспомнила, какое было лицо у Санжика, когда я ему все рассказала.
- Мы с Нурланом встречаемся теперь.
- Да?! И какого оно? – он бегал за мной по комнате, пока я собирала ровно то, в чем пришла, остальное решив оставить ему на память.
- Классно! Нам хорошо вместе! – пропела я.
- Да?! – снова спросил он – И в постели хорошо?
- Это не твое дело, - нервно ответила я, - Но если ты хочешь знать, то в постели с ним все окей, - я улыбнулась ему.
- Да?! – и тут он схватил меня.
- Отпусти меня! – я стала вырываться, - Отпусти!
Он быстро стянул с меня свитер и повалил меня, дерущуюся с ним на кровать, стал стягивать джинсы, сорвал колготки, потом трусики и лифчик. Быстро скинул с себя толстовку и джинсы. Я била его руками, ноги мои он зажал, когда лег на них. Быстрым движением он вошел в меня, смотря мне прямо в глаза. Когда он очутился внутри, я вдруг успокоилась, поняла, что именно этого я хотела все последнее время. Он смотрел мне прямо в глаза своими печальными большими глазами, как у верблюжонка, и волна нежности охватила меня, потом ненависть обдала меня своим жаром, наши тела сплелись в страстно танце, я кусала и царапала его, извивалась под ним и билась. А он то смотрел на меня, то прикрывал свои большие глаза от удовольствия. Наконец, оргазм стал накрывать меня снова и снова, нахлынывая волнами на меня, я забилась в конвульсиях и вытянулась как струна. Ровно за мной последовал он.
Мы лежали с ним вместе, он лежал на мне, я все еще его обнимала, он гладил меня и молчал. Наконец, он приподнял свою голову.
- Тебе было хорошо? – спросил он и внимательно посмотрел на меня.
- Да, спасибо, - сказала я и стала высвобождаться из-под него.
- Ты куда? – удивился он.
- Домой, - я стала быстро одеваться.
- Ах ты сука! – крикнул он.
- Отвали от меня, Санжар! – закричала я на него.
- Вот ты сука! – снова закричал он.
Я быстро покидала остаток своих веще в сумку, развернулась и направилась в коридор.
- Ты думаешь у меня телок мало? – гневно спросил он.
- Вот в этом я даже не сомневаюсь, - ехидно сказала я и боль снова окатила меня, я отвернулась, чтобы он не увидел ничего, стала натягивать сапоги.
- Да у меня телки одна лучше другой, - не успокаивался он.
- Удачи с ними Санжар, - быстро сказала я, развернулась и стала открывать дверь.
- Айсулу! – с этими словами он схватил меня.
- Отпусти меня, иначе я закричу, и соседи позовут в милицию, - тихо сказала я.
Он отпустил меня, я вылетела из его квартиры как ошпаренная и побежала по ступеням вниз.
…А Нурлан все не унимался и рассказывал что-то с таким воодушевлением. Я посмотрела на него и ухмыльнулась про себя. Он считал себя красавцем, у него была кличка в универе «Кореец» из-за раскосых глаз как у представителя Кореи, черные волосы он укладывал ежиком, одевался лучше, чем Санжик, но рост и комплекция были у них одинаковыми. Они были одинаково высокими, рост у обоих был за метр восемьдесят, такие же худые, но на этом сходство заканчивалось. Нурлан был абсолютно поверхностным человеком, голос у него был высоким, похож даже на женский, ужасный смех, как у приезжего мамбича, и если глубокого и умнейшего Санжика можно было сравнить с океаном, то его можно было сравнить с лужицей. Но со своей ролью я справлялась отлично. «Ты думаешь у меня телок мало?» - снова и снова я вспоминала слова Санжика, перед глазами всплывало лицо Нурии, и я улыбалась ослепительно Нурлану.
Все это переросло в опасную, но очень увлекательную игру, я не могла не рассказывать Санжику, и под разным предлогом приходила к нему поделиться последними новостями. Он неизменно встречал меня грустными глазами и как всегда все заканчивалось бурным сексом. Нурлан конечно обо всем знал, но виду не показывал. В конце концов я сказала Санжику, что запуталась и не могу выбрать между ними, по моему представлению, у него с Нурсулу и со мной было так же, и когда я увидела боль в его глазах, для меня это стало утешением. Я не могла насытиться своей местью, а ночью плакала в подушку, от страданий на душе и в сердце. Я продолжила свои посещения тусовок с танцорами, на которых с меня так же, даже еще больше не сводил взгляд сын политика, я не обращала на него никакого внимания. Учебу в хореографическом я бросила и теперь мы с мамой ждали осени, чтобы возобновить учебу в КазНУ. Это было непременным маминым условием.
Как-то раз я возвращалась домой со свидания с Нурланом, накануне я была у Санжика, настроение было отличным, и я бодро шла домой. Внезапно боль охватила всю мою голову в глазах резко потемнело, и я упала.
Я очнулась в какой-то страшной комнате, с ужасной обветшалой мебелью, голова сильно болела, а руки были связаны. Прямо надо мной склонилось лицо в маске.
- Очнулась наконец сука? – прорычал он и схватил меня.
- Что Вы делаете! Не надо! Не надо! – закричала я.
- Кричи сука! Ни одна живая душа здесь тебя не услышит, – сказал он, схватил меня за волосы и повалил на кровать.


