| Сегодня: 07 января 2009.: |
|
| Роман Владимира Уланова «Искушение» является художественным произведением об исторических событиях начала 17 века. Это время утраты законной власти, бунтов доведенного до отчаяния российского народа, открытой интервенции Польши. Автор описывает яростную борьбу простого народа под предводительством Ивана Исаевича Болотникова, к которому присоединились дворяне и даже воеводы. Болотников и его народная армия сражались за лучшую долю, за хорошего царя. |
| Выражаю глубокую благодарность русскому офицеру Владимиру Добкину, одному из немногих кто не предал и не забыл... Только благодаря его мужеству эта книга появилась на свет.
Аты-баты. Солдатская мать. Современная Голгофа. С войны обратных билетов нет. Последний абрек. Вера. Чеченский роман. Чужой... |
| Чем больше я углубляюсь в будоражащие тайны ars gladiatoria, которая прежде была для меня не более чем nuga, ученая «безделица», – пусть даже пространная, – не более, чем возможность блеснуть своей эрудицией, и к которой я относился с легкой улыбкой снисходительности, с тщеславной восторженностью юнца, тем больше испытываю я теперь восторга и робости... |
| – Он приедет, царица! Артемисия протянула свою красивую обнаженную мягкую руку к чаше с виноградом, оторвала прозрачную, чуть прикрытую легкой белизной ягоду и, прищурившись, посмотрела сквозь нее на солнце. Она рассматривала тонкие, заманчивые жилочки и темные зерна, как невинный ребенок или кокетливая женщина... |
| Он умирал мучительно и долго. Цеплялся за жизнь каждой своей искрой, каждым розово-алым отблеском. Сопротивлялся всем своим живительным теплом, пока не отошел в жалобной струйке голубоватого дыма. Он умер. Умер Цветок Небесного Грома, буйными ростками вспыхивавший в ударах блещущих молний. Умер благостный дар Громовержца. Умер защитник, друг и владыка племени... |
 Сочинительство появилось на свет в незапамятные времена, у костра, в пещерке, на синем краю ночи. Сидели вокруг костра охотники, вернувшиеся, так сказать, с ловитвы, рубали за обе щеки жареную на открытом огне убоину с дымком и травили байки, полные блистательной лжи. И тот, кто рассказывал скучно – того съедали...
"Спасение ударной армии", "Помещик Ривкин", "Яхта", "Круглый стол в бараньей долине". |
| ...Солдаты, числом восемь, включая Мишку Гербера, валялись на двухъярусных койках. Откуда ни возьмись появился змеёнок, чиркнул по земляному полу. Солдаты, живенько подобрав ноги, заорали на своих койках, а змеёнок от этого ора и почему-то хохота юркнул в ближайший красный ботинок, валявшийся около койки. Не сговариваясь, солдаты выдернули из под своих тощих матрасиков автоматы М-16 и открыли ураганный огонь очередями по десантному ботинку... |
| Ривкин, Саша Ривкин был подмосковным уроженцем. Говоря точней, ему случилось родиться в тридцати километрах от столицы, в городке Электроугли; с тем же переменным успехом он мог появиться на свет Божий где-нибудь в Житомире или даже в Буэнос-Айресе – евреи повсюду живут, это общеизвестно. В нашем кочевом народе поместных дворян и родовых аристократов голубых кровей не встречается... |
| На бульваре Трахтенберга было людно. Пешеходы шли парами, группами и поодиночке, сидячие инвалиды ехали на колесе. Иные толкали перед собою конструкцию, похожую на передвижной флагшток с подвешенным к нему мешком капельницы. Встречались влюблённые, державшиеся за руки. Велосипедист лавировал. Ребёнок бежал на роликовых коньках. Был час пик. |
| Некоторые говорят, что нет судьбы, а всё зависит от пересеченья случайностей и закономерностей. Другие говорят, что, наоборот, судьба есть, от неё не спрячешься за поворотом, потому что она – Бог. А конформисты-примиренцы твердят и уговаривают, что – да, всё верно, есть и судьба, и случайности с закономерностями, но истина находится посередине... |
 ...Он вошел в низкую галерею из фиолетового льда, уходящую гулким лабиринтом, аэродинамическим туннелем в застывшую темноту. Был дух-красота, но не было тепла, не было запаха, не было слова. Прошу слова, сказал Роман, потерявший белковое тело, пластилиновым языком. |
01 ноября 2008. Wisantiya: Чужая жизнь
Я могла быть звездой, но стала тенью,
Я жила не собой, а впитавшейся ленью.
Я смирялась со всем, что меня окружало,
Моя слабость, в презренном миру мне, мешала....
Крыша многоэтажного здания. Перед глазами молодой девушки ночной город, в переливающихся огнях. Уже давно за полночь.
Она одна на этой крыше. Нет!.. На этой земле…еще хуже…во всей вселенной, которая оказалась для нее айсбергом. |
30 сентября 2008. Рахим Kapимов: Камила. Роман. 6-я часть (заключительная)
Дильфуза поправилась. После выписки из больницы и возвращения домой она стала абсолютно другим человеком. С каждым днем меняется в лучшую сторону ее отношение с невестками, родней. Свадьбу Сиявуша сыграли сообща с родственниками, соседями, друзьями и близкими. |
25 сентября 2008. Игорь Грек: Сон в Рукку
Вчера утром я почти стал никем и даже наивно порадовался, что период острого воспаления, подхваченного мною прошлой весной переходит в тихую хроническую фазу, лишь изредка прихватывающую под ложечкой.
Воспаление это случилось, как и большинство подобных недугов, на курорте. Правда не на южном, а на северном, горнолыжном. Хотя фатальность и некий роковой привкус предстоящих событий можно было предположить заранее, из совпадения названия страны Finland(местечко где заканчивается все) и компании меня пригласившей WasEnded(все кончено). |
25 августа 2008. Ованес Азнаурян: Абрикосы, персики и черный виноград.
Сон был странный, чудесный, упоительный, наполненный чувством счастья... И он во сне был уже седым, старым и, поставив мольберт перед входом в хижину, писал пейзаж. Почему-то во сне очень болела нога. Может, потому, что его во сне звали не Лео Брегом, а .....? |
25 августа 2008. Ованес Азнаурян: Парус одинокий
Яхта получилась, что надо: вся такая белая, стройная, остроносая, с большим белым парусом, который можно было поднимать и опускать на мачте. Яхта получилась совсем настоящая, только маленькая, и отец, закончив возиться с ней, положил ее на стол и залюбовался результатом своего двухнедельного труда.
-Ну, пожалуй, и все,- сказал он, закуривая.- Яхта наша готова. |
|