- Вы ничего совсем не помните? – спрашивал меня милиционер.
- Нет, - я теребила платье руками.
- Хорошо, значит будем искать, - ответил он

-Санжик, иди сюда, здесь такие телки пришли! Санжик! Санжик! Что ты наделал! Кто-нибудь! Скорую! – кричал друг Санжара, держа у него на руках Санжара, из его носа шла пена.


- Что с ним?
- Передоз.
- Везите в реанимацию.


Санжар пролежал в коме пять дней, когда он очнулся его мать кинулась к нему со слезами.


-Эта сука не звонила?
-Мы не можем ее найти, сотовый отключен.
-Ну вот и все. Это и есть наш конец с Айсулу, - медленно сказал Санжар.


-Балам! Балам! – кричала какая-то женщина и кинулась меня обнимать и целовать, - Балам!
- Это кто? – нервно спросила я.
-Это Ваша мама Айсулу, - ответили мне.
- Балам, что с тобой сделали балам! – сказала женщина с ужасом рассматривая мое лицо.








Часть вторая: Призрак всей моей жизни.




Глава первая. Память беда.
Я смотрела на свое отражение в зеркале и все равно не узнавала. После нескольких пластических операций, и курсов реабилитации после них, мама сказала, что лицо теперь то же, только глаза другие. Я смотрел, а на свои старые фотографии. Глаза действительно были другие. А в целом лицо то же, тот же нос, те же губы, я еще раз посмотрела на фотографию, потом в зеркало. Да, только глаза поменялись. Я распустила свои длинные волосы, они каскадом упали на спину. Взяла расческу и стала расчесывать свои кудри и задумалась. Я пропала из дома на пятнадцать месяцев. Пятнадцать месяцев от меня не было вестей у матери, она страшно волновалась, подала заявление в милицию и уже когда совсем отчаялась, из милиции поступил звонок, попросили приехать для установления личности. С изуродованным лицом, растянутым животом, поправившейся и в совершенно незнакомом платье и куртке моя мать нашла меня в милиции. Туда меня привел случайный прохожий, у которого я попросила о помощи. Милиция завяла уголовное дело, но выяснить ничего не удалось. Я абсолютно ничего не помнила, когда меня привели в участок, потом память частично восстановилась, и я помнила только все до того момента, как я убежала из дома. Сотовый телефон мама сменила мне. И никаких контактов не осталось. Мама говорила только, что я бегала все время на свидания, а с кем не говорила. Сказала, что я прожила у подруги четыре месяца, а потом вернулась домой. Со старыми знакомыми врачи общаться пока не разрешали. И так целыми днями я слонялась по дому. С новым лицом и абсолютно без памяти.
Прошло время, и я наконец восстановилась на обучении в Казну. Я сдала экзамены, завершив первый курс, и с сентября поступила на второй и время полетело.
Прошло два года, я поступила на четвертый последний курс, обзавелась новыми друзьями и знакомыми. Жизнь шла своим чередом. Все было хорошо и лишь одно обстоятельство сводило меня с ума. Каждую ночь мне снился Санжар мой однокурсник из КазНУ. Мне снились наши отношения, как мы вместе сидим в кафе, потом в кино, вот мы пошли в клуб. Каждую ночь разные сны. Я посоветовалась с врачом, но он только развел руками, нам не подвластны наши сны. И каждую ночь я снова и снова встречалась с ним во сне.
Как-то раз я забрела на Абая саина, посидеть в корейской кафешке. Что меня привело сюда, я не знала. Я вышла из кафе и кругами ходила вокруг. Наконец я пришла к какому-то дому. Мне все казалось здесь безумно знакомым. Я снова и снова кругами ходила вокруг дома. И вдруг я заметила, как из подъезда выходит Санжар! Я почему-то испугалась и спряталась. И долго смотрела, как он идет. Он завернул за дом и исчез. У меня закружилась голова и я присела на скамейку. И тут воспоминания вихрем ворвались в мою голову. Я стала плакать. Я вспомнила все до изнасилования. А что было дальше – пустота. На улице уже стемнело и над фонарями красиво кружился снег. Я вытерла слезы. И тут я увидела, как Санжар возвращается назад. Было почему-то все равно очень темно, я не могла разобрать почему. Я простояла еще пятнадцать минут на морозе, куря одну за другой сигареты. И, наконец, засунула в рот жвачку, попрыскалась духами и направилась в подъезд к Санжару. Когда я вошла в подъезд, там была кромешная тьма, я включила фонарик на сотке и поднялась на седьмой этаж. Я выключила фонарик и стала звонить. И тут до меня дошло, что в подъезде нет света. Я стала стучаться. Через полминуты дверь открыл Санжик.
- Вам кого? Если Вы к Айгере, ее нет дома, и вообще никого кроме меня, - сказал он.
Я накинулась на него и стала целовать. Он затащил меня в дом, я стала быстро раздеваться, скинула на пол куртку, сапоги, и мы, целуясь, направились в его комнату. Он повалил меня на кровать и начал срывать с меня одежду. Через минуту он уже вошел в меня и счастье окатило весь мой живот, грудь, потом голову, наполнило руки, ноги и мы уже переплетались с ним в нашем странном танце на кровати. Он все двигался и двигался во мне, а я чувствовала, как наслаждение растете сладостно во мне, я стонала и извивалась под ним и наконец мы оба замерли на кровати еле дыша.
- Кто Вы прекрасная незнакомка? – прошептал он мне.
- Это секрет, - так же прошептала я и поцеловала его.
Мы лежали, обнявшись и наконец он уснул. Я выскользнула из-под него, быстро оделась, прошла в коридор на цыпочках, натянула сапоги, пуховик, и прикрыла за собой дверь. Я спустилась на первый этаж и ощутила резкую боль в голове, в глазах потемнело, и я почувствовала, как теряю сознание.


- Вы совсем ничего не помните? – на меня участливо смотрел милиционер.




- Баламушка! Баламушка! – кричала незнакомая женщина.






Глава вторая: в поисках правды.
Я бродила по дому. Я снова поправилась, когда вернулась спустя десять месяцев. И ничего не помнила, все что было до этого, кроме тех пятнадцати месяцев я помнила, а то, как я вышла из дома и пошла куда-то на десять месяцев я забыла. Мне по-прежнему снился Санжар и начали сниться какие –то маленькие дети. Мне снилось, что я кормлю их грудью, держу на руках, я просыпалась со слезами на глазах. В конце концов я занялась последним курсом в университете и защитила свой диплом. После этого я стала искать работу. Я долго не могла ее найти. Наконец мне предложили место в иностранной компании, и я с радостью согласилась.
Как-то раз мы сидели с подругой в кофейне и болтали. Разговор зашел о моей памяти.
- Слушай, Сулушка, а что ты не хочешь пойти на гипноз, я слышала, что там все можно из памяти вытащить, я так в фильме видела.
Я задумалась. Идея показалась мне заманчивой. Спустя неделю я уже занималась поисками гипнолога.
Еще через неделю я сидела на приеме у врача. И рассказывала ему свою историю.
- В общем в милиции подумали, что я псих, и сама отключилась и ходила по городу где-то десять месяцев, Вы меня поймите, я не пью таблетки не состою на учете, даже в психушке ни разу не была.
- Хорошо, я Вас понял, Вы хотите, чтобы я вернул Вам память? – спросил меня врач.
- Мне врачи сказали, что память — вот так возвращать опасно, она должна сама вернуться, мне важно хотя бы на записи послушать, что было тогда, - жалобно попросила я его.
- Ну что же, это будет не сложно, можем начать прямо сейчас, если Вы не против? – спросил он меня.
- Да, конечно, - быстро согласилась я.
Врач уложил меня на кушетку и поставил приятную музыку. Попросил полностью расслабиться. Потом начал мне говорить что-то властно и монотонно.
- Слушайте мой голос, сейчас я досчитаю до десяти… - он говорил и говорил, а мои веки налились свинцом, и я куда-то улетела.
Я открыла глаза, врач сидел рядом.
- Что не получилось? - спросила я.
- Посмотрите на часы Айсулу, - сказал мне он.
Я посмотрела на часы.
- Боже мой прошло три часа! – ужаснулась я.
Он молча протянул мне флэшку с записью.
- Если я Вам понадоблюсь, чтобы вернуть Вам память, Вы знаете где меня найти, но поверьте мне, Вам это ни к чему, - сухо сказал он.
- Спасибо, - я дрожащими руками взяла флэшку, собралась, попрощалась с ним и ушла.
Не помню, как я доехала до дома, бесконечные пробки и бешеное желание попасть домой убивали меня. Наконец я добралась до дома, быстро разделась, забежала в свою комнату наверх, сунула флэшку в компьютер и включила его. Мне казалось, что время тянется бесконечно, пока компьютер включался. Когда он загрузился, я залезла в флэшку и включила запись в наушниках.
- Айсулу, Вы сейчас где?
- Я стою на улице возле дороги, пытаюсь найти куда мне пойти переночевать, я сбежала из дома и теперь мне некуда идти.
- Айсулу рассказывайте, что было дальше.
И полилась моя речь. Я сбежала из дома, переночевала в гостинице, потом утром натолкнулась на Санжара, потом он привел меня жить к себе, четыре месяца счастья, потом измена, потом моя измена, потом меня бьют по голове, потом я в этой ужасной комнате, потом меня насилуют, потом я теряю сознание, потом приходит врач и осматривает меня, человека в маске нигде нет, все лицо болит – он избивал меня пока насиловал, потом я остаюсь одна, через неделю приходит врач и говорит мне, что я в положении, я ничего не помню. Человек в маске не отходит от меня всю беременность, ухаживает, потом роды там же с акушеркой, потом месяц я с малышом, человек в маске приходит и говорит, что он сделал генетическую экспертизу и я шлюха, забирает ребенка я рыдаю. Потом заходит человек со странными глазами и и вводит меня с транс. Я все забываю. И меня на улице находит прохожий. Всю изуродованную, потому что, после изнасилования и избиения лицо пострадало, а во время беременности его не восстановили. Через три года история повторяется. Только я забрела туда, где живет Санжар, и сама все вспомнила, мы с ним переспали и опять удар по голове и все повторяется.
Запись кончилась. А я билась в истерике.









Глава третья: по твоим следам.
Прошло два месяца. Я не могла найти себе места, маме я не стала ничего рассказывать, только сказала, что я знаю про Санжара и Нурлана, встретила давних знакомых. Мама расплакалась и сказала, что врачи тогда сказали, что ничего рассказывать мне нельзя. Она спросила смогла ли я что-нибудь вспомнить, я развела руками. «Звонил ли он мне?» - спросила я ее. Нет не звонил, милиция тогда потрясла их обоих, но ничего не добилась ни от кого. Каждый занимался своими делами все это время.
Через три месяца я наконец сидела напротив сыщика. Он был частным лицом и оказывал услуги за некую сумму. Я выложила суть своей просьбы. Мне нужно узнать все про Алпысбаева Санжара и Абикенова Нурлана. Он согласился, обозначил мне сумму, я в ответ тоже согласилась. Следующие два месяца от него была полная тишина и я не могла себе найти места. Личная жизнь у меня не складывалась. Был парень на втором курсе, потом на третьем, потом на четвертом, но никого я не смогла полюбить и всех с легкостью забыла. А потом, когда я пропала на десять месяцев снова, мне не захотелось снова строить отношения и потом Санжар не выходил у меня из головы, а особенно все последнее время. Да, он мне так же снился каждую ночь. И так же снились дети. Мои дети.
Через два месяца мой детектив наконец мне позвонил. При встрече он передал мне все материалы и пожелал удачи. Сказал, что, если понадобиться, он всегда к моим услугам. Я поблагодарила его, забрала бумаги и ушла.
Дома я начала все просматривать. Я начала с Нурлана, так в 2007 женился, потом магистратура, второе высшее, двое детей, работает в банке, ну отлично. Затем я перешла к Санжару. Так, в 2004 наложил на себя руки, пролежал в коме пять дней, потом закончил университет, так… Затем он усыновляет мальчика, в 2005, так затем устраивается на работу, так, продавец, офис менеджер, менеджер по логистике, и затем в 2007 он удочеряет девочку…
Я сидела в шоке. Так это был он… мой Санжар… так это он все сделал… со мной….
Боль накатывала меня волной за волной. Затем во мне проснулась ненависть. Страшная, черная и испепеляющая. «Я уничтожу его» - поклялась я себе.
Спустя еще три месяца я взяла кредит в банке и купила оборудование на прослушку и наблюдение. И только через три месяца смогла все установить. За две месячные зарплаты спустя полгода я посадила туда человека наблюдать за ним, а все эти полгода смотрела сама по вечерам. Я плакала, когда смотрела на его детей и не могла от них оторваться. Я чувствовала, что это мои дети, я не смогла призвать свой разум и засомневаться. Я смотрела как Санжар качает своей головой, смеется, играет с детьми, проверяет уроки сына, шутит с мамой, и волна нежности накатывала на меня. Потом я вспоминала все что со мной было и ненависть проглатывала меня всю без остатка. Дикие сомнения вселились мне в голову, что это не он сделал. И спустя полгода своих мучений я наняла человека и посадила его наблюдать за Санжаром. Так прошло еще полгода. Прослушка была на телефоне Санжара, в его машине, дома, но мы так и ничего не узнали, что касалось моего случая. Мне страшно захотелось увидеть его, но я никак не решалась. В конце концов, я поблагодарила этого мужчину за услуги и забрала все оборудование домой.
Прошло еще три месяца и как-то вечером я приехала домой уставшая после работы. Мама подбежала ко мне с письмом в руках.
- Это тебе баламушка, сегодня принесли.
Я распечатала конверт и села на диван в холле.
«Уважаемая Асхатова Айсулу. Я должен выразить волю своего покойного клиента, который скончался и оставил по завещанию все свое состояние Вам. Прошу Вас подойти для оглашения завещания в 16.00 25 ноября по адресу Сейфулина 85, угол Богембай батыра. С уважением, Алибеков Арсен, нотариус»
Я в недоумении покрутила бумажку в руке и пошла посоветоваться с мамой.
На следующий день я стояла на против здания, это был жилой дом и на первом этаже ярко красовалась вывеска «Нотариус». Снаружи контора выглядела весьма солидно, и я зашла внутрь. На ресепшене стояла приятная девушка. Я подошла к ней и поздоровалась. Объяснила суть вопроса. Девушка кивнула и попросила меня подождать. Через минуту я уже заходила в кабинет, который выглядел весьма внушительно. На стене висел портрет президента большого размера. За большим столом в кожаном кресле спиной к окну сидел мужчина в костюме и попросил меня присесть, напротив. Я села. Он заявил мне что покойный Джамбергенов Алибек оставил мне солидное состояние по завещанию.
- Но, послушайте, я совершенно не знаю этого человека сказала я.
- Он просил передать Вам письмо, - с этими словами он протянул мне конверт.
Я дрожащими руками распечатала конверт.
«Айсулу, если ты читаешь это письмо, то меня уже нет в живых. Прими мою последнюю исповедь дорогая, ведь ты была любовью моей жизни. Если ты не можешь узнать меня, то я тот самый Алибек, который ухаживал за тобой на всех тусовках, где мы пересекались по молодости. Я прожил жизнь, неся груз вины на себе и не могу больше молчать. Да, это я тебя изнасиловал тогда и избил, так, что изуродовал, да это я держал всю твою беременность тебя в доме за городом и ухаживал за тобой, да это я подбросил твоего малыша Санжару и потом все повторил с твоей дочерью. И каждый раз гипнозом стирал твою память. Да, я следил за тобой всю твою жизнь и знал каждый твой шаг, просто потом я уже не захотел вмешиваться. Я любил тебя Айсулу всю твою жизнь. И жизнь без тебя мне казалась бессмысленным адом. Но у тебя уже было двое детей, а я сын политика, репутацию моего отца бы похоронили. Я скучал по тебе всю мою жизнь и лишь изредка проводя с тобой эти месяцы, в мою жизнь врывались счастье и свет. Прости, что не рассказал тебе сам лично, я бы никогда не смог этого сделать. Прости меня, и будь счастлива. Всегда твой Алибек».
Я сидела, ошарашенная всем, что я узнала. Руки тряслись, сжимая это письмо. То, что произошло со мной я до сих пор не могла осознать. Слезы градом хлынули. Я не понимала, как такое может быть сотворено с человеком. Но это произошло и это сделал он. Боже мой! Мои руки уронили все бумаги на пол.
- Айсулу, с Вами все хорошо? – услышала я голос.
- Да… да… да… Боже мой! – и тут я впала в истерику.












Часть третья последняя: мое счастье.















Глава последняя. К мужчине всей моей жизни.
- Что тут происходит! Да как вы смеете! Немедленно развяжите меня! – кричал Санжар привязанный к стулу.
В комнате стоял диван, перед ним журнальный столик с угощениями. Вокруг был приглушенный свет. Вдруг в комнату стремительно ворвалась танцовщица в красном и начала выплясывать вокруг него. Санжар сидел с отвисшей челюстью. Наконец танцовщица закончила свой танец и сорвала с себя вуаль. Санжар долго всматривался в лицо.
-Айсулу! Айсулу это ты? – наконец спросил он.
-Да, Санжар, это я, - я улыбнулась.
- Как? Что? Да что здесь происходит в конце концов! – начал он возмущаться
Я молча вручила ему письмо покойного Алибека.
Развязала его руки. Он взял письмо и начал читать. Он внимательно прочитал письмо и схватился за сердце.
- Санжик! Санжик! Тебе плохо? – я испугалась и побежала к нему.
- Воды, пожалуйста, - попросил он.
Я побежала, налила из графина воды в стакан и протянула ему.
-Все хорошо? – спросила я его.
- Да, просто неожиданно, - сказал он, - И ты теперь хочешь, чтобы я поверил этой бумажке? – гневно спросил он.
Я молча поставила запись от гипнолога.
Он сидел весь белый, я с беспокойством подходила к нему он лишь отмахивался и слушал дальше. Когда запись кончилась, он потянулся за сигаретой.
- Когда я пошла к гипнологу, я после этого наняла частного детектива чтобы проследить за тобой и Нурланом. Дети оказались у тебя. Дальше я установила камеры у вас дома и наблюдала за малышами и за тобой. Потом пришло письмо с завещанием. Он оставил мне семьсот тысяч долларов наличными. Были разборки с его семьей, но мы показали им его письмо. Они не захотели скандала. Тем более его лучший друг признался, что он все ему рассказал. Дальше я поработала с гипнологом и вернула себе память. Там была еще интрига с моими врачами и с милицией. Его друг рассказал. А сам Алибек по твоему примеру нанюхался кокаина, но вот только его не откачали. Я открыла свою фирму, построила загородный дом и купила машину себе новую. На счету у меня еще достаточно денег, - прибавила я.
Он молча слушал и кивал.
- Теперь, что ты хочешь от меня? - спросил он.
- Я хочу тебя, - сказала я и начала раздеваться.



Через месяц я прижимала своих малышей к груди.
-Жаным, Дыня! – я снова и снова целовала, и целовала своего сыночка и прижимала его головку к груди.
-Жаным, Айсулуша! – я поцеловала дочку и слезы градом покатились из моих глаз.



Пролог.
-Санжик! Санжик! Ты не видел мое сапфировое колье? – кричала я.
- Мама! Это Айсулушка маленькая взяла! – закричал Дыня.
-Что случилось? – Санжар забежал в комнату.
-Санжик… у меня кажется воды отошли – прошептала я.

© Copyright: Айжан Аскарова. Дата опубликования: 05.05.2016.

 
 

Оценка читателей

Добавить комментарийДобавить комментарий
Международная Федерация Русскоязычных Писателей - International Federation of Russian-speaking Writers
осталось 2000 символов
Ваш комментарий:

Благодарим за Ваше участие!
Благодарим Вас!

Ваш комментарий добавлен.
Для опубликования комментария, введите, пожалуйста, пароль. Если у Вас его пока нет - Зарегистрируйтесь 

Для опубликования комментария, введите, пожалуйста, пароль. E-mail: Забыли пароль?
Пароль:
Проверяем пароль

Пожалуйста подождите...
Регистрация

Ваше имя:     Фамилия:

Ваш e-mail:  [ В комментариях не отображается ]


Пожалуйста, выберите пароль:

Подтвердите пароль:




Регистрация состоялась!

Для ее подтверждения и активации, пожалуйста, введите код подтверждения, уже отправленный на ваш е-mail:


© Interpressfact, МФРП-IFRW 2007. Международная Федерация русскоязычных писателей (МФРП) - International Federation of Russian-speaking Writers (IFRW).